Культура

Рома Рябцев. От этно-фолка до зубодробительного хард-рока

12.01.2018 16:37|ПсковКомментариев: 4

Свои первые деньги я заработала еще в школе, в летнем лагере труда и отдыха (ЛТО). Как сейчас помню: лето, 1992 год, я иду на рынок и покупаю в музыкальном ларьке то ли за 43, то ли за 47 рублей кассету с первым альбомом популярной в то время группы «Технология». Потом ночи напролет слушала эту кассету на скрипящем стареньком магнитофоне, выучила все песни наизусть. Они засели в моих подкорках навечно. Вот разбуди меня посреди ночи - спою «Нажми на кнопку» и «Странные танцы» от начала и до конца. Без этих хитов не обходилась ни одна школьная дискотека. По Роме Рябцеву застрадывали все мои подруги и я вместе с ними. Но разве могла я тогда представить, что спустя четверть века кумир миллионов подростков советского и постсоветского пространства приедет в Псков, и мы будем мило беседовать за столиком в клубе «TIR» о том, почему он решил отправиться в сольное плаванье, с чем связан его приезд в наш город и почему его бесит пресловутая «Нажми на кнопку»? Он говорил легко и непринужденно, иногда приправляя свои мысли не вполне цензурными, но уместными словечками и искрометными шуточками, от которых сложно было не упасть под стол.

- Рома, раскройте тайну своего приезда в Псков.

- На самом деле я хотел убить многих зайцев. Современные реалии таковы, что я торжественно объявил о том, что до конца 2017 года отрабатываю заявленные концерты с группой «Технология», и окончательно ушел в сольное плаванье. Совмещать это невозможно, в том числе и потому, что я работаю на свой пиар, а выливается все это в пиар «Технологии». Сначала думал совмещать два проекта, но это не получается. «Технология» окончательно скатилась в полнейшее ретро - всякие дискотеки 45-х, как говорит наш клавишник. До такого маразма доходило, что нас звали на «Дискотеку 80-х», хотя в то время нашей группы еще тупо не было. И ведь приходилось только старые песни петь, новое никому не надо. Поклонники орут: «Где новый альбом, где новый альбом?» - а я не хочу, потому что в этом нет смысла. К тому же у нас был очень плохой менеджмент. Записали «Технологией» хороший клип, который не попал ни на один телеканал. Песни на радио не отдавались, новая песня, которая записывалась два года назад, не попала ни на одну радиостанцию - менеджер не смог. Сходил на две радиостанции и на том опустил руки. В общем, работать на пиар сдохшей группы мне совершенно не хочется, поэтому я принял достаточно непростое решение заниматься исключительно сольной работой, не тратя время на «Технологию». Ну так вот, чего я к вам приехал-то, собственно? В отличие от уволенного мной менеджмента, я считаю, что хочешь хорошо работать по стране, а не только в Москве - налаживай связи лично. За сегодняшний день это уже мое третье интервью, и потенциал есть хороший. Я счел нужным совместить рабочую поездку с кое-какими личными делами. Зуб, например, выдрал себе вчера замечательно у врача, который лучше всех московских вместе взятых. Маме к дню рождения необычный подарок нашел. В Москве все одинаковое, а тут можно найти что-то уникальное, аутентичное, местных мастеров. В общем такая частно-рабочая поездка в основном для налаживания связей. Поэтому я здесь. Плюс есть еще идея коллаборации по одной песне с местными музыкантами. Хочется сделать что-то интересное с теми, у кого не зашоренный взгляд. А здесь как раз есть очень хорошие музыканты, и есть подходящая песня.

- Ваша?

- Да. Называется она «Последняя песня». У меня вообще часто все называется апокалиптически. Изначально она написана на стихи Роберта Бернса, потом уже появился русский текст, не имеющий отношения к Бернсу. Эта песня вся из себя шотландская до мозга и костей, кельтская мелодика, и как раз туда нужна этника. У вас есть гора Соколиха, я там был в мае. Народ там на барабанах играл, костры жег и всякое такое. Все это было офигенно красиво, завораживающе, очень умиротворяюще, спокойно, и у меня есть идея в теплое время года на эту песню с местными барабанщиками, танцорами и поджигателями костров, может, и клип отснять. Это было бы очень клево.

- Рома, а у вас осталась какая-то ностальгия по группе «Технология» - по той, которая существовала в начале 90-х, когда вы были на пике популярности?

- Нет. Абсолютно нет. Это было очень тяжело, причем, кроме чувства того, что тебя знает вся страна, это не давало ничего. Это не монетизировалось. Мы чесали очень много концертов, но финансово это ничего не давало вообще.

- Ну а то, что вы - кумир молодежи, не тешило ваше самолюбие?

- Не знаю, никогда не думал об этом. С одной стороны это приятно, а с другой - это не самоцель. Я в свое время, где-то с 2000 по 2003 годы, вообще не выходил на сцену, забросил все и ушел в студийную работу. Мне это нравится. Больше всего в моей деятельности мне нравится сидеть в студии и делать песни. Это самое приятное. У меня нет такого, что «ах, срочно на сцену, срочно показаться и все такое».

- А вы же и аранжировщик еще?

- Это называется саундпродюсер. Я делаю песни от и до, то есть песни под ключ. Я и сейчас этим немножко балуюсь. То один, то другой обращается. Юноше из Рязани уже вторую песню делаю: присылает мне записанную на диктофон песню под расстроенную гитару, и я из этого пытаюсь сделать что-то удобоваримое. Это такой своеобразный квест, челлендж «Смогу ли я?». Смогу. Мне нравится это дело. Мне нравится делать из говна конфетку.

- А как вы оцениваете стиль, в котором вы поете?

- Как говорил Борис Гребенщиков на «Музыкальном ринге» в 85-м, кажется году, когда у него спросили про стиль, «стиль делал 18-й, а мы музыку играем». Вопросы про стиль иногда от некоторых людей звучат, как «ты с какого района будешь?». А я настолько давно этим занимаюсь, что, если учитывать первый альбом, который мы с другом записали в школе, это получается 33 года.

- Это еще когда вы в «Прощай, молодость!» были?

- Раньше. Это было еще в 1985-м, я еще в школе учился. 33 года этим занимаюсь и понимаю, что работать в рамках какого-то одного стиля мне просто скучно. Мой гипотетический будущий альбом будет включать все от этно-фолка до вполне зубодробительного хард-рока через какие-то танцевальные вполне вещи, гитарный поп-рок, брит-поповый немножко. Регги тоже будет. То есть стилистика самая разная, все вперемешку. Вещи получаются разноплановые, потому что я люблю разную музыку. Решил больше не мыслить, как раньше, и не заморачиваться, чтобы сделать альбом. Вот запишу песню, сниму какое-нибудь видео и буду выкладывать. Народ сейчас песни в том же iTunes покупает по одной, по две. Новый альбом буду делать, но назову его какая-нибудь... «Адская каша» (смеется).

- Будете ли вы после окончательного ухода из «Технологии» ставить крест на старых хитах?

- Нет, а куда без них? Но только на концертах. И то я сейчас очень переделываю их. Пресловутую песню, которую нельзя называть, которая «Нажми на кнопку», я сделал в разухабистом диско, с конгами-бонгами, скрипочками. А вообще хочу сделать теперь медленную босса-нову, совершенно издевательскую. Потому что она уже сидит в печенках, я ее терпеть не могу.

- И поэтому вы хотите ее как-то...

- … десакрализировать. Играть-то ее все равно надо. Это как в фигурном катании - есть обязательная программа, а есть произвольная. От каких-то песен никуда не денешься.

- Как от тех же «Странных танцев».

- Мы и ее тоже перезаписали. Большинство клавишных партий заменены гитарами. Песню «Полчаса» переделали. Хард-роковые барабаны сделал, скинул гитаристу. Спрашивает, чего ты хочешь? Говорю, «хочу, чтоб типа как у ZZ Top было». А он говорит: «Слушай, у тебя в этой песне аккордов больше, чем у ZZ Top во всех альбомах за всю карьеру. Так не получится». Ну, у них реально все блюзы на трех аккордах, а в «Странных танцах» аккордов - море. Подумал, прислал мне свои идеи, как сделать. Все уйдет в более живой саунд, более утяжеленный.

- А вот вы с «Танцами минус» прекрасно спели «Странные танцы»... Как вообще относитесь к экспериментам с дуэтами?

- С Петкуном да, мы пели. На сольном концерте «Танцы минус» мы устроили «Странные танцы минус», лежит на YouTube видео с этого замечательного безобразия. Народ офигел, позитивно воспринял. Это такой кайф - по-другому спеть песню, набившую оскомину! Очень свежий глоток! Обычно я старые песни пою чисто механически и могу думать в это время о чем угодно: об ужине, который ждет, когда мы в гостиницу приедем, абсолютно не думая о песне. Идет механическое повторение слов. Ну 29 лет назад уже эта песня написана.

- Но фанатам-то не объяснишь. Они идут на старенькое. И вы не один такой. Наверняка та же фигня у «Сплина», у «Би-2»...

- Конечно. Я представляю, как сэра Пола Маккартни задрало «Yesterday»! Боюсь даже представить. Кстати, мне сегодня скинули фотографию замечательную совершенно. Электричка «Лондон - Ливерпуль»:

- Мммммм)))

- И без охраны.

- Нормально.

- Ну если у них премьер на велосипеде на работу ездит, то чего удивляться? Это у нас понты - мигалки.

- Ну а вообще, ситуация в стране и на международной арене как-то сказывается на вас? Понятно, что кому-то до фени, что происходит. А насколько это отражается на вашем творчестве?

- Не отражается. Я выступал летом 1987 года в качестве гостя на Первом воронежском рок-фестивале, когда учился в Воронеже один год. Как раз была перестройка, и про все можно было говорить. И у 70% выступавших групп были песни с текстами «а в магазине нету колбасыыыыы», «а все в жизни говноооооо», «а давайте все сломаем ээээээ». В принципе, обо всем об этом писали газеты. Не знаю, мне кажется, петь на злобу дня - удел бардов, которые штампуют песни со скоростью изменения политической обстановки. Людей, которые делают это талантливо, достаточно немного. За что я люблю и обожаю Семена Слепакова - что он фигачит их с дикой скоростью. Это комические куплеты. Это другой отдельный жанр. А если я напишу комический куплет, учитывая мой перфекционизм, пока я напишу аранжировку, это все уже неактуально будет. Поэтому уж лучше я о так называемых политических обстановочных вещах напишу в ЖЖ или на фейсбуке. Если я захочу высказать свою политическую позицию, я это сделаю в письменном виде. Потому что рифмовать это, да еще и мелодию на это сочинять - ну я не знаю... Я с трудом себе представляю, чтобы я написал песню «Жириновский - клоун».

- Ну да, люди привыкли к другим вашим текстам.

- Я воспитан на совершенно мелодичной и доброй музыке.

- А на какой, кстати?

- В детстве мои любимые группы были «Boney M», «Dschinghis Khan», ансамбль «Ялла».

- Ух ты!

- Поскольку я 5 лет прожил в Сирии, мне восточные мотивы были очень близки. Потом уже открыл для себя Жана-Мишеля Жара, «Аквариум» в 14 лет услышал, и меня это совершенно загипнотизировало. Я понял, что, кроме ансамбля «Ялла», есть и другая прекрасная русская музыка. Я даже с мамой раза два на концерты «Яллы» ходил, они очень круто играли. Мог ли я подумать, что в будущем очень сильно подружусь с племянницей Фарруха Закирова Наргиз? У нас даже была идея сделать песню дуэтом, но по условиям ее контракта не срастается, к сожалению. Там очень жесткий контракт, и она не может петь то, что хочет. Может, когда-нибудь что-то и запишем. Она очень хочет. Говорит: «Рома, я твоя фанатка, когда я уже попаду на твой концерт!». Блин, ты все время на гастролях» (смеется). А что касается дуэтов, у нас был в прошлом году разговор с Шурой с «Би-2», но мы не сошлись по песне. Я показал ему несколько своих песен, отметив, что хотел эту, эту или эту. А он выбрал такую, которую, на мой взгляд, совершенно нет смысла. Черт его знает, может, мы еще вернемся к этому разговору, и я предложу ему еще что-нибудь. Потому что с «Би-2» очень хочется. То, что они играют, мне по стилистике очень близко. Достаточно гитарная группа, но с элементами синтезаторных штук.

- Ну они вообще смело экспериментируют.

- У меня как-то на радио спросили, как насчет дуэта с рэперами. Если предложат кого-нибудь хорошего - реального брутального чувака, то почему бы нет. Не берем всяких Тимати, которые не рэперы, а так. У меня есть дуэт с Паштетом (Павел «Паштет» Филиппенко). Это был трибьют к 70-летию Майка Науменко. Его сын Женя написал: «Хочешь принять участие?». «Пф, легко, - говорю. - Хочу песню «Гопники»». Это вообще первая песня, которую я научился играть на гитаре. И мы с Паштетом сделали тяжелейший адовый блюз «Гопники», совершенно чумовой. Он там орал, как полагается в хардкоре. Весело получилось. Я, кстати, свой первый рэп написал в 15 лет. Он отвратительный, смешной, его никому не покажешь, потому что стыдно. Чего там в 15 лет сочинишь? В общем, бред. В 15 лет я слушал всякие Grandmaster Flash — тогда же брек-данс был вовсю. Перся от этого всего со страшной силой. Даже на Арбате проект танцевать пытался, не очень успешно. Сейчас у нас в работе проект с греческой певицей Ариадной. Она отслушала материал, ей понравилась одна песня, они сделали поэтический перевод на греческий. Вернусь в Москву - мы с ней встретимся, отслушаем, как получилось, поправим, и буду учить текст.

- То есть вы тоже будете на греческом петь?

- Да, буду петь на греческом. Я из греческого знаю буквально несколько слов, но неважно - там очень простое произношение.

- А вот когда вы песни пишите, что у вас главенствует? Саша Васильев («Сплин»), например, в первую очередь пишет текст...

- Да, у него многие вещи, можно сказать, почти что рэп, речитатив. А мне в башку сначала приходит какая-то музыкальная фраза с какими-то словами. Это неотъемлемо связано. Почему, например, мне трудно писать на русском языке? Мне гораздо проще на английском. В английском намного короче слова, в одну и ту же ритмическую строчку можно вложить, как минимум, в три раза больше информации. Английский более мелодичный в плане окончаний, там открытые гласные, он легко и прекрасно поется. И когда я для записи в Париже переводил свои песни, на каждую песню у меня уходило всего дня 2 - 3. Для сравнения, текст для тех же «Странных танцев» я писал 13 месяцев. Потому что я был постоянно недоволен то одной, то другой строчкой. А еще у одной песни я куплет написал быстро, а припев не сочинялся вообще никак. И только пять лет спустя на гастролях я сидел в номере, бренчал на гитаре, и мне пришел нужный припев. Очень долго это все. Мелодии пишутся быстрее, а тест написать чертовски сложно. Я не хочу штампов. Писал я на заказ периодически для всяких певцов и певиц - там проще. Владу Сташевскому писал - это вообще было смешно. Тогдашняя моя девушка, помнится, как-то страдала животом. Я сижу, пишу текст песни и кричу ей: «Какая рифма может быть на слово «походка»?» Из туалета доносится - «нахооооодка». И вот Сташевский пел «что за походка, ты моя находка» и не знал, как она была написана. В попсе как раз все просто - влепляй слово «любовь», к которому куча рифм подобрать можно типа «кровь», «морковь» и так далее. А в своих песнях я это слово не употребляю. Оно у меня всего в трех песнях встречается за все время, и то вскользь.

- Ну а зачем его использовать «в лоб», если можно завуалировать в содержании песни?

- Во-первых, оно затаскано, как Марш Мендельсона. Это уже такая пошлость! Этим занимается эстрада. До сих пор не забуду какую-то замечательную песню ВИА 70-х: «Ты пришлаааа, а я ушеееел. Я ушеееел, а ты пришла». И вот так вот весь припев. Наслушался такого советского ада и понял, что я так писать не буду. Лучше буду писать долго, нудно. Есть у меня одна песня, без дураков хорошая, девочкам нравится. Но текст я написал левой лапой, мне за него стыдно. Я уже несколько лет пытаюсь написать к ней другой текст, но старый засел в голове.Там получилось слишком банально, недостойно самурая. Поэтому у меня все очень долго.

- Какая у вас целевая аудитория? На кого ориентированы ваши песни (если вы вообще на кого-то, кроме себя, ориентируетесь), и кто приходит на ваши концерты?

- Недавно был звонок на радио: «что вы можете предложить молодежи?». Я опешил. Да ничего. Я предлагаю музыку, а кто ее будет слушать - без разницы. С трудом представляю, что тот же Борис Борисович писал свои песни: «Тааак, эту песню надо написать для инженера, эту для библиотечных работников, эту для диссидентов, а эту - для дворников». Он просто писал. Когда ты пишешь и думаешь о целевой аудитории, это получается заказуха и попса. Я когда-то писал песни на заказ. Та же песня про «походку-находку» с припевом «будь со мной, я не шучу, будь со мой, я так хочу». Жуткое дерьмо, но песню купили - и неважно. А так на концерты к нам приходят родители с детьми, которые уже выросли, и молодежь отдельно приходит. Я считаю, если музыка удачно и хорошо сделана, неважно, кто приходит ее слушать. Единственный раз, когда я работал с целевой аудиторией, это когда я занимался танцевальной музыкой в 1996 - 2000 годы. Записал танцевальный альбом, и целевой аудиторией были дискоклубы. А сейчас ничего. Что можно делать под мою песню? Да все что угодно. Мне столько народу писали, что «мы своего ребенка зачали под ваши «Странные танцы»», что можно уже клуб открывать зачатых и родившихся под «Странные танцы».

- А мы под гитару ваши «Странные танцы» поем.

- Приятно, что удалось написать такую вещь. Она про несчастную любовь и все такое. Может, поэтому всех и пронзила.

- Ясно дело, что вас раздражает эта одержимость «Странными танцами», но...

- Нет, «Странные танцы» меня не так бесят. Меня «Нажми на кнопку» бесит, которую я сочинил от балды, чтоб подработать. Мы тогда занимались с товарищем перепродажей музыкальных инструментов, покупали за 200 рублей какой-нибудь электроорганчик, а продавали за 220 - 250. Для 1989 -1990 года это были деньги. У меня не очень хорошо это получалось - всего пару-тройку инструментов удалось забарыжить. И вот попал мне органчик «Yamaha», в который можно было забить свой ритм или аккомпанемент. Я начал наигрывать проигрыш, который развился в пресловутую «Кнопку». Абсолютно без задней мысли, без глубоких и высоких идей, о чем эта песня. Как сейчас помню: было еще мало песен, а концерт надо было тянуть, и мы дрессировали Вову Нечитайло, чтобы он чего-нибудь говорил между песнями. Причем, он не умеет общаться с публикой. Даже запись сохранилась. Помню, «Лужники», сборный концерт.. И, значит, Вова толкает речь, что «эта песня повествует о человеке, который с помощью компьютера хотел изменить мир....», и в это время начинается вступление совершенно другой песни - «Один». И тут дикий крик Лени Величковского, который пролез к микрофону и на переднем плане: «Какие на х... компьютерыыыы???». И это пошло в эфир. Вова-то вообще был притча во языцех. Ему проще программировать, чем общаться с народом. «Вова, ты задолбал молчать». «Я не знаю, что говорить». «Вот приезжаем мы в какой-нибудь город, ну и скажи что-нибудь хорошее со сцены». «Например». Говорю, «элементарно, «привет, мы всего несколько часов в вашем городе, но нам уже так понравилось, здесь такие гостеприимные жители»... ну, что-нибудь такое. Окей?» «Окей». Приезжаем в следующий город: «Привет... Мы всего несколько часов в вашем городе... (пауза). Здесь такие же жители...». Сибирский народ напрягся. Реально так, мертвая тишина повисла в зале. … «И тут Паша Эмильевич понял, что сейчас его будут бить…» (цитата из «12 стульев» Ильфа и Петрова - ред.).

- А как вы в итоге спасли ситуацию?

- Ну, пришлось как-то протянуть концерт...

- В то время вы ж были любимцами, наверняка на вас не обиделись.

- Любимцы любимцами, а обижать публику нельзя.

- Рома, вот вы два дня уже в Пскове и наверняка что-то успели увидеть.

- Вчера еще побывал в Печорском монастыре.

- И вот, увидев нашу Псковскую землю, что вы можете сказать ее жителям?

- Возвращаясь к предыдущей теме, могу сказать, что «здесь такие же жители....» (смеется). На самом деле меня немного стращали, что еще со времен Ивана Грозного с жителями Пскова жителям других регионов найти общий язык не очень-то просто. Как там говорят - «скобаристан»?

- Да-да.

- На самом деле по Пскову я вчера совсем немножко помотался. Завтра еще немножко помотаюсь. Мне нравится. Я не заметил каких-то настороженных, напряженных отношений к москалям, все очень гостеприимно, душевно и хорошо. Думаю, сделаем у вас 11 мая концерт в клубе «TIR». Мы в Пскове-то играли «Технологией», наверное, пару раз. По-моему, я мог в 90-е годы и сольно у вас выступать, я просто не помню. Пытался посчитать, сколько городов объездил - где-то за 400 точно. Это сейчас просто контролировать - залезаешь на сайт и смотришь, где был. А тогда мы купили телефонный справочник с кодами городов и ставили галочки, где были. После трех сотен мы просто уже перестали считать.

- Ну мы будем вас очень ждать.

- Да, я очень хочу «вжарить веселого рок-н-ролла». Совсем веселого, правда, вжарить не получится, но концерты у меня поэнергичнее, чем в записи. Будем стараться.

Беседовала Татьяна Иванова

 

 
опрос
Как может быть решена проблема с мусором в Псковской области?
В опросе приняло участие 879 человек
Лента новостей
Последние новости