Сегодня: Пятница, 22 Сентября    18+

www.pln24.ru Информационный портал Псковской области. Основан в 2000 году.

слушать online смотреть online
Ниже не будет! Творог «Прасковья Молочкова» признан лучшим Свободный участок охотхозяйства Kia Rio за 444 р. в день Фит-модель У ребенка мерзнут ноги: что делать? Аренда Театр кукол Сделай подарок любимой учительнице Лучшая интерьерная печать в Пскове «Авентин-Псков» приглашает на День открытых дверей 26 августа «Охота на свалки»



Мы их помним

28.01.2010 15:21 ПЛН, Псков

Россия отметила 66-ю годовщину снятия блокады Ленинграда. С каждым годом все меньше становится живых свидетелей тех скорбных и героических страниц отечественной истории. Анна Ивановна Рыжакова встретила войну в Кронштадте, откуда была эвакуирована в село Ленинка Казахской ССР, где и познакомилась со своей подругой Антониной Ивановной Леляевой.

Псков

Сегодня они вспоминают о тех далеких уже годах, и многое из того, чему они стали свидетелями, кажется почти фантастикой.

- В 1942-м году, пережив блокадную зиму, нас, голодных и убогих, вывезли из Питера по ладожской дороге жизни. Так я и оказалась в эвакуации, в Казахстане, где и жила, и училась, - рассказывает Анна Ивановна Рыжакова о далеком и страшном 42-м, когда ей было чуть больше десяти лет, и пришлось воочию столкнуться с ужасами ленинградской блокады. - Уже в 44-м вместе с мамой я вернулась в Ленинград. То есть в эвакуации мы были ровно 2 года.

- Вы были уже достаточно взрослой девочкой, значит, все помните?

- Да, помню все хорошо. Мы тогда жили в Кронштадте, и я помню первые бомбежки города, как разбомбили линкор «Марат», который стоял на рейде, помню, как мы прятались. А ведь как только началась война, у всех граждан СССР было такое обманчивое чувство, что вот еще немного, и война закончится. Ведь мы пели песню: «Броня крепка, и танки наши быстры». И мы были уверены, что война с немцами продлится месяц-другой. Однако война затянулась. И август наступил, и сентябрь. В школу нас уже не позвали. Мы не  учились. Начались бомбежки, обстрелы, голод, темнота.

- Когда начался голод?

- В декабре. Пайки хлеба и прочих продуктов все время урезали. И поэтому, естественно, люди стали голодать и умирать. Я постоянно смотрела, как людей везут на санках в морг. Мой папа был на военном режиме, работая на электростанции, которая снабжала электричеством весь район. А мама была домохозяйкой с тремя детьми. Она пыталась найти хотя бы какую-то работу, но работы не было. В Кронштадте в то время было примерно 50 тысяч населения. Но в основном, конечно, - военные. Вспоминаю, как ходили за водой. Дров не было, электричество в домах отключено. Что мы в эту зиму 1941-42-го годов пережили, одному Богу известно. Честно говоря, мама думала, что до весны мы, мама, младшая сестра пяти лет и двухлетний братик, не доживем. Помню, когда наконец пришла весна по улицам везли на маленьких саночках детей хоронить, а я думала, что это куклы везут. Дети только что родившиеся, конечно, умирали.

- Как вас вывезли?

- Это произошло уже в июне. Здесь мы тоже ужасов натерпелись. Папа остался в блокаде, а мама с нами отправилась в эвакуацию. На утлом буксире по Ладоге под огнем немецких самолетов. Только немцы улетят, наши самолеты прилетают. Мы, помню, возмущались: неужели наши боятся? Но, слава Богу, все бомбы любо не долетели, либо перелетели. Потом полтора месяца мы ехали в товарняке. Направление у нас было в Чувашскую АССР. По дороге нас кормили. Вывозили ведь в первую очередь те семьи, где было много детей. Привезли на станцию Защита в Казахстане, сказали: вылезайте, дальше железной дороги нет. За ними  пришли подводы и развезли по распределенным заранее местам. В самые богатые колхозы. И таким образом мы попали в богатейшее село Ленинка. Вот сколько уже лет я на Псковщине живу, а таких богатых сел я здесь не видела. Какой вкусный там пшеничный хлеб. После блокады мы были поражены. Потом, только блокаду прорвали в 44-м, а папа уже нас вызвал. Когда мы приехали в разрушенный Кронштадт, еще канонада звучала. В июле еще война с немцами продолжалась, они город обстреливали, но, представьте себе, при этом уже восстанавливать город начали. И когда я уезжала после окончания школы, город уже был восстановлен.

- Расскажите, какое настроение было у людей в те тяжелые времена?

- Пока был жив Сталин, мы все были уверены, что жить будет лучше. Жили с надеждой. Никаких панических настроений не было. Когда война кончилась, я, разумеется, пошла в школу, и училась в основном вместе с детьми военных. Лично я своими глазами не видела, чтобы кого-то репрессировали. Но шептались. У подружки, например, дед исчез. У другой – мать.

- Когда вы приехали в Казахстан, то были очень истощены?

-Нет, мы уже по дороге отъелись. Питание было организовано. Два раза в сутки поезд блокадников кормили первым и вторым. А когда приехали в деревню, нас сразу поставили на учет: выделяли за небольшую плату продукты. Наша семья жила у прекрасной женщины, Натальи Николаевны Худяковой. Она, как и все работала, в колхозе. За два года она ни разу голоса не повысила, ни разу не бросила взгляд укоряющий. А муж у нее погиб под Лугой.

- В наше село привезли не только блокадников, но и ссыльных поволжских немцев и депортированных чеченцев, - присоединилась к разговору близкая подруга Анны Ивановны - Антонина Ивановна, которая вместе с другими жителями и принимала беженцев. - И знаете, в нашей деревянной избе, вместе с папой, мамой, пятью детьми жила еще эвакуированная из Ленинграда женщина, больной красноармеец с фронта, парень-осетин раненный, представляете? И все жили дружно, никто и никогда не повышал голос. Я сейчас прямо поражаюсь, как мы все в этой избе помещались! Ссыльные немцы очень страдали, потому что к ним относились как к вредителям, хотя они ни в чем не были виноваты. И мы их очень-очень жалели. У нас в классе было три немецких девочки и все по имени Альма. Их родственников всех забрали в трудармию. И дети ходили по деревне, побирались. Даже невозможно сейчас вспоминать. Помню, мы идем в школу, и что-нибудь съестное берем с собой - подкормить. Помню, высланных чеченцев, многие из которых в дороге замерзли, потому что были одеты по-летнему. Должна сказать, что отношения у нас, местных, с ними были хорошие, мы обменивались вещами и семенами, но когда объявили амнистию, они быстро собрались и все уехали в Чечню. Даже покойников своих всех выкопали и увезли. Такой вот народ.

- То есть никакой вражды, о которой иногда сейчас пишут, не было?

- Нет, такого не было. Село было очень красивое, 200 дворов, и почти все русские. Казахи жили тогда отдельно, в аулах, и только после войны стали постепенно переселяться ближе к нам. И до сих пор никакой вражды нет.

Беседовал Александр Донецкий

Источник: Псковская Лента Новостей





 

За кого вы проголосовали бы на выборах главы Пскова?








Loading...


Голосование

За кого вы проголосовали бы на выборах главы Пскова?








Календарь

«« 2017 г.
«« сентябрь
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30