Новости партнеров
Экономика

Николай Рассадин о Ганзе, ценах и мире во всем мире

30.11.2018 18:13|ПсковКомментариев: 40

Гостем программы «Эхономика» в прямом эфире радио «Эхо Москвы в Пскове» (102.6 FM) в очередной раз стал активный участник общественно-политической жизни региона, директор гипермаркета «Империал» Николай Рассадин. Ведущий Константин Калиниченко обсудил с ним актуальную повестку региона, побеседовал о взаимодействии общества, власти и бизнеса, будущем псковского ритейла. Предлагаем вашему вниманию стенограмму беседы.

Константин Калиниченко: Добрый день, уважаемые радиослушатели. На волнах радио «Эхо Москвы в Пскове» программа «Эхономика». В студии Константин Калиниченко. Сегодня у нас в гостях директор гипермаркета «Империал», но прежде всего активный участник общественно-политической жизни региона Николай Рассадин. Добрый день, Николай Юрьевич.

Николай Рассадин: Здравствуйте, Константин. Здравствуйте, уважаемые радиослушатели.

Константин Калиниченко: А поговорим мы сегодня об актуальных темах социально-экономической жизни региона. Поговорим о том, как и чем живет сегодня псковский бизнес и что нас ждет в обозримом будущем. Затронем и некоторые частные темы, в том числе политические, хотя эфир у нас по большей части экономический.

Николай Рассадин: Экономика и политика неотделимы.

Константин Калиниченко: Конечно. Тем более в нашем весьма политически ориентированном и централизованном государстве. С чего мы начнем. Близится к завершению 2018 год. Чем он вам запомнился, Николай Юрьевич?

Николай Рассадин: Сказать, что этот год какой-то особенный... Футбольным чемпионатом мира, наверное.

Константин Калиниченко: А в контексте экономики мы стали жить лучше или еще хуже?

Николай Рассадин: Думаю, уровень жизни все-таки упал в течение этого года. Ну, для меня это не было новостью. Я ожидал падения в этом году и думаю, что оно продолжится и в следующем году. Тенденция к снижению уровня жизни будет, потому что нет предпосылок к изменению вектора. Я этого не вижу. После того, как было переназначено старое-новое правительство, я отдаю себе отчет, что позитивных изменений в экономике не будет. Наоборот, только хуже и хуже. Но мы уже говорил с вами здесь, в студии, о том, что будут повышаться налоги, будут изыскиваться государством средства для пополнения бюджета, а так как самое простое - отобрать деньги у людей, мы это как раз и наблюдаем в виде налога для самозанятых, налога на дачные участки и прочее имущество. Так и будет продолжаться.

Константин Калиниченко: Николай Юрьевич, если в целом говорить, ситуация действительно сложная. Нет ли у вас ощущения, что мы накануне грандиозного шухера? Все, сколько-нибудь значимые госпредприятия региона испытывают серьезные трудности, которые выглядят непреодолимыми. «Горводоканал» не в силах расплатиться за кредит ЕББР. Теплосети проигрывают в суде всем подряд. И другие предприятия живут ничуть не лучше. Что не так в региональной экономике? Почему не работает система муниципальных предприятий? Это вопрос управленческих решений или система не работает в целом?

Николай Рассадин: Это комплексная проблема. Она начинается на самом верху и вытекает из нашего государственного устройства. Чрезмерная централизация государства выстроенная вертикаль власти ведет к тому, что все управленческие решения принимаются на федеральном уровне. Все, что мы говорим о местном самоуправлении, об управлении субъектом федерации - все вытекает из решений, принимаемых правительством РФ и депутатами Госдумы. Поэтому это исток, из которого впоследствии вытекают управленческие решения на местах. У нас чиновники - все, кто на местах - действуют с оглядкой на федеральный центр и власти региона.

Константин Калиниченко: ... и не могут сказать ни одного слова против.

Николай Рассадин: Не могут. Острое слово нигде не озвучивается. Это страх чиновника потерять свое место,страх чиновника раздражать своих руководителей по вертикали. Поэтому все вытекает отсюда.

Константин Калиниченко: Получается замкнутый круг. Сверху нами управляют без понимания региональных особенностей...

Николай Рассадин: А это не мягко. Это нормально. Совсем недавно Путин дал поручение правительству разобраться, как люди живут внизу. То есть на 20-м году президентства до него, наконец, дошло, что люди живут не так, как ему докладывают. Это замкнутый круг, который разорвать невозможно.

Константин Калиниченко: А снизу докладывают, что все хорошо.

Николай Рассадин: А снизу докладывают, что все хорошо! Вы ж помните про Ганзу. Это слово уже набило людям оскомину и стало словом ругательным. На протяжении долгого времени из Ганзы делали эдакую «псковскую Олимпиаду», которая вытащит область из болота, и все это докладывалось наверх. Сюда приезжали люди из правительства, Совета Федерации, Госдумы, и им все говорили, как у нас тут все хорошо, а в результате мы не можем четвертый год вести в эксплуатацию Перинатальный центр! Вот пожалуйста!

Константин Калиниченко: Да, почти за 9 месяцев до Ганзы мы все еще продолжаем не скажу что надувать щеки...

Николай Рассадин: Уже перестали надувать щеки. Новый руководитель региона опустил всех на землю. Поступок на самом деле достаточно сильный и мужественный, и люди уже прекрасно понимают, что Ганза — это не то, что нам нарисовали когда-то давно.

Константин Калиниченко: То есть того уровня торжеств, который был в городах, которые принимали, скажем, ЧМ по футболу, Пскову ждать не приходится.

Николай Рассадин: Нет, конечно нет.

Константин Калиниченко: Хотелось бы затронуть вопрос с предприятием, где ситуация стоит достаточно остро. Это, конечно же, «Псковпассажиравтотранс". На предприятии явно нездоровая обстановка. Регулярные задержки зарплаты. Коллектив близок к забастовке. Если, не дай бог, водители откажутся выходить на маршруты, это станет огромной проблемой для жителей Пскова. На ваш взгляд как бизнесмена, что не так с основным автоперевозчиком? Можно как-то решить проблему или это наша судьба - терпеть?

Николай Рассадин: Проблему создать легко, а выйти из нее сложно. Мне представляется, эта проблема выросла из чрезвычайной централизации того или иного уровня института. Я вообще противник всяких ГУПов и МУПов. Считаю, что такие вещи, как пассажирские перевозки, должны быть в коммерческом русле, и работать должны в нормальном рынке. А так как у нас его нет, то и работать в нем коммерческому предприятию сложно. Из чего, как мне кажется, вытекла ситуация с «Псковпассажиравтотрансом»? Из чрезмерного укрупнения данного предприятия, которое взяло на себя всю полноту ответственности в логистической системе Пскова и области.

Константин Калиниченко: Имеется ввиду, что к «Псковпассажиравтотрансу» присоединили «Псковавтотранс».

Николай Рассадин: Совершенно верно. Есть такое выражение - попытались откусить кусок, который оказался не под силу. Вы укрупняете предприятие, укрупняете, а чем оно становится крупнее, тем сложнее им управлять. И вот вся эта попытка взять все под свой контроль приводит к тому, что вдруг что-то в этом предприятии ломается. И все. Монополист с рынка уходит, а заменить его некем. Поэтому, если судебные приставы все исполнят и арестуют имущество «Псковпассажиравтотранса», включая автобусы, а люди из-за невыплаты зарплаты перестанут ходить на работу и выйдут на забастовку, то наступит коллапс. И все из-за того, что кто-то из областных руководителей региона посчитал, что он должен контролировать все транспортные перевозки в области. Я сталкивался с тем, как из Печор выдавили перевозчика. Был такой перевозчик Тарасик.

Константин Калиниченко: Вы имеете ввиду транспортную компанию «Нива».

Николай Рассадин: Да. Человека, который успешно и благополучно осуществлял перевозки. Да, он был вынужден уйти с этого рынка, и сегодня, случись что в Печорах, он туда уже не вернется. Потому что у него нет уверенности, что его снова не выдавят из этого сектора, а во-вторых потому, что он не верит государству. Поэтому что будет с «Псковпассажиравтотрансом», прогнозировать трудно, но проблему надо обязательно решать. Потому что область встанет в коллапсе.

Константин Калиниченко: Вот вы говорите, что государство как собственник, как менеджер действует неэффективно. Нет ощущения, что «Псковпассажиравтотранс» пытаются приватизировать и сделать частным – акционерным обществом, например? Там уже какая-то московская фирма несколько маршрутов на себя взяла, многие видят маленькие автобусы с московскими номерами и водителями в форме.

Николай Рассадин: Может, это связано с тем, что часть транспорта уже отчуждена из «Псковпассажиравтотранса». Проблему надо было решать, и нашли какого-то частного перевозчика. Может, это и есть попытка заместить то, что работало неэффективно. Предположения можно делать разные. Есть и такая фора захвата госпредприятия. Не исключаю этого. Но мне больше кажется, что появление на улицах Пскова автобусов с московскими номерами, - попытка заместить то, что вышло из под государственного контроля.

Константин Калиниченко: Какие-то автобусы выходят из строя сами, а какие-то, насколько я понимаю, арестованы по решению Арбитражного суда. Предположим, это предприятие переходит в частные руки. А нет ли тут опасности, что утратится социальная функция - какие-то коммерческие невыгодны маршруты, время и так далее?

Николай Рассадин: Есть такая опасность. Если оно полностью перейдет в одни руки, это опять будет то же предприятие-монополист, но с другими владельцами. Монополизм подразумевает отсутствие конкуренции, поэтому снижения тарифов на перевозки ждать не приходится. И здесь должна будет поработать антимонопольная служба. Или же администрация области должна создать условия для появления конкуренции, чтобы рынок установил нормальную, социально обоснованную тарифную ставку за перевозки.

Константин Калиниченко: Верите ли вы, что сюда может прийти серьезный инвестор, которому будет под силу привезти сюда сотни автобусов и установить порядок?

Николай Рассадин: Думаю, какой-то серьезный инвестор сюда не придет, но не исключаю появления мелких транспортных предприятий, которые будут работать в зонах своей ответственности — в Печорах одно предприятие, в Острове другое. Псков, может быть, будут делить между собой два-три предприятия. Еще раз говорю: чтоб не задирались тарифы, должны быть конкуренция.

Константин Калиниченко: В принципе, опыт Печор показывает, что частник может быть эффективен,..

Николай Рассадин: ...не задирая бездумно тарифы.

Константин Калиниченко: А в остальном это удобные автобусы, расписание...

Николай Рассадин: Возможность расплатиться в автобусе пластиковой картой.

Константин Калиниченко: Сейчас перед страной стоит более важная задача - полет на Марс. Какие уж карточки? … Хорошо. Николай Юрьевич, немножко сменим направление диалога. Некоторое время назад состоялось совещание у главы города Пскова на тему, что делать с территорией рынка на Четырех углах. Этот пятачок - фактически центр города. И мы знаем, в каком он состоянии с архитектурной точки зрения. (Только бы «Два капитана» не тронули - это святое место. Что или кто мешает привести там все в порядок?

Николай Рассадин: Как историческое место мы его сохраним.

Константин Калиниченко: Что мешает привести рынок в порядок? Насколько я помню, вы планировали строить там «Макдоналдс».

Николай Рассадин: Мешает позиция государства.

Константин Калиниченко: Позиция государства в каком формате? Город, область?

Николай Рассадин: Областная власть.

Константин Калиниченко: А в чем именно заключается тот факт, что она препятствует? Там не размежевана земля или какие-то необоснованные ограничения накладываются?

Николай Рассадин: Да, там большой участок под одним кадастровым номером, который принадлежал частному лицу. По инициативе областной прокуратуры, еще при прежнем прокуроре Кебекове, договор купли-продажи этой земли был оспорен землю вернули в областную собственность. Все попытки лица, у которого есть недвижимость, оформить эту землю официально - взять в аренду или выкупить, ни к чему не приводили. Препятствия ставились комитетом государственного имущества Псковской области, устанавливались непонятные с точки зрения здравого смысла зоны охраны. Оказывается, Рижский, 7 - памятник регионального значения. И там установлена зона охраны аж до Петровской и Пароменской. И все наши попытки найти некий компромисс и доказать власти, что такое состояние той территории надо менять, до администрации области не доходили. В конце концов они начали этот участок делить в нарушение собственных законов. Было несколько попыток его разделить, но к успеху они не приводили. Наконец, они нашли приемлемые условия раздела, и суд утвердил раздел этого участка на два участка площадью 5 тыс кв м каждый. На сегодняшний день решение суда вступило в законную силу, и теперь задача областной власти — поставить эти участки на кадастровый учет и что-то с ними делать. Но вы же понимаете, что время потеряно безвозвратно, и то, что мы хотели сделать к Ганзейским дням 2019 года, уже не будет реализовано. И в Ганзу мы войдем именно с тем, что там сейчас есть.

Константин Калиниченко: С ларьками..

Николай Рассадин: Можем войти и без ларьков, если устроить там «Ночь длинных ковшей» - помните, как в Москве было?

Константин Калиниченко: Но вряд ли это как-то территорию облагородит.

Николай Рассадин: Никак не облагородит.

Константин Калиниченко: Соответственно перспектив по этому участку, по крайней мере, на 2019 год, вы не видите.

Николай Рассадин: Не вижу. Многое будет зависеть от позиции администрации Псковской области - как распорядиться этими двумя участками.

Константин Калиниченко: Насколько я понимаю, у вас есть некий приоритет на эти участки в дальнейшем.

Николай Рассадин: На одном участке стоит объект недвижимости, и по закону он имеет приоритетное право приобретения. Второй участок будет в публичном каком-то ведении.

Константин Калиниченко: Имеются у вас планы на свой участок?

Николай Рассадин: Планы есть, но при условии, если оба участка будут принадлежать одному лицу. Вы понимаете, если это будет лоскутное одеяло, тришкин кафтан, ничего хорошего не получится. Каждый поставит там то, что захочет, и получится еще больший Шанхай, чем сегодня.

Константин Калиниченко: Николай Юрьевич, мы в любом случае ходим вокруг да около Ганзейских дней в Пскове. Вы говорили, что это событие раньше преподносилось как «псковская Олимпиада, немалые деньги федеральные выделялись, создали оргкомитет. Сегодня,с подачи губернатора, идет уже речь о том, что хватит с нас и ярмарки выходного дня, иллюзии должны быть обоснованными.

Николай Рассадин: Совершенно верно. Объективными надо быть.

Константин Калиниченко: Лично вы чего ждете от псковской Ганзы в июне 2019 года?

Николай Рассадин: Я лично ничего не жду от Ганзы. Это одно из немногих мероприятий, которые проводятся на Псковской земле. Наряду с фестивалями «Хельга», «Словенские ключи», бардовский фестиваль «Изборская крепость», благотворительный фестиваль «Добрый рок».

Константин Калиниченко: То, что вы перечисляете, - обычные ежегодные мероприятия. Считаете, что Ганза оже будет эдакая ярмарка выходного дня со всеми ее атрибутами?

Николай Рассадин: Нет, конечно. Это событие, которое в международном календаре стоит достаточно высоко в странах Ганзейского союза. Это, естественно, событие, просто у нас есть один нюанс. Мы действительно раздули этот праздник до вселенского масштаба, а на землю опускаться всегда очень сложно. Наступает переоценка ценностей и разочарование. Как я считаю, жители Пскова разочарованы этой произошедшей переоценкой. На вещи надо смотреть трезво. Из этого мероприятия можно было сделать не просто ярмарку выходного дня, а хорошую ярмарку из семи дней. Но надо к этому подходить серьезно.

Константин Калиниченко: Наши чиновники ежегодно ездили в другие ганзейские города, перенимали опыт, вроде как позитивный. Судя по фоторепортажам и сюжетам, все праздники проходят примерно одинаково. Почему у нас не получается просто повторить?

Николай Рассадин: А мы еще не знаем, получится у нас повторить ли не получится. Повторить то, что было в других ганзейских городах - не сверхзадача, это можно сделать здраво и трезво. А мы что хотели? Всем нашим рекордам дать имена. «А давайте переплюнем Новгород», «а давайте переплюнем Любек».... Вот это всегда мешает в работе - «давайте кого-нибудь переплюнем». Да вы сделайте хотя бы как там было, а если получится переплюнуть - слава богу!

Радиослушатель: Здравствуйте. Даже не вопрос. Мы тут с мужиками сидели выпивали в гаражах, про эти дни рассказывали по радио. Мужики смеялись. Спрашиваю, что такое. «Они там все играют, а нам работать негде». Ну и разошлись по своим делам с выводом «а, это у них там». То есть это не народный праздник.

Константин Калиниченко: То есть власть отдельно, а люди сами по себе.

Радиослушатель: Ну да. Это придумка. Может, чтобы что-то попилить. Вот такой у нас был разговор.

Константин Калиниченко: Позиция достаточно популярная. Все какие-то такие мероприятия для чего? Для людей или для того, чтобы власть отчиталась, какие мы молодцы и как хорошо поработали?

Николай Рассадин: Давайте начнем с главного. Государство для кого?

Константин Калиниченко: Я боюсь назвать это имя вслух.

Николай Рассадин: Я тоже боюсь. Конечно, этот праздник для людей. Но так как у нас в стране все перевернуто с ног на голову, и чиновники считают, что это люди для государства, а не наоборот, то и праздники, которые там проходят, тоже для государства. Соглашусь с автором звонка. У нас любое крупное мероприятие — это повод заработать денег каким-то людям, которые стоят близко к власти.

Константин Калиниченко: Какие-то деньги на Ганзу поступили. И тут же начались проблемы с их освоением. На ряд конкурсов вообще никто не заявился. Неделю назад экс-губернатор Турчак, чьими усилиями ганзейская тема и вышла на федеральный уровень, недвусмысленно пригрозил псковским чиновникам, что ребята, такими темпами вы вообще останетесь без второго транша.

Николай Рассадин: И без Ганзы вообще.

Константин Калиниченко: Или с какой-то усеченной. Что мешает чиновникам осваивать хотя бы уже полученные деньги? Тут-то какие проблемы? Ладно, когда нет денег, а тут они есть.

Николай Рассадин: Опять же, мы всегда замахиваемся на все и сразу. Если говорить о подходе к освоению денег, мне понравилось выражение Ольги Викторовны Милонаец, что у нас странно осваиваются деньги. И я с ней соглашусь. Возьмем один из объектов, который должен был быть подготовлен к Ганзе - студенческий кампус. Ведь для многих людей, которые владеют информацией, было понятно, что та фирма, которая заявилась на конкурс, какая-то такая...

Константин Калиниченко: Это было понятно после того, как практически все псковские фирмы, которые могли делать эти работы, с конкурса слетели. Сами ушли? Или...

Николай Рассадин: Я не знаю внутреннюю кухню. Выиграла конкурс компания, которая лично у меня, исходя из открытой информации, вызывала большие сомнения. Неужели люди, которые проводили этот конкурс, не понимали, чем все это закончится? Тогда надо менять не кровати, а людей. Поэтому все, что делается в стране с конкурсами... Выигрывают какие-то непонятные фирмы, появляются непонятные подрядчики, и каждый раз происходит одно и то же — обжигаемся, но потом повторяем те же ошибки.

Константин Калиниченко: Любим наступать на те же грабли.

Николай Рассадин: Любим наступать на те же грабли. Да, есть такая проблема, но это проблема системная, и не только псковская, и не только конкретных людей.

Константин Калиниченко: Николай Юрьевич. Еще один вопрос, который вам, очевидно, очень близок по основному роду деятельности. Но оттолкнусь, опять же, от Ганзы. На прошлой неделе состоялось заседание городского оргкомитета по Ганзе. Выяснилось, что практически ничего не сделано. Там 39 вопросов, и все они требуют проработки. С удивлением на заседании, по-моему, депутат областного Собрания Алексей Севастьянов поднял вопрос, что Ганзейские дни вообще-то очень накладываются на школьные выпускные, а это дни «сухого» закона. Поэтому перед Псковом замаячила непривлекательная перспектива безалкогольной Ганзы, которая неразрывно связана с известным пенным напитком. Но вопрос не столько об этом, а в целом по антиалкогольному законодательству. Чуть больше месяца назад наложили очередные санкции на Дерипаску и решили антиалкогольное законодательство смягчить в части напитков в жестяных банках. В целом есть ли какие-то еще подвижки? Меняется ли что-то в антиалкогольном законодательстве, которое себя никак не оправдало?

Николай Рассадин: Возвращаемся к устройству нашего государства. Многим понятен абсурд вокруг антиалкогольного законодательства. Все понимают, что если человек захочет, он пойдет и алкоголь достанет. Закон об этих алюминиевых банках не в ведении регионального законодательства — нужно, чтобы федералы приняли какие-то решения. А этому обычно предшествуют три чтения.

Константин Калиниченко: Если не поступит санкции «сверху».

Николай Рассадин: Год уже говорят о том, что надо возвращать алкоголь на заправки, а его там как не было, так и нет.

Константин Калиниченко: Имеется в виду слабый алкоголь.

Николай Рассадин: Хотя бы слабый. Мы не можем решить вопрос даже на уровне региона. А например, изменение времени торговли алкоголем? Никаких подвижек. Михеев как молчал на мое письмо, так ответа и нет. Поэтому пока у нас людям не будет предоставлено право самим решать, как им быть, ничего у нас толкового не будет. А что касается накладок, ну неужели люди, которые принимали решение по срокам проведения Ганзы, не знали, когда у нас выпускные у школьников?

Константин Калиниченко: Как всегда, все вскрывается в самый последний момент.

Радиослушатель: Добрый день. По поводу ганзы соглашусь с мнением предыдущего звонившего, что это не народный праздник. Но если вы хотите сделать его народным, можно же использовать современные технологии - провести голосование, какого артиста пригласить в Псков? Почему этого приглашают? Может, людям хочется других. На этом можно даже сэкономить. Одни берут 2 - 3 миллиона рублей, а другие возьмут меньше, но будут более интересными для народа.

Николай Рассадин: Ганза - это несколько аутентичное мероприятие, оно особо не связано с симфонической музыкой или какой-то другой. Тут более народные коллективы, историческая реконструкция. У нас своих народных коллективов в области хоть отбавляй. Можно пригласить их из Новгорода, , Прибалтики. И люди приедут, и не за деньги, а чтоб показать свое искусство. Я это к тому, что если проводить голосование, кто-то любит попадью, а кто-то попадьеву дочку. Будет столько мнений, что мы замучаемся всех приглашать, кого внесем в топ-лист.

Константин Калиниченко: Согласен. Всем не угодишь. Николай Юрьевич, давайте в конце эфира перейдем к совсем уже нашим, приземленным проблемам. С нового года вводится масса новых налогов с нового года. Налоговое бремя на людей возрастает. Акциз на колбасу - это вообще удар по нашим духовным скрепам. В целом чего ожидаете как руководитель нашего псковского ритейла с нового года? Вырастут ли цены? Можно ли спрогнозировать, каков будет рост цен на важные товары?

Николай Рассадин: Я бы не стал делать прогнозов. Могу сказать, что рост цен, конечно, будет из-за повышения НДС. Повлияет на него и растущая инфляция. Если будет расти курс иностранной валюты, будет рост на импортную продукцию, которую импортеры покупают за валюту. А конкретно по каким позициям это будет, не могу сказать. Мы живем в такое непредсказуемое время, что планировать нельзя даже на квартал вперед. Все может поменяться в любой момент — может измениться санкционный режим в отношении России. Может - я утрирую - завтра вообще запретят поставлять в Россию любую продукцию. И тогда мы вообще окажемся в очень сложной ситуации.

Константин Калиниченко: Может, завтра война с Украиной начнется.

Николай Рассадин: Может, завтра начнется война с Украиной. Мы, конечно, верим в лучшее, но ситуация на Черном море заставляет вздрагивать. Если проводить исторические параллели, то войны начинались и из-за менее значимых поводов. И начинаешь подумывать, что будешь завтра. Поэтому думать сегодня надо не о колбасе, а о том, как сохранить мир во всем мире или хотя бы не ввязаться в кровавую драку с нашими соседями - как говорит Путин, партнерами. Вот на что надо обращать внимание.

Константин Калиниченко: Псковский ритейл, местные розничные сети сегодня переживают трудные времена? Есть ли перспективы выжить в мире «Магнита» и «Пятерочки»?

Николай Рассадин: Тяжело.

Константин Калиниченко: Но выживите?

Николай Рассадин: Не знаю.

Константин Калиниченко: Не уверены?

Николай Рассадин: Не уверен.

Константин Калиниченко: Вот так... И последний у меня вопрос. В области сменился руководитель следственного управления. Есть ли какие-то подвижки по так называемому «делу Гавунаса»? Если, конечно, вы владеете информацией?

Николай Рассадин: Подвижки, конечно есть, они были еще до прихода нового руководителя следственного управления...

Константин Калиниченко: … который не чужд Псковской области.

Николай Рассадин: Я не знал этого человека лично, но много наслышан о нем. Расследование дела закончено, идет ознакомление с материалами дела со стороны потерпевших. Потом с ним будут знакомиться обвиняемые. Надеемся на здравый смысл, и что оно будет направлено в суд для объективного рассмотрения, где мы сможем уже четко доказывать свою невиновность.

Константин Калиниченко: Наш эфир подходит к концу. Напомню, это была программа «Эхономика». Гостем эфира был директор гипермаркета «Империал», активный участник нашей социально-экономической и общественно-политической жизни региона Николай Юрьевич Рассадин.

Николай Рассадин: Спасибо, Константин, что пригласили.

Константин Калиниченко: Надеюсь, до нового года мы еще с вами здесь встретимся.

Николай Рассадин: С удовольствием. Мне очень приятно бывать у вас в студии.

Константин Калиниченко: Спасибо, до свидания.

 

 
опрос
Беспокоят ли вас темпы распространения ВИЧ-инфекции в России и Псковской области?
В опросе приняло участие 704 человека
Лента новостей
30
Ваш браузер использует блокировщик рекламы.
Он мешает корректной работе сайта.
Для того, чтобы этого избежать добавьте наш сайт в белый список. Как это сделать.