Новости партнеров
Экономика

Гендиректор псковского завода «Титан-Полимер» о переработке пластика и безопасности современных полимеров

04.09.2019 17:16|ПсковКомментариев: 8

Предлагаем вашему вниманию текстовую версию нового выпуска программы «Гайд-парк» в эфире радио «Эхо Москвы» в Пскове, гостем которого стал Гендиректор псковского завода «Титан-Полимер» Герман Петрушко. Ведущий Константин Калиниченко поговорил с ним о том, что на самом деле представляет собой современное производство полимеров, от каких стереотипов и заблуждений предстоит избавиться жителям Пскова. Также в ходе программы он обсудил с гостем студии вопросы: Возможно ли безотходное производство полимеров и подлежит ли пластик переработке и безопасной утилизации? Почему современные полимеры экологически безопасны и все больше используются в быту повседневной жизни?

Константин Калиниченко: Добрый день, уважаемые радиослушатели. На волнах «Эхо Москвы» в Пскове «Гайд-парк» - территория, где мы открыто говорим на самые разные темы. В студии ведущий Константин Калиниченко, в гостях у нас генеральный директор псковского завода «Титан-Полимер» Герман Петрушко. Герман Львович, добрый день.

Герман Петрушко: Добрый день, жители Пскова.

Константин Калиниченко: В ближайшие 30 минут мы поговорим о том, что на самом деле представляет современное производство полимеров, от каких стереотипов предстоит избавляться псковичам. Обсудим возможно ли безотходное производство полимеров, пластика, подлежит ли это все переработке или безопасной утилизации. Также поговорим о том, почему современные полимеры экологически безопасны и их все чаще используют не только в химии, но и в быту, и повседневной жизни. Герман Львович, давайте в целом расскажем, что такое пластик в нашей жизни? Очевидно, что люди давно живут в плену стереотипов. Например, есть мнение, что весь цивилизованный мир отказывается от пластика в пользу экологичных материалов. Правда не уточняют каких именно, наверное, все думают, что в пользу дерева: сосны, березы или еще чего-то. Так ли это на самом деле?

Герман Петрушко: Я думаю, что говорить о пластике будет не совсем корректно. Полимеры - это очень широкое название, человечество уже более ста лет живет с ними. Например, все мы знаем, что есть природные полимеры: янтарь, целлюлоза, различные полисахариды. Кстати, вискозу искусственного происхождения получают из природной целлюлозы, этому производству уже более 100 лет. Если говорить просто, то ее получают из елки. Но с экологической точки зрения производство достаточно проблематичное, используется огромное количество воды и всевозможных кислот. Но получается прекрасный материал, гигиеничный. Еще примеры - нейлон, капрон, этому материалу более 90 лет, полиэтилентерефталату 70 лет. У полиакрилонитрила замечательные свойства: это материал, который похож на пух и, в том числе, используется в куртках. Если этот материал подвергнуть специальной обработке, мы получим углеродное волокно, которое используют в крыльях самолета, также из него делают ракеты гражданского назначения. Из полиамида делают спортивную одежду...

Константин Калиниченко: Грубо говоря, эти самые пластики и полимеры мы фактически надеваем на голое тело?

Герман Петрушко: Да, надеваем на голое тело. Вы и я сидим в рубашках, здесь присутствует полиэстер, это как раз ПЭТ-нити, полученные из полиэтилентерефталата.

Константин Калиниченко: От ношения этих футболок и рубашек мы, я надеюсь, не умрем?

Герман Петрушко: Конечно, нет. Сегодняшняя технология получения одежды все время совершенствуется, материалы все более и более подготовлены для текстильщиков, поэтому вы не ощущаете никакого зуда или жжения кожи. Сегодня без этого невозможно обойтись. Чисто природный материал, например, хлопок, мы не сможем носить потому, что у него достаточно сложные условия использования: мы его постирали, он сел. Поэтому, чтобы придать материалу носкость и товарные свойства, ткачи добавляют определенные нити другого материала. Где-то это полиамидное волокно, где-то ПЭТовское волокно, где-то волокно другого свойства.

Константин Калиниченко: Получается, что это деталь нашей повседневности.

Герман Петрушко: Да, это наша повседневность, без этого мы не сможем обойтись. Я считаю, что развитие науки и нашего сегодняшнего дня просто невозможно без развития пластиков и придания им каких-то новых свойств.

Константин Калиниченко: О науке мы поговорим чуть позже. Вот еще один стереотип, который активно обсуждали. Вы, вероятно, помните, весной прошла информация, ее активно тиражировали в СМИ, о том, что в Европе приняли решение отказаться от пластиковой одноразовой посуды. Видимо, в Макдональдсе теперь все будут подавать на фарфоре... В чем вопрос: действительно ли Европа отказывается от полимеров в каком-то объеме? Строят ли сегодня предприятия по производству полимеров в цивилизованных странах? Чтобы это был не Китай и Монголия, а именно цивилизованные страны.

Герман Петрушко: Прежде всего, мы должны понять от чего отказывается Европа. Мы уже сказали о том, что полимеров существует великое множество. Естественно, что какие-то полимеры участвуют в упаковке продукции общепита. Мы сейчас говорим в большинстве о таких материалах, как полиэтилен, полиэтилен высокого и низкого давления, потому что они участвуют в упаковке наших пищевых продуктов.

Константин Калиниченко: Начиная от пищевых пакетов...

Герман Петрушко: Да, но это вовсе не говорит о том, что Европа отказывается от этих материалов. Европа переходит на, так называемые, биоразлагаемые материалы, это, в том числе, и эти же полимеры. Тут речь не о том, что вся Европа от этого уходит или, что весь фастфуд откажется. Тут речь идет о кулечках, которые очень сложно собрать. Нет никаких проблем с тем, чтобы их переработать, а вот собрать достаточно сложно. Эти кулечки летают разносимые ветром. В Европе стоит вопрос о том, чтобы, по возможности, там, где это действительно необходимо, переходить на биоразлагаемую упаковку. Это означает, что в пластик вживляется специальная бактерия, которая при определенных условиях его разлагает.

Константин Калиниченко: То есть, бактерия, вроде как, живет в пластике?

Герман Петрушко: Да. Либо делается хранилище, и при определенных температурах происходит ускоренное разложение пластика. Вот такие задачи стоят перед Европой. То есть, полиэтилен высокого давления в чистом виде сейчас заменяется на более совершенный материал. Но это тот же пластик, только, грубо говоря, с другими свойствами.

Константин Калиниченко: Давайте еще немного про Европу. Буквально перед эфиром наткнулся на такую информацию: в Германии на душу населения производится 7 кг полиэтилентерефталата, в России примерно 1,5 кг. То есть, получается, что в 4-5 раз меньше. Означает ли это, что сегодня Россия вынуждена закупать этот продукт заграницей или мы просто существуем в режиме недопроизводства полиэтилентерефталата?

Герман Петрушко: Вы абсолютно правильно ставите вопрос и правильно его понимаете. Я могу сказать больше: в Соединенных Штатах эта цифра достигает 15 кг.

Константин Калиниченко: Я еще наткнулся на 22 кг в Китае, но Китай не самый авторитет.

Герман Петрушко: Вопрос в том, что сегодня Российская Федерация в производстве и переработке полимеров отстает от всего цивилизованного мира очень и очень сильно. Почему-то в нашем сознании пластик - это посуда.

Константин Калиниченко: Пластиковый стаканчик или бутылка...

Герман Петрушко: Но ведь это не так. Вот у вас стоит компьютер - это же тоже пластик, все составляющие, которые в нем находятся - тоже пластик. А как мы можем одеть пожарного и послать его на тушение огня? Он же просто сгорит, температура огня очень высокая. Если мы его не оденем в полиамидные нити, которые выдерживают температуру до 700 градусов или какие-нибудь полиакриловые нити, которые выдерживают уже до 1000 градусов, мы не решим обычных насущных проблем. В Российской Федерации стоит вопрос об обеспечении собственных потребностей в различных видах полимеров - это и полиамиды, и полиэтилентерефталат, и полиэтилены с особыми свойствами, например, сверхмолекулярные полиэтилены - у нас они производятся в очень маленьком количестве, а это стратегически важный продукт. Мы сейчас говорим о том, что Россия будет выпускать эти материалы и это стратегическая задача, которая стоит перед государством.

Константин Калиниченко: А в технологическом плане достаточно ли мы развитая держава, чтобы не «накосячить»? Желание производить есть, потребность тоже присутствует, но можем ли мы это себе позволить с технологической точки зрения?

Герман Петрушко: Безусловно. В Российской Федерации существуют давние традиции. К примеру, мы уже очень давно выпускаем полиамиды, выпускаем полиэтилены, это и Казанские заводы, и Томске, заводы в Сибири... Я могу много их перечислять. Я практически не могу вспомнить, когда на этих заводах были аварии. То есть, технологии, которые применяются на этих заводах самые современные. Наука развивается, и всевозможные компоненты, которые участвуют в производстве полимеров, тоже развиваются. Это и автоматизация процесса, и ранние стадии обнаружения каких-то критических температур в процессе и т. д. Российская Федерация обладает всеми возможностями, чтобы наращивать продукцию по производству полимеров.

Константин Калиниченко: Вы заговорили про то, что не было аварий. Я, готовясь к эфиру, не один день пытался найти хоть один случай какой-либо аварии на предприятиях по производству именно полиэтилентерефталата. Пытался дойти до каких-то китайских ресурсов, но даже у них ничего. Хотя, казалось бы, у них должно все гореть и взрываться, и им должно быть на это наплевать, потому что людей им никогда особо было не жалко. Но даже в Китае ничего не происходит. Для журналистов, наверное, это огорчительный факт, потому, что нет инфоповодов. Но для людей это, конечно, обнадеживающий факт, очевидно, что дело в технологии, которая не позволяет случаться внештатным ситуациям. Мы уже немного начали затрагивать этот вопрос, каковы сегодня технологии утилизации и переработки полимеров? Все-таки мы понимаем, что мир уже покрыт слоем пластика. Существуют ли на самом деле технологии переработки, какой-то гуманный и эффективный вид утилизации? Не опасно ли это для человечества, для жителей регионов? Где все это будет организовано?

Герман Петрушко: На самом деле, мир уже давно перерабатывает полученные полимеры. Вопрос в том, что и технологии по переработке полимеров существуют различные. Одна из самых распространенных на сегодня технологий, которая применяется практически во всем мире - это сбор полимера, его сортировка, отмывка, очистка, дробление и превращение обратно в гранулы. Затем эти гранулы отправляются на литиевые производства, какие-то коробочки, ведра.

Константин Калиниченко: Опять же, какая-то бытовая продукция.

Герман Петрушко: Да. Например, «Кока-Кола», которая сегодня заполняет свою продукцию в пластиковые бутылки. Почему они это делают? Потому, что полиэтилентерефталат - это один из самых безопасных материалов и самый экологически чистый. Все научные сообщества, которые пытались найти негативное воздействие на человека, так его и не нашли. Но при этом у них такое производство, когда в каждую бутылочку должно войти 30% переработанного пластика. Это, своего рода, тоже борьба за экологию. Примеров много. Например, футбольный клуб «Бавария» бегает в сделанной из рециклинга (переработанного пластика) форме.

Константин Калиниченко: Может, это и есть рецепт успеха? Спартак, ЦСКА одеть в такую форму...

Герман Петрушко: Эта технология существует. Пластик повторно используется в каких-то менее значимых товарах или других производных готовой продукции - это нити, нетканые материалы, этот спектр очень широк. Существует и другая технология: определенный пластик можно привести практически в первичные формы. Такая технология тоже существует, и она достаточно широко распространяется по миру. В Российской Федерации это тоже не секрет, поэтому сегодня сюда приходят немецкие, американские компании, которые предлагают свои технологии и оборудование. Этот бизнес будет расти. В России бизнес по вторичной переработке пластика набирает обороты. Поверьте мне, скоро мы будем свидетелями того, что весь пластик будет уходить в переработку. Это отдельная, серьезная тема.

Константин Калиниченко: Я, кстати, своими глазами видел в одном из новых районов Вены стоит предприятие «Старлингер» - достаточно крупное семейное предприятие, которое занимается переработкой. Предприятие находится в черте города, в очень модном, застраиваемом районе, и занимается переработкой пластиков. Можно скептически относится к производству в России или Китае, но вот австрийцы - они заботятся о своем здоровье, не будут же они в центре города строить вредное производство по переработке пластмассы, полимеров и т. д. То есть, получается, что это не только технологии будущего, но и безопасные технологии?

Герман Петрушко: Это технологии будущего и технологии сегодняшнего дня. Я хорошо знаю компанию «Старлингер», много приходилось с ними работать на их оборудовании, и ставить их предприятия в Российской Федерации. Кстати, вы их хорошо знаете, это одни из ведущих предприятий по производству нити для мешкотары, в которую потом загружается сахар. Они уже давно разработали и продолжают разрабатывать оборудование по переработке полимеров. Переработка полимеров не несет в себе никакого экологического вреда или опасности. В основном, это закрытые процессы, при которых происходит минимальное выделение каких-то газов или еще чего-то, при нагревании пластика. Вы верно заметили, что не поставили бы австрийцы в черте города предприятие, которое наносило бы им вред. Я вам больше могу сказать, почему в России набирает обороты тема переработки полимеров? За прошлый год из Китая в Россию было завезено порядка 55 тысяч хлопьев переработанного первичного материала. То есть, вот этих хлопьев, из которых потом будут делать другие материалы. Сегодня это государственная программа. Я уже сегодня знаю предприятия, которые в РФ перерабатывают порядка 70 тысяч тонн в год. Они стоят и в Подмосковье, и в Татарстане. Это хороший бизнес.

Константин Калиниченко: Я полагаю, что и в контексте ни шатко ни валко развивающейся у нас мусорной реформы, это все должно быть использовано.

Герман Петрушко: Конечно. Стоит вопрос собираемости и сортировки. Это все находится в одном блоке решения задач. Там, где идет переработка, бизнес заинтересован в получении этих отходов с первичного пункта сбора, либо уже со свалок.

Константин Калиниченко: Если рассмотреть это все ближе к нашему региону... Мы понимаем, что работа с полимерами, это достаточно сложные, наукоемкие технологии. Вот есть такой Псков, где, мягко говоря, университет создали несколько лет назад и, по-моему, до сих пор не могут понять, что с этим университетом делать. Насколько в целом актуален кадровый вопрос, достаточно ли квалифицированные рабочие силы в России?

Герман Петрушко: Вопрос, конечно, сложный. После развала Советского Союза очень много кафедр были просто закрыты, каике-то считались невостребованными, особенно, когда останавливались заводы. Понятно, что именно технического направления кадры...

Константин Калиниченко: Зачем производить химиков, если им негде будет работать?

Герман Петрушко: Естественно, картина жизни постоянно меняется. Формирование востребованных профессий - главная задача на сегодня. По всей стране есть напряжение с квалифицированными кадрами - это технологи, механики, представители различных технических направлений. В идеале, должна сформироваться четкая схема... Это то, что мы пытались и продолжаем делать в Омске - средняя школа, специальное образование, вуз, наука. Вот это идеально...

Константин Калиниченко: То есть, такой образовательный кластер. И дальше уже человека доводите, контролируете и он понимает, что не останется без нормально оплачиваемой работы.

Герман Петрушко: Это то, что мы видим - как скелет. Создание этого скелета позволяет модульно работать в этом направлении.

Константин Калиниченко: Мне кажется, именно модульная структура очень актуальна. Понятно, что специально создавать кафедру по производству «химиков- полиэтилентерефталатчиков» смысла нет. Пять лет мы потратим на то, чтобы сделать первый выпуск, а к тому времени, возможно, конъюнктура изменится, может быть и пластики поменяются и еще что-то.

Герман Петрушко: Безусловно. Мы должны давать базовое образование, а специализацию должны давать либо на последнем курсе, либо уже работая на предприятии. С нашей точки зрения, эти вопросы не решить за один день. Самое главное, что у нас есть общее видение с Псковским государственным университетом. Буквально вчера у нас прошел круглый стол, можно ознакомиться с его материалами. Честно говоря, меня порадовало то, что мы нашли общий язык, мы видим одинаково эту проблему, как для региона, так и для нас в плане обеспечения кадров не только нашего предприятия, но и всей Псковской области.

Константин Калиниченко: Насколько я понимаю, будет идти речь именно о каких-то модульных программах, достаточно краткосрочных по времени обучения и достаточно предметных, чтобы люди не изучали философии, социологии.

Герман Петрушко: Конечно, все нужно приблизить к реальности, к производству.

Константин Калиниченко: А что в итоге? Для чего все это делается? Я встречал куртки и пуховики, но я, к своему удивлению, выяснил, что хирургические саморазлагаемые нитки, которыми нас зашивают, это тоже тот самый полиэтилентерефталат.

Герман Петрушко: Да. Эти нити будут производиться из материала, который мы будем делать.

Константин Калиниченко: Насколько я понимаю, это материал, который сам и очень легко разлагается. Эти нитки разлагаются за неделю или за две, какой там у них срок...

Герман Петрушко: Ну да, это спецматериал. Мы называем это спецматериалом, потому, что есть базовый полимер. А когда мы что-то в него добавляем...

Константин Калиниченко: Базовый полимер - это пакетик в «Ленте», в «Пятерочке»...

Герман Петрушко: Нет, это не наш материал, это полиэтилен. Наш материал немножко другого свойства: у него другая оптика, физика, механика. Вот ваш компьютер, это как раз наш материал.

Константин Калиниченко: Не так страшен пластик, как о нем есть стереотипные суждения.

Герман Петрушко: Безусловно.

Константин Калиниченко: В заключении: понятно, что производство всегда остается производством и оно всегда нуждается в серьезной экспертизе и подлежит какому-то контролю. У меня совершенно обывательский вопрос: можно ли доверять российским экспертам?

Герман Петрушко: Безусловно. Я уже много раз говорил о том, что квалификация российской науки очень высокая, она не отвергается миром. Поэтому говорить о том, что у нас какая-то слабая база экспертного сообщества нельзя.

Константин Калиниченко: В мире полимеров мы не страна третьего мира?

Герман Петрушко: Нет, конечно. И никогда не были. Поверьте мне, в этом вопросе мы где-то отставали, где-то шли впереди. Как во всем мире: что-то делаем лучше, что-то хуже, но, тем не менее, для этого существует базовая наука, которая подтягивает наши проблемы, которые могут возникнуть. Если сейчас взять те же санкции, посмотрите, как они подтолкнули развитие всевозможных волокон.

Константин Калиниченко: Герман Львович, сейчас вам припомнят, что ваши волокна в этом сыре, который вместо пармезана у нас. Принято говорить, что у нас химический сыр.

Герман Петрушко: Это не к нам.

Константин Калиниченко: Конечно, это шутка.

Герман Петрушко: Посмотрите, тот же самолет МС 21 у него огромное количество пластиковых деталей: начиная от крыльев, до части фюзеляжа. И первая сборка такого самолета произошла именно в России. Это и специальные нити, и волокна, и смолы. Мы не должны, и не можем говорить о том, что российская наука проседает в этом просе. Да, есть какие-то моменты по которым запад идет вперед, тогда мы покупаем их технологию.

Константин Калиниченко: Наш эфир подходит к концу. Спасибо, Герман Львович, что были сегодня с нами. По-моему, это было очень интересно и познавательно для наших радиослушателей.

Герман Петрушко: Спасибо большое.

ПЛН в телеграм
 

 
опрос
Как вы относитесь к призыву сообщать в полицию о нарушителях масочного режима?
В опросе приняло участие 314 человек

Коронавирус

Лента новостей
30
Ваш браузер использует блокировщик рекламы.
Он мешает корректной работе сайта.
Для того, чтобы этого избежать добавьте наш сайт в белый список. Как это сделать.