Новости партнеров
Культура / Краеведение

Краевед Алексей Федоров поднял на краеведческих чтениях проблемы воинских захоронений времен Великой Отечественной войны

28.10.2015 10:31|ПсковКомментариев: 3

Член Союза краеведов России Алексей Федоров представил на Шестых Псковских международных краеведческих чтениях, которые прошли в Печорах, доклад, посвященный проблемам захоронений времен Великой Отечественной войны на территории Плюсского и Стругокрасненского районов. В нем, в частности, приведена историческая справка о событиях, разворачивавшихся в годы войны на данной территории, статистические данные о количестве захоронений, а также по их учету и уходу за ними. Особое внимание в докладе уделено проблемам воинских захоронений и способам их решения. Приводим полный текст доклада Алексея Федорова (орфография сохранена).

Два чувства дивно близки нам,

В них обретает сердце пищу;

Любовь к родному пепелищу,

Любовь к отеческим гробам.

А.С. Пушкин

На огромной территории России, в странах Европы и Азии Вторая Мировая война оставила после себя не только грандиозные разрушения и шрамы на лице Земли, но ещё и многочисленные захоронения погибших солдат и офицеров, партизан и мирных жителей, оказавшихся жертвами этой войны. В данной статье я постараюсь рассмотреть основные проблемы, которые существуют в отношении захоронений времён Великой Отечественной войны, появившихся в период с июля 1941 г. по март 1944 г. на территории современных Плюсского и Струго-Красненского районов Псковской области.

***

В июле 1941 г. массово отступающие части Рабоче-крестьянской Красной армии (РККА) пытались несколько раз организовать активную оборону на рассматриваемой территории. Так уже 10 июля подразделения, разбитой в боях под Островом, 111-й стрелковой дивизии (сд) организовали засаду на шоссе Псков – Луга в районе д. Углы Новосельского района (по состоянию на 1941–1944 гг. территория современных Плюсского и Струго-Красненского районов Псковской области фактически совпадала с территорией Плюсского, Лядского, Новосельского и Стругокрасненского районов Ленинградской области), в связи с тем, что перейти к серьёзной обороне подразделения дивизии не могли из-за отсутствия тяжёлого вооружения, времени для создания оборонительного рубежа и недостатка личного состава. Уничтожив во время боя несколько автомашин противника, под напором тяжёлой бронированной техники и танков бойцы 111-й сд не организованно отступили. Естественно в данной боевой обстановке захоронение оставшихся на поле боя (а вернее в лесу вдоль шоссе) убитых провести было невозможно. 11 июля 1941 г. на рубеже Комарино – Новоселье занял оборону 9-й Псковский погранотряд. Успев укрепиться для обороны шоссе Псков – Луга, приняв в середине дня поддержку в виде атаки танков 21-й танковой дивизии (тд), пограничники сутки сдерживали натиск мотоколонн 1-й тд вермахта. Но в связи с тем, что силы были явно неравны, к исходу дня пограничники оставили свои позиции. Опять же в данной боевой обстановке захоронить большую часть убитых не было возможности. Танкисты 21-й тд, направлявшиеся по маршруту Луга – Николаево – Уторгош, провели атаки в направлении на Комарино и Хредино, но получив серьёзный отпор со стороны частей 1-й и 6-й тд вермахта, потеряв сгоревшими 8 танков и пропавшими без вести, а также оставшимися на боле боя 9 танков, отступили и продолжили следование по ранее намеченному маршруту. В связи с тем, что танки остались на территории занятой противником, то захоронением погибших танкистов частично занимались местные жители.

В период с 12 по 27 июля на рубеже Плюсса – Заполье удерживали предполье Лужского рубежа части 177-й сд и 24-й тд, в связи с тем, что здесь была построена эффективная схема обороны, захоронение погибших красноармейцев зачастую проводилось как положено в братские могилы с составлением необходимых документов, которые, к сожалению, частично были утеряны впоследствии в период окружения указанных частей под Лугой. После неудачных контратак многие погибшие остались на поле боя и захоронены не были.

К исходу июля вся рассматриваемая территория оказалась оккупированной немцами.

Немногочисленные местные и заброшенные разведывательные группы начали действовать фактически сразу же после начала оккупации. Крупные партизанские формирования прибыли на данную территорию уже в августе 1941 г., но в начале осени полностью покинули тыл врага в связи с тем, что не были готовы к боевым действиям в условиях наступающих холодов, а также из-за отсутствия связи с командованием и пополнения боеприпасов. Погибшие в период с августа по сентябрь 1941 г. партизаны были захоронены товарищами в основном без обозначения мест захоронения, зачастую в лесах возле расположения партизанского лагеря или на месте гибели. Погибшие партизаны из местных территориальных отрядов хоронились на местных кладбищах родственниками.

Крупные партизанские соединения возвратились на рассматриваемую территорию в июле 1942 г. 4-я Ленинградская партизанская бригада (ЛПБ) прибыла из Партизанского края с территории современного Дедовичского района. В связи с тем, что данное партизанское соединение постоянно преследовали каратели, партизаны рейдировали вплоть до зимы 1942–1943 гг. разделившись на отряды. Большая часть партизан, в том числе командир бригады С.М. Глебов и комиссар М.К. Зубаков погибли. Массовые захоронения партизан 4-й ЛПБ не установлены. Осенью 1942 г. действовали 3-я и 1-я Особая ЛПБ. Весной 1943 г. прибыли 2-я и 5-я ЛПБ. Осенью свою боевую деятельность развернули 2-я, 6-я, 7-я, 9-я ЛПБ. Массовые захоронения партизан в период 1942–1943 гг. также большей частью не установлены. На рассматриваемую территорию забрасывались немногочисленные группы: разведывательные, партийные и др. с различными целями. Их члены также гибли в тылу врага, например, 18 апреля 1943 г. в д. Конторка погибла разведчица группы «Псковичи» Н.Н. Петрова, там же и похоронена, 25 мая 1943 г. погибли сотрудники Лядского партийного центра, 28 декабря 1943 г. погибла разведчица Оперативного отряда сотрудников НКВД Л.С. Колмакова, она захоронена на кладбище в д. Кубасово. Гибли и мирные жители, оказывающие помощь партизанам и подпольщикам, например, 27 декабря 1943 г. была расстреляна в пос. Струги Красные связная Т.А. Ершова.

Массовые захоронения мирных жителей, уничтоженных в период оккупации, образовались на месте сожжённых вместе с жителями деревень, так 23 декабря 1943 г. были сожжены 64 жителя д. Ростково Новосельского района, 14 января 1944 г. – 107 жителей д. Замошье Плюсского района.

В период оккупации на территории районов действовали несколько тюрем, концентрационные и трудовые лагеря в которых также умирали или были убиты люди. Места таких захоронений в массе своей известны, хотя точно не локализованы, а вот выяснить личности убитых или даже их количество до сих пор не представляется возможным.

С января 1944 г. началось массовое наступление войск Ленинградского и Волховского фронтов по освобождению Ленинградской области. Партизанские бригады также начали поддержку наступления РККА, активизировав свои действия. Наступающие со стороны Ленинграда соединения 42-й и 67-й армий Ленинградского фронта, а также 8-й и 54-й армий Волховского фронта полностью освободили территорию современных Плюсского и Струго-Красненского районов к концу февраля 1944 г. и понесли при освобождении серьёзные потери личного состава. Общие потери при освобождении данной территории составили не менее 6000 человек убитыми, которые были захоронены в братские и одиночные могилы, а также частично оставлены на поле боя.

***

Каким образом проводились братские захоронения военнослужащих, какими документами руководствовались при этом?

Согласно «Положению о персональном учёте потерь и погребении погибшего личного состава Красной Армии в военное время», утверждённому приказом НКО СССР от 15.03.1941 г. №138, списки захороненных должны были передаваться местным властям выделенными из состава воинской части командами для погребения погибших. Также на самих захоронениях должны были прикрепляться таблички с именами захороненных.

Освобождение рассматриваемой территории проходило снежной зимой 1944г. Дивизионные похоронные команды выкапывали траншеи или использовали для могилы удобные воронки от разрыва снарядов, или подвалы выгоревших построек. Сверху устанавливали деревянную пирамидку. Изымали документы и оружие, составляли список погибших, вероятно, иногда крепили данный список к пирамидке. Списки, в связи с недолговечностью материала, не сохранились. Чтобы передать списки погибших местным властям необходимо было эти самые власти найти, тем более, что на только что освобождённой территории зачастую никакой власти просто не существовало. Лишь в некоторых кустах деревень, которые активно оборонялись партизанами, работали сельсоветы, оргтройки, партийные и прочие органы власти. Местное население в период активных боевых действий уходило в леса.

Таким образом часть братских и одиночных захоронений военнослужащих РККА осталась лишь обозначенными на местности деревянными пирамидками. В лучшем случае местные жители окрестных деревень знали их расположение, а о количестве погребённых или их именах информация зачастую просто отсутствовала.

Санитарные захоронения, проведённые гражданским населением весной 1944 г., оставшихся на полях боёв погибших воинов РККА и противника, если оформлялись документально, то пока данные документы не обнаружены. Существуют лишь списки обнаруженных при убитых документов. Поэтому, например, невозможно в данный момент точно указать количество захороненных в братской могиле, расположенной между деревнями Щир и Яблонец Струго-Красненского района. Известно, что в районе деревень Игомель и Комарово Плюсского района мирные жители также проводили в 1944 г. санитарные захоронения, но эти могилы никак не отмечались на местности и на сегодняшний день утрачены.

Исходя из вышесказанного можно таким образом классифицировать захоронения:

  1. Оставшиеся незахороненными на поле боя военнослужащие РККА.

  2. Братские и одиночные захоронения военнослужащих РККА.

  3. Братские и одиночные захоронения партизан.

  4. Братские и одиночные захоронения расстрелянных, повешенных и сожжённых мирных жителей.

  5. Братские и одиночные захоронения умерших в тюрьмах и лагерях военнопленных.

***

Отгремела война на плюсской и стругокрасненской земле, провели разминирование территории, фронт продвинулся к Пскову, а летом 1944 г. ещё далее. Началась мирная жизнь с восстановления народного хозяйства. Потери и разрушения были настолько велики, что их последствия можно обнаружить до сих пор, хотя прошло уже 70 лет.

Уход и учёт воинских захоронений не был первоочередной задачей восстановления народного хозяйства, хотя нельзя сказать, что данной проблемой никто не занимался. В 1944–1946 гг. учёт воинских захоронений вёлся в военном отделе райкома ВКП(б).

Согласно архивным сведениям, по состоянию на сентябрь 1946 г. на учёте состояли:

– в Плюсском районе: 106 братских могил (в которых погребено 1384 человека) и 148 индивидуальных могил;

– в Лядском районе: 45 братских могил, 45 индивидуальных захоронений;

– в Новосельском районе: 57 воинских кладбищ и индивидуальных могил;

– в Стругокрасненском районе: 113 братских и 111 индивидуальных захоронений. Всего на территории Стругокрасненского района покоилось 2102 человека.

К сожалению, в документах конца 1940-х гг., более детальной информации о захоронениях обнаружить пока не удалось.

В 1948 г. были ликвидированы военные отделы при райкомах партии, функции учёта и благоустройства воинских захоронений были переданы отделам коммунального хозяйства, у которых и без того было немало забот по восстановлению разрушенной войной экономики.

Недавно в архиве Отдела военного комиссариата Псковской области по Гдовскому, Плюсскому и Струго-Красненскому районам (далее – РВК) был обнаружен документ «Список индивидуальных и братских могил и кладбищ в/служащих погибших в боях с немецко-фашистскими захватчиками и похороненных в Новосельском районе Псковской области» с приложением плана. Данный документ можно датировать не позднее июня 1954 г. В нём достаточно подробно описаны 47 захоронений с общим количеством захороненных 777 человек, расположенных в шести сельсоветах Новосельского района. Вот только на тот период в Новосельском районе было 11 сельсоветов, так что данный список по меньшей мере не полон, а исходя из современных проверенных сведений, ещё и не точен.

В период 1950–1955 гг. захоронения укрупнялись, проводилась эксгумация братских и одиночных могил, останки перезахоранивались в крупные населённые пункты, либо в братские могилы, где было большое количество захороненных. Документов о проведении данных работ до сих пор не обнаружено, кроме неточного списка населённых пунктов откуда и куда проводились переносы. Определённо ответить на вопрос какое количество останков откуда и куда было перенесено, пока невозможно. Вёлся ли в то время качественный учёт также пока не известно.

В результате работ, проведённых поисковиками отряда «Поиск», на местах первоначальных захоронений возле деревень Остров, Щегли, Великое Поле и Каменье Струго-Красненского района, деревни Которск Плюсского района были обнаружены многочисленные останки советских воинов. Получается, что укрупнение захоронений проводилось, мягко скажем, некачественно. Это можно объяснить двумя причинами: сложным санитарным состоянием могилы (после захоронения прошло всего около 10 лет и тела разложились не полностью) и недостаточным количеством средств для переноса (банальной нехваткой гробов и ящиков). Возможно были и иные причины.

Трудность в определении мест первоначальных захоронений, числящихся перенесёнными, заключается в том, что на сегодняшний день эти места никак не обозначены на местности. За исключением упомянутого «Списка…» не обнаружено документов или карт расположения этих могил. Единственным источником информации для проведения такого рода поисковых работ, зачастую, служат лишь воспоминания местных жителей, которых с каждым годом становится всё меньше.

***

4 марта 1965 г. вышла директива Генерального штаба № 322/10310, согласно которой военные комиссариаты СССР должны были завести и централизованно обменяться учётными карточками погибших военнослужащих и партизан. Упрощённо данная схема выглядела так: военкомат, который призывал погибшего военнослужащего, на основании хранившихся извещений о смерти, оформлял карточку в которой указывались: фамилия, имя и отчество погибшего; воинское звание; наименование части, приславшей извещение о смерти; дата и год рождения; дата и причина выбытия из части; место похорон, а также сведения о родственниках. Карточка подписывалась военным комиссаром и заверялась печатью военкомата. Далее военкомат по команде пересылал эту карточку в военкомат на территории которого находилось захоронение указанного военнослужащего. В связи с тем, что название населённого пункта в извещении о гибели и в учётной карточке писалось зачастую без чёткого указания местоположения, это приводило к путанице. Например, умерший от ран в д. Сара-Гора Лужского района рядовой Галушко П.Я. записан в братскую могилу в д. Высокое Струго-Красненского района, а рядовой Землянский Ф.Я. погибший в д. Кулотино Новгородской области оказался в братской могиле в пос. Плюсса. И таких ошибочных занесений в списки погибших достаточно много (до 15% от общего числа учтённых). Кроме этого существуют ещё несколько человек, информацию по которым, кроме имеющейся в учётной карточке военкомата, обнаружить в иных источниках не удалось. Например, в братской могиле в д. Радонка Струго-Красненского района числится единственным известным захороненным красноармеец Фомичёв В.И. погибший в д. Прусово 8.03.1943 г., карточка на него заведена Стругокрасненским райвоенкомом в 1985 г., вероятно на основе информации от родственников погибшего. Более документов о нём не обнаружено, никаких боевых действий частей РККА в районе д. Прусово в марте 1943 г. быть не могло. Возможно это партизан, но документально это ни подтвердить, ни опровергнуть пока не удалось.

После обмена карточками в военкоматах были составлены списки погребённых в братских захоронениях, которые лишь изредка дополнялись вследствие предоставления документов о захоронении родственниками павших. Массив информации о захороненных в РВК крайне неполон по ряду различных причин.

В 1992 г. на каждое захоронение в военкоматах были заведены учётные карточки, в которые заносилась информация о месте и дате захоронения, виде его, размерах и состоянии. Кроме того, помещалось краткое описание, информация о количестве захороненных, какая организация шефствует над захоронением, фотография, схема расположения. Учётная карточка заверялась подписями и печатями райвоенкома и Главы района, также прилагался список с персональными данными захороненных.

В учётные карточки захоронений вошла не вся информация, содержащаяся в карточках погибших, согласно размещённым схемам найти захоронение или представить где оно расположено несведущему человеку практически невозможно, но общую информацию относительно братских могил получить вполне реально.

В преддверии 70-летия со дня победы в Великой Отечественной войне паспорта захоронений, а также списки погибших необходимо было актуализировать. Сотрудники военкомата, районной и волостных администраций провели эту работу до весны 2015 г., взяв за основу, естественно, существующие документы и старые учётные карточки. Результаты этой работы, например, по Струго-Красненскому району были размещены на официальном сайте района, и они превзошли все ожидания. Разумеется, в массе своей они повторяют сведения учётных карточек 1990-х гг., но появилось и нечто новое. В разряд воинских захоронений по какой-то причине попали памятные знаки, установленные в память о не вернувшихся с войны земляках, как, например, в дд. Кебско, Молоди, Соседно. Оригинально смотрятся списки «захороненных» в таких «могилах», где у всех разные даты гибели с разбросом в несколько лет, записаны даже пропавшие без вести. Эти паспорта воинских захоронений ещё можно увидеть на официальном сайте района, хотя до руководства района информацию о несостоятельности сведений о таких «виртуальных» могилах я довёл.Наиболее важным событием, скажу даже – прорывом в деле увековечения имён павших стал Обобщённый банк данных «Мемориал». На страницах указанного сайта опубликованы, хранящиеся в ЦАМО и РГВА документы относительно погибших и пропавших без вести пропавших военнослужащих в период Великой Отечественной войны.

Фактически сразу после появления указанного сайта в 2004 г. мною была предпринята попытка уточнения списков павших на стругокрасненской земле. Исходными сведениями для поиска стали существующие списки и карточки захороненных, хранящиеся в РВК. Сначала мною выгружались списки погибших по подразделению, куда попал один или несколько военнослужащих из карточек РВК. Затем анализировались списки по подразделению на ближайшие даты и таким образом устанавливались временные рамки действий подразделений на территории района. После искались списки других подразделений, входивших в одно соединение с найденным за тот же период времени. Около пяти лет продолжалась работа по уточнению и дополнению списка погибших на стругокрасненской земле, и в феврале 2009 г. был издан информационный диск «Захоронения и памятные знаки Струго-Красненского района», в котором опубликованы сведения относительно всех захоронений, появившиеся во время Великой Отечественной войны, как братских, так и одиночных, как учтённых, так и неучтённых. Также приведены фотографии памятных знаков, установленных в честь погибших воинов не только РККА и партизан, но и солдат вермахта. Кроме того, помещены уникальные фотографии захоронений на территории района разных лет, а также обширный материал публикаций о захоронениях, памятных знаках и работе отряда «Поиск». Но, естественно, важнейшей составляющей данного диска является уточнённый по архивным сведениям список погибших военнослужащих РККА на территории современного Струго-Красненского района в период Великой Отечественной войны. По данным РВК числилось лишь 1346 известных из более чем 3000 погибших на территории района. Удалось уточнить и дополнить данный список ещё более чем на 1300 фамилий. В уточнённом списке представлены фамилия, имя, отчество погибшего, год рождения, место рождения, дата и место призыва, номер соединения и подразделения военнослужащего, дата и место гибели, а также сведения о переносе захоронения.

Работа над списками погибших продолжилась по территории Плюсского района. И 5 апреля 2013 г. в рамках VIII-й межведомственной научно-практической конференции по краеведению «Наш край в истории России», которая ежегодно проводится в посёлке Струги Красные, командир отряда «Поиск» Андрей Иванович Фёдоров представил информационный диск «Захоронения и памятные знаки Плюсского района периода Великой Отечественной войны». Работа над данным диском велась с 2009 по 2013 гг. В данном издании представлены все известные братские захоронения времён войны на территории Плюсского района, уточнено количество захороненных. Также представлены памятные знаки и полный список погибших и захороненных на территории Плюсского района бойцов и командиров РККА, партизан и мирных жителей, погибших в период 1941–1944 гг.

***

После десяти лет поиска, составления списков погибших, уточнения их, широкой переписке с архивами удалось собрать обширную информацию не только о погибших, но и о боевых действиях на территории Плюсского и Струго-Красненского районов.

Хотя даже после большой проделанной работы остаётся немало вопросов и проблем. Например, после уточнения сведений о погибших, данные РВК по общему количеству захороненных в деревнях Большое и Малое Голубско, Зовка, Творожково, Узьмино, Щир, Щегли, с. Новоселье и между деревнями Щир и Яблонец оказались явно завышены, а некоторые ещё и округлены. А в некоторых случаях ситуация противоположная – количество захороненных занижено по неясным причинам.

К тому же на учёте в РВК не состоят некрупные захоронения мирных жителей и партизан. Крупное партизанское захоронение в д. Оклюжье Плюсского района поставлено на учёт лишь после предоставления документов и настоятельных требований со стороны командира отряда «Поиск» Андрея Фёдорова.

Существуют также несколько захоронений по которым крайне мало информации, например, в д. Могутово значатся захороненными (их фамилии даже занесены на памятник) бойцы 46-й стрелковой дивизии погибшие в д. Усадище Лужского района (между этими населёнными пунктами около 70 км по прямой), а вот кто в действительности похоронен в д. Могутово пока не ясно. Возможно это могила воинов 224-й стрелковой дивизии, возможно здесь похоронены погибшие жители Дома инвалидов, есть информация о перезахоронении лётчика. Таким образом, на текущий момент даже приблизительно невозможно сказать о количестве захороненных в данной братской могиле, не говоря уже об их фамилиях. Похожая ситуация относительно захоронений в д. Радонка и д. Новоселье (2-е отделение с. Новоселье) Струго-Красненского района. В захоронении возле места церкви в с. Ляды Плюсского района числятся захороненными в братской могиле 130 безымянных бойцов, но не известно сколько из них захоронено в период Великой Отечественной войны, так как это братское захоронение ещё времён Гражданской войны.

Сложная ситуация сложилась с небольшими захоронениями партизан и мирных жителей. Как правило, захоронения партизан в период Великой Отечественной войны не афишировались, зачастую проводились на уже существующих деревенских кладбищах, но в случае напряжённой обстановки, проводились такие захоронения и в лесах на месте дислокации партизан. Уничтоженные фашистами мирные жители, партизаны и подпольщики (расстрелянные, повешенные, сожжённые, умершие в лагерях и тюрьмах…), в связи с текущей обстановкой, хоронились, зачастую, на месте гибели. Но локализовать все такие места уже невозможно. К тому же братские захоронения мирных жителей, погибших в годы войны, на учёт в РВК не ставились и до сих пор никак не учтены. В лучшем случае, неравнодушные сотрудники волостных администраций или школьники ухаживают за такими могилами.

***

Затрону ещё одну проблему захоронений: их художественное оформление. В конце 1950-х – начале 1960-х годов на братских захоронениях устанавливаются типовые памятники и обелиски, которые в массе своей простояли до 2000-х годов, а некоторые стоят до сих пор. Хочется отметить, что стилистически и композиционно данные памятники были исполнены на высоком уровне. На значимых и наиболее крупных захоронениях в те же 1960-е годы были установлены различные памятники в виде партизана с автоматом, женщины в военной форме с винтовкой и др. В преддверии юбилеев 50, 60, 65, 70-летия со дня Победы регулярно проводится реконструкция захоронений, заменяются обветшавшие памятники, ставятся новые ограды, проводится мощение тротуарной плиткой и другие работы. Моё мнение, конечно, сугубо субъективное, но мне кажется, что художественное восприятие захоронения в большинстве случаев страдает после проведения таких работ. С целью экономии бюджетных денежных средств в проект реконструкции не вносится чёткая инструкция о том, как должно выглядеть захоронение после реконструкции, выигрывает конкурс, естественно, самый дешёвый проект. Поэтому пусть даже обветшалые типовые, но выдержанные в чётком художественном оформлении обелиски заменяются на массовые плиты из габбро чёрного цвета с надписями, иногда очень странными. Например, на братской могиле между деревнями Щир и Яблонец на массивной чёрной плите «красуется» такая надпись: «1941–1945 г.г. Вечная память героям В.О.В.». Поверьте, я ничего не сокращал, а представил надпись так как она есть. Причём такие сокращения, отнюдь не из-за нехватки места на плите. И такие спорные художественные решения оформления братских могил теперь наблюдаются повсеместно.

***

Уже четверть века на территории Плюсского и Струго-Красненского районов проводится поисковая деятельность по обнаружению неизвестных могил погибших воинов. В Плюсском районе действует поисковая группа «Совесть». Плюсскими поисковиками перезахоронены останки более 30 военнослужащих. С 1990 г. на территории Струго-Красненского района действует отряд «Поиск» под руководством Андрея Фёдорова, членами отряда обнаружены и перезахоронены останки более 150 погибших.

В 2014 г. мною закончена работа по описанию боевых действий на территории Плюсского и Струго-Красненского районов в период 1941–1944 гг., а также составлению списков погибших на этой территории. В мае 2015 г. вышло в свет двухтомное издание «Книга Памяти погибших на территории Плюсского и Струго-Красненского районов Псковской области».

Согласно сведениям РВК, на территории Плюсского района в братских захоронениях покоятся более 3300 человек, известны имена 1865 человек; на территории Струго-Красненского района покоятся более 3500 человек, известны имена 1462 человек. После проведения исследования, установлено, что имена 322 человек по Плюсскому району и 203 человек по Струго-Красненскому в списки занесены ошибочно. Общее количество погибших в период Великой Отечественной войны, захороненных на территории Плюсского района более 4000 человек, установлены имена более 3000 человек; на территории Струго-Красненского района покоятся также более 4000 человек, установлены имена более 3000 человек.

***

Немаловажную роль в воспитании подрастающего поколения и привитии чувства патриотизма должны играть и захоронения периода Великой Отечественной войны. Ежегодно на братских могилах 9-го мая возле захоронений проводятся торжественные митинги и возложение цветов. Проходит автопробег на автомобилях и квадроциклах по братским захоронениям Струго-Красненского района. В День Памяти и Скорби 22-го июня проводится акция «Свеча Памяти». Ежегодно в торжественной обстановке предаются земле останки бойцов, обнаруженных поисковиками.

Но определённые перекосы в мероприятиях молодёжных движений всё же существуют. Несколько лет молодёжной организацией «Наш выбор» обустраивалось место расположения партизанского отряда из 2-й ЛПБ возле д. Княжицы, названное военно-мемориальной композицией партизанского лагеря «Память поколений». На этом месте сооружены партизанские землянки, окопы, установлена памятная плита. Теперь данной композиции пытаются придать статус объекта культурного наследия, хотя на стругокрасненской земле достаточно иных более значимых мест, связанных и с партизанским движением в том числе. Считаю, что делается это лишь для того, чтобы получить дополнительное финансирование для дальнейшего обустройства данной территории. Дело, конечно, не плохое, но не лучше ли было привлечь эти средства, например, на обеспечение доступности памятного знака в д. Ростково – нашей местной Хатыни, да и памятный знак давно пора заменить на подобающий.

Необходимо сохранить память о прошедшей войне, проводить военно-патриотическую работу среди молодёжи и не только, благоустраивать могилы защитников, ставить памятники героям войны.

***

В данный момент ведётся масштабная работа по составлению Книги Памяти «Солдаты Победы» в которую войдут биографии тех фронтовиков, которые вернулись с войны. Годы неумолимы, большая часть из них уже упокоилась на кладбищах. Не у каждого умершего ветерана войны есть родственники, которые ухаживают за его могилой. Скоро могилы ветеранов и участников войны просто исчезнут. Считаю, что бремя ухода за могилами ветеранов войны должно лечь на наши плечи и стать одним из результатов проекта «Солдаты Победы». Давайте сохраним память не только на бумаге, но и путём восстановления их могил.

***

Постараюсь обобщить основные проблемы захоронений воинов Великой Отечественной войны и наметить пути их решения:

1. Большое количество незахороненных останков военнослужащих, не перенесённых или частично перенесённых могил. Необходимо последовательно вести поисковую работу по выявлению незахороненных останков военнослужащих и не перенесённых могил. В целом данная работа проводится, но не всегда в достаточном объёме и с необходимой поддержкой деятельности поисковиков.

2. Недостаточное благоустройство воинских могил. Необходимо качественно ухаживать за существующими захоронениями, проводить их благоустройство. Данная работа проводится, но недофинансирование данной статьи расходов даёт о себе знать. Не везде ремонт проводится качественно и с подобающим художественным оформлением и вкусом.

3. Некорректные и неполные списки захороненных. Необходимо уточнение списков захороненных по архивным сведениям. Существующие списки и в РВК, и на самих могилах не полны и не точны. Данную работу облегчит ОБД «Мемориал», но необходимо проводить поиск и с привлечением иных источников, например, в ОБД практически не учтены погибшие партизаны ЛШПД, сведения о гибели которых хранятся в ЦГАИПД СПб, архивы ФСБ хранят сведения о погибших мирных жителях.

4. Существование неучтённых, заброшенных могил. Необходимо выявление заброшенных одиночных и братских захоронений времён Великой Отечественной войны, постановка их на учёт, проведение работ по переносу таких захоронений (а находятся они в основном в труднодоступных местах) или их благоустройству.

5. Существование заброшенных могил участников и ветеранов войны. Необходима большая работа по установлению мест захоронений участников и ветеранов войны, их благоустройство и поддержание в надлежащем состоянии, привлечение родственников к данным работам.

***

Проблемы захоронений, описанные в данной статье на основании лишь местных сведений характерны и для территории Псковской области и всей России. Возможно где-то некоторые из этих проблем практически решены, где-то актуальны другие. Давайте должным образом содержать могилы защитников Родины, отдавших свои силы и жизни ради будущих поколений. Давайте сохраним вещественную память о военном поколении.

http://strugikrasnye.reg60.ru/dokumenty/pasporta-voinskikh-zakhoronenii

http://www.obd-memorial.ru

ПЛН в телеграм
 

 
опрос
Одобряете ли вы введение в Псковской области QR-кодов для посещения мест отдыха и общепита?
В опросе приняло участие 614 человек

Коронавирус

Лента новостей