Новости партнеров
Политика

Александр Козловский о поправках в Конституцию и размытых формулировках

11.03.2020 18:26|ПсковКомментариев: 2

Предлагаем вашему вниманию текстовую версию программы «Собственной персоной», которая вышла в прямой эфир радио «Эхо Москвы» в Пскове 6 марта. Гость студии - депутат Госдумы от Псковской области, секретарь Псковского регионального отделения партии «Единая Россия» Александр Козловский. Ведущий, главный редактор радиостанции Максим Костиков беседовал с ним о поправках в Конституцию РФ, о его депутатской и партийной деятельности, а также обсудил с гостем актуальные вопросы общественно-политической и социально-экономической жизни страны и региона.


Максим Костиков: Добрый день, уважаемые радиослушатели. В эфире программа «Собственной персоной». В студии Максим Костиков, а в гостях у нас сегодня депутат Госдумы от Псковской области, секретарь Псковского регионального отделения партии «Единая Россия» Александр Козловский. Здравствуйте, Александр Николаевич.

Александр Козловский: Добрый день.

Максим Костиков: Мы решили эту программу посвятить более детальному обзору работы по внесению поправок в Конституцию. Президент Владимир Путин внес с в Госдуму набор поправок, идет обсуждение, работают парламентские комитеты и комиссии, на 10 марта запланировано голосование во втором чтении. Поэтому, уважаемые радиослушатели, сегодня мы поговорим с нашим депутатом-одномандатником. Ведь именно ему от лица всех нас, жителей Псковской области, предоставлено право голосования в федеральном парламенте по этому ключевому для страны вопросу. И призываю вас задавать свои вопросы Александру Козловскому, высказывать свое мнение и предложения. Возможно, вам представится возможность довести свою позицию до членов российского парламента. Итак, Александр Николаевич, давайте остановимся на одном из самых спорных вопросов во всей этой истории. А вообще в чем необходимость внесения поправок в действующую Конституцию? Ведь как рассуждают многие наши не только обыватели, но и журналисты, политологи, оппозиционные политики? 27 лет от звонка до звонка работала Конституция. Сменился президент, сменился уже много раз состав парламента, страна пережила большие перемены, а Конституция не менялась. И почему так вдруг, с бухты-барахты надо ее менять, перекраивать, вносить туда целый набор разного рода инноваций, причем, как экзотических, так и системообразующих?

Александр Козловский: Хотел бы сразу отметить, что Конституция — это наш основной закон, по которому мы живем. Там прописаны наши права, полномочия федеральных органов, и зачастую мы сталкиваемся с тем, что в нашей жизни не все происходит так, как надо. Жизнь меняется, меняется все вокруг, меняются наши возможности, и закон, по которому мы живем, тоже должен меняться. Зачастую отдельные фразы определяют восприятие нас как нации, как государства, определяют направления, по которому мы должны развиваться. Поэтому эти перемены назрели, и Владимир Владимирович предложил эти изменения внести в Конституцию. На начальном этапе, 15 января, нам казалось, что все обойдется предложениями, которые внес непосредственно президент, но потом была создана рабочая группа, потому что, как говорит президент (и я с ним тоже согласен), мы, с одной стороны, должны воспользоваться этой возможностью, когда у нас есть абсолютная поддержка всех партий, которые представлены в Госдуме, и понимание того, что нужно провести эту работу и сформировать столько поправок, которые не утяжеляли бы документ, а воспринимались бы легко и носили бы позитивный характер и положительно сказывались бы на дальнейшей жизни и развитии страны. В 1993 году была принята Конституция, в которую мы сейчас вносим поправки. Это было время перемен, слабовластия, мы помним расстрел парламента, конфликты на границах нашего государства. И в этих условиях была принята Конституция. На тот момент она была максимально отработана, а сегодня мы вправе ее менять, исходя из реалий сегодняшней жизни, а не того, что было в 1993 году.

Максим Костиков: А как вы считаете, насколько Конституция - рабочий механизм? Должна ли это быть «священная корова», которую нельзя трогать, а можно ей только поклоняться? И насколько часто, на ваш взгляд, можно вносить серьезные корректировки, менять структуру?

Александр Козловский: Это закон, который должен нести основную концепцию устройства государства, касаться жизни людей. Нет никакого закона, который нельзя было бы трогать и изменять. Мы же меняемся, вспомните, что было в 90-е годы и сравните с условиями, в которых мы сейчас живем. Поэтому Конституцию нужно менять, но очень и очень аккуратно.

Максим Костиков: Как долго шло внутреннее обсуждение политической системы нашей страны в президентской команде, в высшем ареопаге? Или некоторые замерили рейтинг власти, который падает, и решили что-то по-быстрому замутить, придумать схему «а не поиграть ли нам еще и в Конституцию»?

Александр Козловский: Нет, если вспомнить, все время было понимание, что Конституцию пора менять, много предложений звучало от разных партий.

Максим Костиков: От Жириновского, например.

Александр Козловский: Да, Владимир Вольфович у нас активный гражданин, с активной гражданской позицией, но не всегда верной. Но самое главное — что сейчас созрела и обстановка, и мы сами, чтоб осознать необходимость тех или иных изменений, и у нас появилась прекрасная возможность заняться Конституцией и сделать ее лучше.

Максим Костиков: Еще один очень важный момент, про который говорят в большей степени противники действующей власти, представители оппозиции (в том числе об этом в нашем эфире говорил лидер псковского «Яблока» Лев Шлосберг) — что вся эта операция с корректировкой Конституции нужна действующей власти для сохранения самой власти. Это определенная модель, так называемый транзит власти, модель сохранения ее контроля после окончания президентских полномочий Владимира Путина, а все остальное якобы носит популистско-декларативный характер для придания этому всему интереса со стороны широких народных масс. Понятно, что вы как член «Единой России» с этой точкой зрения не согласны, но хотелось бы услышать аргументы.

Александр Козловский: Если посмотреть тезисы, которые озвучивал президент, они абсолютно противоречат подходу, который озвучил Лев Маркович. Основные-то изменения будут касаться закрепления норм социального блока. Это делегирование полномочий президента другим органам власти: Госдуме и Совету Федерации. Это достаточно большой шаг. Здесь совсем другая конструкция появляется. Появляется возможность совещания на уровне формирования правительства, судейского блока, министерств, отвечающих за силовой блок. И это очень значимый шаг в сторону демократизации и привлечения к этой работе не только президента, но и других людей. В Госдуме работают депутаты, которые избираются всенародным голосованием, в СФ тоже сенаторы наполовину избираются через региональные парламенты. Это люди, которые представляют интересы граждан РФ.

Максим Костиков: Давайте немного поговорим по процедурным вопросам. Звучат разного рода вопросы, а вот почему так, почему нельзя было просто решением Госдумы принять пакет поправок в Конституцию? Почему народное голосование, а не референдум, почему так, а не эдак? И начинаются какие-то обвинения:это нелигитимно, это излишне усложнено, почему не все поправки будут учтены? И так далее... Ответьте, пожалуйста, на этот вопрос, но только после звонка радиослушателя.

Звонок радиослушателя: Здравствуйте, меня зовут Алексей, у меня вопрос к депутату Госдумы следующий. Мы же от Псковской области вас выбирали в Госдуму при пока еще существующей конституции, выбрали вас, а вы Конституцию меняете, хотя в период избирательной кампании не говорили нам, что будете за новую Конституцию голосовать. Я это к чему? А не получится ли так, что люди, которые голосовали за вас, будут не согласны с тем, что вы собираетесь менять Конституцию, и что это может еще сильнее ослабить «Единую Россию»?

Александр Козловский: Спасибо за вопрос. Но мне кажется, он как раз пересекается с вопросом Максима Эдуардовича. Действительно, мы могли вообще принять Конституцию Госдумой.

Максим Костиков: С учетом того, что большинство в Госдуме у «Единой России», это было бы несложно сделать.

Александр Козловский: По поводу большинства надо сказать, что президент недавно собирал руководителей фракций на большую встречу, которая была посвящена поправкам в Конституцию. Рабочая группа, которая сегодня работает по поправкам, состоит из представителей всех фракций, общественности, некоммерческих организаций. То есть над всеми поправками, которые предложены к принятию, работали все. Голосование, я уверен, будет консолидированным. Мы, конечно, посмотрим, как все произойдет, но я уверен, что большинство поправок партии поддержат.

Максим Костиков: То есть вопрос тут не в партийной принадлежности.

Александр Козловский: Совершенно верно. Мне кажется, привязывать партию к принятию этих поправок не совсем правильно. Хотя, конечно, «Единая Россия» как партия большинства формировала больший блок поправок. Но президент принял решение другое - он попросил вынести это на общероссийское голосование. Это важно не только для президента. Это важно для всех, потому что именно таким образом все граждане будут включены в этот процесс. Очень важно, чтобы мы погрузились в этот процесс. Мы с однопартийцами проводим большую системную работу, чтоб привлечь граждан, наших сторонников прийти и отдать свои голоса за принятия поправок в Конституцию. Поэтому говорить о том, что вроде как я делаю работу против своих избирателей....

Максим Костиков: Он имел ввиду, что вам это право не делегировали, когда вас избирали. Но у людей же будет возможность у самих голосовать.

Александр Козловский: Совершенно верно. Поправки начнут действовать только тогда, когда граждане РФ примут эти поправки на общероссийском голосовании 22 апреля. Это будет всенародное решение — либо принимаем поправки либо нет. Поэтому выбор за народом, за нашими гражданами.

Звонок радиослушателя: Здравствуйте, меня зовут Наталья. Александр Николаевич, скажите, пожалуйста, как вы относитесь к тому, что в Конституцию планируют внести упоминание боге. Не смущает это вас? У нас все-таки светское государство.

Максим Костиков: Да, действительно. Целая масса дискуссий, кто какого бога имеет ввиду и какой конфессии, даже пресс-секретарь президента сказал, что будет уточнять. Хотелось бы у вас тоже уточнить.

Александр Козловский: Поправка о боге появилась потому, что мы начали вспоминать свою историю, историю создания и укрепления нашего государства, задумываться об идентичности русского человека и о том, что мы неразрывно связаны с богом, притом, что мы - многоконфессиональное государство. А то, что мы должны себя идентифицировать с богом, мне кажется, даже не обсуждается. Мы живем в Псковской области. Посмотрите, сколько у нас храмов, монастырей. Здесь берет начало православие. Наша история и наш народ неразрывно связаны с верой в бога, и это необходимо указать в том числе и в Конституции.

Звонок радиослушателя: Здравствуйте, Александр Николаевич, это пенсионер Сергей Николаевич. Внесите предложение в Госдуму, чтоб индексация пенсии была не ниже инфляции.

Максим Костиков: Кстати говоря, помогают нам наши радиослушатели. Мы таким образом уже плавно перешли к обсуждению тех самых поправок и про бога, и про пенсию. Как с пенсиями быть? Одни предлагают вернуть пенсионный возраст, другие заложить индексацию в размер пенсий. Ваша точка зрения.

Александр Козловский: Все эти предложения обсуждаются. По пенсиям будет отдельный блок поправок. Мы, ныне живущее и работающее поколение, сегодня отвечаем за поколение, которое работало чуть раньше, и это тоже очень важный момент. А по размеру индексации... сейчас будут рассматривать. Думаю, через несколько дней будет принято решение. Просто некоторые поправки мы не можем прописать в цифрах. Все-таки Конституция - тот документ, который определяет направление, концепцию, подход. Мы тезисно утверждаем то, что для нас важно, куда мы двигаемся, и как мы к этому относимся.

Максим Костиков: Еще одна тема, которую много обсуждают — упоминание в Конституции Победы в Великой Отечественной войне. «Надо ли это упоминать? Зачем мы эту доминанту прописываем? Да, есть историческое событие...», - это я артикулирую тезисы, которые высказывают оппоненты. Должна ли быть эта норма о Победе в ВОВ? В Великобритании, например, важное значение имеет победа в Первой Мировой войне, но там это не прописано. Почему мы решили прописать?

Александр Козловский: Эта поправка звучит таким образом: «РФ чтит память защитников Отечества, обеспечивает защиту исторической правды. Умаление значения подвига народа при защите Отечества не допускается. Именно таким образом и звучит эта поправка. Великая Отечественная война для нашего народа — трагедия, которую мы должны помнить. Да, Победа - светлая дата, но война унесла десятки миллионов жизней наших близких, родных. Для Псковской области эти поправки особо важны, потому что здесь каждый кусок земли пропитан кровью наших дедов и прадедов. И то, что в РФ закрепляется, что мы не можем переписывать историю, закрепляется на века, мне кажется, это важный момент, который подчеркивает наше отношение к этим датам.

Максим Костиков: Тем более в этом году, когда будет отмечаться значимая годовщина - 75-летие Победы. В этом есть определенный символизм.

Звонок радиослушателя: У меня не вопрос, а рассуждение. Разве пишется Конституция так, чтобы статья домысливалась? Один человек так домыслит ее, другой по-другому домыслит. Поправка о детях должна быть по без домыслов. И вообще она никуда не годная. Дети должны принадлежать родителям, а вот следить за тем, как их воспитывают родители, должно государство. Дай бог, чтобы вы всегда были депутатом, а представьте, если вы им не будете, и у вас будут дети, внуки...

Александр Козловский: У меня уже есть трое детей...

Радиослушатель: … и вдруг вы с кем-то поссоритесь, а дети принадлежат государству, а не вам. Эту поправку давайте без домыслов.

Максим Костиков: На самом деле достаточно здраво, об этом многие говорят, в том числе правоведы и политологи, о том, что очень много размытых понятий в нашей Конституции. Чем хороши многие старые европейские конституции? Тем, что они где-то, может быть, и устаревшие, и некоторые нормы права уже не действуют, но они очень четкие. Если там написано, что нельзя помои выливать из окна на голову прохожих, то так это четко и прописано. Да, может, эта норма уже не действует, но она прописана. Ее никто не меняет. У нас же очень много в действующей Конституции уже было и, возможно, будет много размытых понятий. Начнем с самого архетипичного примера - в Конституции прописана администрация президента, но никак не прописаны ни ее полномочия, ни функционал. По факту это один из самых влиятельных в политической системе институт власти. Вот сейчас Госсовет появляется. Его функционал, опять же, толком не ясен и не прописан. Что скажете, может, действительно надо более четко конкретизировать?

Александр Козловский: Во-первых, идеального документа мы никогда не создадим. Сколько людей, столько и мнений. Всего мы прописать тоже не можем. Видимо, это в характере русского человека заложено, что мы начинаем пытаться прописывать все действия, чтобы более четко сформулировать, а в итоге путаемся, и в итоге получается очень «тяжелый» документ. Почему мы рассматриваем такое число поправок? Их же более тысячи, к рассмотрению принято чуть больше трехсот. И то это очень много. Мы пытаемся прописать моменты, которые, может, и не надо прописывать, их надо нести в себе. Но мы - государство, которое только формирует новейшую идеологию. Какое-то время мы потеряли связь с нашим прошлым, с нашей историей, перечеркнули ее, заново писали. Сегодня мы еще находимся в этом поиске, поэтому столько мнений и формулировок. Я и сам выступаю за то, чтобы размытых формулировок в Конституции было мало. Мы должны принять поправки, которые сейчас сформированы, иначе мы этим будем заниматься бесконечно, а потом уже конкретизировать в случае необходимости. И здесь мы сами должны понимать: эти направления формулирует общество. Когда мы сами начнем их формулировать, тогда они появятся и в Конституции.

Звонок радиослушателя: Здравствуйте. Меня зовут Иван. У меня вопрос по повестке вашего эфира. Кроме Конституции там заявлены вопросы общественно-политической повестки региона. Вопрос как к секретарь регионального отделения «Единой России». На прошлой неделе руководитель фракции «Единая Россия» в гордуме Пскова Денис Иванов, поздравляя своего коллегу Федора Постнова с назначением на пост председателя социального комитета, рекомендовал ему не превращать Псков в «аттракцион инвалидных колясок», а также сказал, чтобы пандусы в Пскове были не везде. Вы встречались с Федором Постновым, в СМИ выходили новости со ссылкой на источники из «Единой России», что решение об отставке Дениса Иванова принято, но ни вы, ни другие представители партии, об этом ничего официально не говорили. Прошу вас прокомментировать, был ли такой разговор.

И второй вопрос. Вчера первый вице-спикер областного Собрания Виктор Антонов в эфире радио «Эхо Москвы» в Пскове высказал свое личное мнение по поводу поправки в Конституцию о приоритете российского законодательства над нормами международного права. Но суть не в этом. Важно, как он это сказал. Он сформулировал это следующим образом: «Я - гражданин России, живу в России и не хочу жить по брюссельским законам, не хочу жить по законам людей, предки которых сжигали наших соотечественников в 40-е годы». Как вы считаете как секретарь и депутат Госдумы, насколько корректно высказывание вице-спикера областного Собрания и обсуждалось ли оно в партии.

Максим Костиков: Спасибо, Иван. Два таких очень подробных вопроса. Давайте начнем со второй части, раз уж мы в основном говорим про Конституцию.

Александр Козловский: Это было эмоциональное обозначение своей позиции. Я с ним не встречался, не разговаривал по этому поводу и не обсуждал. Но сколько людей, столько и мнений.

Максим Костиков: Я разговаривал с Виктором Васильевичем после эфира, и поясню для радиослушателей, что он имел ввиду. Он категорический противник того, чтобы нормы международного права, в том числе принимаемые в Евросоюзе, доминировали над внутренним российским законодательством. Это он облек в такую форму...

Александр Козловский: Мне кажется, это верно, это правильно. Сегодня зачастую под разными соусами подается, чтоб мы начали воспринимать мир глазами европейцев, которые живут по своим законам. У них другие ценности, отличные от наших, и здесь я поддерживаю Виктора Васильевича в том плане, что мы должны в первую очередь руководствоваться своим законодательством, а нормы международного права не должны идти в ущерб государственным интересам. Если какое-то количество лет назад мы вошли в ВТО и говорили о том, что торговля с другими странами должна осуществляться на условиях «открытого» рынка, то теперь мы живем в других реалиях, когда продукция некоторых стран не может поставляться в РФ. Все меняется, все переворачивается. В таких условиях наше российское законодательство должно защищать интересы граждан от международного законодательства. Так что высказывание Виктора Васильевича верно. А то, что оно было подано в такой форме, говорит о том, что Германия в ЕС доминирует над всеми другими странами. Наверное, это имелось ввиду, хоть и был озвучен Брюссель. На этом я б и закончил.

Максим Костиков: Вторая часть вопроса касается не очень корректного и этичного, как многим показалось, диалога, который произошел на сессии гордумы. И хотя депутат Иванов потом пояснил, что это была шутливая форма, для многих она стала слегка шокирующей. Мы живем в 21 веке, где уважение к маломобильным людям является нормой, поэтому его фразы для многих стали шоком.

Александр Козловский: С Денисом Ивановым абсолютно не согласен, надо выбирать выражения. Мы с ним действительно разговаривали по поводу его формулировок. Он уверял, что ни коим образом не хотел никого оскорбить. Но выражения, мне кажется, нужно внимательно подбирать, когда речь идет о чувствительных для многих людей темах. Он объяснил, что имел ввиду: пандусы в российских городах делаются такой конструкции, что похожи на аттракционы. Большие, громоздкие, ими невозможно пользоваться. Он ссылается на это, а прозвучало это как прозвучало. С Денисом Ивановым у меня был действительно серьезный разговор. По поводу отставки комментировать не буду.

Максим Костиков: Можно сказать, что в данный момент такое решение не принято.

Александр Козловский: Не принято.

Максим Костиков: Мы с вами много поговорили об исторических и философских понятиях. Давайте поговорим о более сущностных вопросах, связанных с перераспределением полномочий. Полномочия президента передаются Госдуме, усиливается Совет Федерации, появляется Госсовет и запрет на отчуждение территорий, вносятся ограничения по собственности за рубежом и много других важных вопросов, которые повлияют на политическую систему в стране. Давайте об этом.

Александр Козловский: Все журналисты, политическая общественность все время ломают копья по поводу президентских сроков. Теперь в Конституции появляется четкая формулировка, слово «подряд» собираются убрать, и его не будет. Это к слову о высказываниях некоторых политиков о том, что все изменения в Конституцию нацелены на укрепление власти. Не вижу здесь логики. Зачем обрезать себе возможность заходить несколько раз на полномочия президента? Потом «идут» по президентским полномочиям, по поправкам, что человек может баллотироваться на президента, если он прожил на территории РФ не менее 25 лет и имел другого гражданства и видов на жительство. Это касается многих госчиновников — председателя правительства, министров, депутатов Госдумы и сенаторов. Вводится официальное слово «сенатор». Это тоже определяющий момент. Как мы их только ни называем, и все время идет разночтение.

Максим Костиков: Усиливаются полномочия Госдумы.

Александр Козловский: Да, начнем с Совета Федерации, по полномочиям. Силовой блок министров, судьи, региональные, генеральные судьи теперь утверждаются через консультации с Советом Федерации.

Максим Костиков: Опять же, обращусь к вашему оппоненту Льву Шлосбергу. Он говорит, что все эти поправки, скажем так, носят декоративный характер. Что значит «консультации», «согласования»? Слова меняются, а суть остается прежней. Как раньше все решалось в администрации президента и президентом, так и сейчас будет. Раньше согласовывали кандидатуру премьер-министра, теперь утверждают. Слово поменялось, а суть осталась прежней. То же самое: раньше президент мог консультироваться, теперь он обязан эти консультации проводить. Но, как говорит Лев Шлосберг, президент точно так же консультируется с региональными парламентами при внесении кандидатуры на пост губернатора, но реально этот механизм не работает.

Александр Козловский: Это немного иначе звучит. Госдума не может работать без взаимодействия с правительством, с профильными министерствами, и сегодня надо понимать, что, когда Госдумой будут утверждаться руководящие кандидатуры, эти люди будут все-таки чувствовать ответственность и подотчетность перед Госдумой, потому что сегодня у нас реальных рычагов влияния абсолютно нет.

Максим Костиков: Вы согласовываете только кандидатуру премьер-министра.

Александр Козловский: Надо отдать должное, что министры понимают значимость парламента, значимость нашего взаимодействия, но все равно там, внутри министерств, не на самом высоком уровне, у них в головах витает, что без Госдумы можно обойтись. Но когда их министр будет утвержден Госдумой, там, конечно, совсем по-другому будет строиться работа. И я вам точно скажу, что именно так и будет.

Максим Костиков: То есть роль парламента повысится.

Александр Козловский: Конечно. И это улучшит взаимодействие и скорость работы по многим законопроектам.

Звонок радиослушателя: Здравствуйте. Александр Николаевич, это Николай. Сейчас постоянно говорят о Госсовете. Что это за Госсовет и как он будет работать? И что, Госдумы вообще не будет? Будет только Госсовет что ли?

Максим Костиков: Давайте разберемся, куда девается или не девается Госдума. Подменит ли собой Госсовет Федеральное Собрание?

Александр Козловский: Госсовет существует, и он работает. Туда входят все губернаторы, федеральные министры, и там создана рабочая группа, которая в непосредственном взаимодействии с губернаторами и министерствами отрабатывает те или иные направления. Вообще Госсовет определяет направление развития тех или иных направлений социально-экономического развития. Для чего это создано? Это повышает статус губернаторов. Работая в регионах, зная ситуацию изнутри, они выстраивают диалог с министерствами, и министерства начинают прислушиваться к сведениям, идущим из регионов. Так что Госсовет - это необходимая конструкция, она достаточно эффективно себя показала. И многие законопроекты появляются как раз по итогам деятельности рабочих групп Госсовета. То, что Госсовет якобы подменит собой работу Госдумы, абсолютно не так. Это совершенно другой орган. В некоторых моментах совещательный, в некоторых определяющий, но само понятие Госсовета будет закреплено в Конституции и будет дальше действовать. Это важный момент, который повышает статус этого органа, но, прежде всего, это повышает статус губернаторов и регионов, которые зачастую вынуждены ходить по министерствам с протянутой рукой, выпрашивая преференции и деньги для своего региона. А здесь ситуация коренным образом изменится. К ним начинают прислушиваться, и будет абсолютное взаимодействие. Но чтобы эта структура не пропала и никто не думал, сколько она просуществует, появилась идея внести это в Конституцию. А затем будет принят федеральный закон, конкретизирующий работу этот органа.

Максим Костиков: Высказывается мнение, что некоторые поправки в Конституцию недостаточно либеральные, недостаточно демократические. Не отменяется муниципальный фильтр на выборах губернатора, не вводятся прямые выборы сенаторов — все равно сохраняется сложная схема с делегированием сенаторов через Заксобрания или через губернаторов. Почему не пошли по пути демократизации политической системы в этом направлении? Власть боится дать народу больше свободы?

Александр Козловский: Мы не можем пройти этот путь демократизации за столь короткий срок, не можем построить здание без фундамента — без фундамента оно рухнет. И мы постепенно, из года в год выстраиваем институт демократических преобразований, поэтому считаю, здесь мы идем верным путем. По демократизации во многих моментах мы не уступаем западным странам, которые все время говорят, что у нас как-то иначе. Да, у нас иначе. Мы другая страна, у нас другая история. Мы в тысячи раз превосходим другие страны. У нас другое соотношение народностей, у нас иной путь. Мы не можем повторять путь других стран. Мы должны сохранить свою страну такой, какой она была построена нашими предками много столетий назад.

Максим Костиков: Александр Николаевич, один из важнейших вопросов связан с закреплением необходимости сохранения территорий РФ. Фиксируется, что ни пяди земли не отдадим — ни Курил, ни Калининграда, ни Печорского района. Надо ли это так прописывать жестко? Многие считают, что на этом в Конституции можно было бы не концентрироваться.

Александр Козловский: Мы хотим жить в стране, в которой живем. И я хочу, чтобы мои потомки тоже жили в такой стране. История, к сожалению, такова, что иногда у нас появляются слабые правители, и закрепление норм Конституции о территориальной целостности как раз, на мой взгляд, от таких случаев - чтоб не было поползновений. Потому что это же только начать! Конкуренция среди стран существует. Это только по телевизору показывают, что все друг другу улыбаются, а на самом деле в мировой политике все не так. Чего уж говорить, что некоторые страны причислили нас к врагам, поэтому некоторые с удовольствием откусят от нашей страны куски, и на будущее мы должны защититься от таких случаев.

ПЛН в телеграм
 

 
опрос
Необходимо ли из-за скачка заболеваемости коронавирусом вернуть жесткие ограничительные меры?
В опросе приняло участие 8 человек

Коронавирус

Лента новостей
30
Ваш браузер использует блокировщик рекламы.
Он мешает корректной работе сайта.
Для того, чтобы этого избежать добавьте наш сайт в белый список. Как это сделать.