Сцена / Из первых уст

«Война и мир» в шести голосах и судьбах

24.02.2021 16:03|ПсковКомментариев: 0

В Новом зале Псковского театра драмы имени Пушкина прошли премьерные показы спектакля «Дни Победы».

 

Жанр постановки необычен – «документальный секстет». Одно из определений слова «секстет» - музыкальное произведение для шести голосов с самостоятельной партией для каждого. «Музыкальное» - не самое удачное слово, хотя в спектакле звучат песни и музыка Чайковского. Более точное определение: звуковое произведение на шесть ролей. Свои партии-монологи произносят, исполняют, проживают шесть живых героев - Сергей, Вася, Таня, Рая, Юра и Володя, парни и девушки, пережившие четыре года войны и в один день, 9 мая 1945 года, каждый по своему и в своих особых обстоятельствах времени и места, встретившие День Победы, один на всех. Шесть реальных историй складываются в единую партитуру, в один ансамбль, в сценический вариант для театра.

- То, что играют актеры, довольно сильно отличается от оригинала, от текста пьесы, – объяснил художественный замысел спектакля музыкальный руководитель постановки Роман Столяр. - В спектакле есть фрагменты, когда актеры говорят одновременно, когда они накладывают свои реплики на реплики партнеров. И это, собственно, и есть работа со звуком. Это отчасти композиция, отчасти рекомпозиция, когда берется какой-то исходный материал и перерабатывается: и это как текст пьесы, так и песни, которые как бы с этим текстом рифмуются. Вы слышите народную песню, и еще одну народную песню на стихи Лермонтова - «Бородино», и «Баркаролу» Чайковского, но весь этот материал перемонтирован и на протяжении всего спектакля предстает в очень разных речевых и звуковых формах. Мы с режиссером Верой Поповой пьесу довольно основательно перелопатили. «Дни Победы» - наш с ней пятый спектакль, и, мне кажется, мы очень хорошо понимаем друг друга. Песни рождались по ходу репетиций. Это такой процесс, когда какие-то случайности наводят тебя на те или иные мысли. Ты сидишь и смотришь, как режиссер репетируют с актерами, и в процессе вдруг возникают какие-то идеи. «Во! А хорошо бы сделать вот это».

- Я заметил, что песни рифмуются с текстом?

- Да, там есть очевидные вещи. Звучит название деревни Ольховка и возникает русская народная песня «Во деревне то было в Ольховке». Или, скажем, вот эти текстовые наслоения, когда идет информация из четырех точек зала, и четыре актера произносят свои монологи одновременно. И в этом присутствует важный художественный смысл. Несмотря на то, что они рассказывают разные истории, они говорят об одном и том же периоде времени, или об очень схожих жизненных обстоятельствах, в которые они попали. И «смыслово», и «звуково» реплики друг за друга цепляются.

- И возникает ощущение общей истории, общей судьбы?

- Да. В этом и заключается наш замысел. По традиции это называется музыкальным оформлением, хотя я бы назвал это звуковым решением спектакля, его художественной задачей. Когда человек приходит на спектакль, слышит музыку, и за этой музыкой пропадает действие, это не очень хорошо. В драматическом спектакле музыка не должна перетягивать на себя внимание зрителя. У меня была поразительная история со спектаклем «Пианисты», который поставил Борис Павлович (спектакль Новосибирского театра «Глобус», лауреат премии «Золотая маска-2019» в номинации «Лучший спектакль в драме, малая форма» - АВТ.), и там я тоже делал живой звук. И потом я прочитал одну очень серьезную рецензию, в которой критик написал: «Жаль, что в спектакле нет музыки». И я подумал: «Значит, все сработало». Если человек, даже такой маститый театральный критик, не заметил музыки, значит, она органично влилась в контекст спектакля. И я надеюсь, что в «Днях победы» произошло нечто подобное.

Второе слово в определение жанра – «документальный», оправдано тем, что автор, драматург и сценарист Ксения Степанычева, написала пьесу на основе интервью с реальными людьми, и это был своего рода «вербатим».

{{include_quiz:}}

- Вербатим, но не совсем, – уточнила Ксения, когда мы начали разговор о «Днях Победы». - В моем понимании, настоящий вербатим – это когда актеры и режиссер берут интервью, делают расшифровку и воспроизводят ее на сцене. А мой текст сделан на стыке документального. И все-таки больше в сторону художественного текста. Потому что всем моим героям столько лет, сколько им было, когда они встретили 9 мая 1945 года. То есть это молодые ребята и девушки, некоторые – почти подростки. А разговаривала я, естественно, с уже очень старенькими дедушками и бабушками. И мне нужно было их изобразить молодыми.

- То есть сбор материала - это часть работы?

- Да. Это живые длинные беседы. С некоторыми героями я встречалась по нескольку раз. И вот из этого разрозненного материала мне нужно было сделать какой-то один, сконцентрированный монолог одного героя. И это не всегда получалось. В каких-то случаях один прототип - один монолог. А в каких-то я из разговоров нескольких прототипов складывала один монолог. Старалась, чтобы не было швов, чтобы не было ощущения, что это разные люди говорят.

- А как вы искали и находили своих героев? 

- Я кинула клич по друзьям, по знакомым. Есть ли у кого-то бабушки, дедушки, мамы, папы, родственники, которые прошли войну? И в каких-то совершенно неожиданных местах находились люди, по знакомству. Приходили ко мне, и мы беседовали. Я просто искала, искала изо всех сил. Иногда были очень интересные встречи с людьми, но бесполезные в смысле работы. Человек пережил войну, но не может рассказать об этом. Либо – человек просто не хотел открыться. Бывали и такие случаи. И мне, признаюсь, все это довольно сложно давалось. Я ведь не журналист. А скорее, человек домашний, закрытый. А мне нужно было идти к людям, говорить с ними на личные сложные темы. Бывали случаи, когда мне отказывали младшие родственники. Говорили: «Вы извините, но мама старенькая. Разволнуется, и у нее давление повысится». И вот так, не прибегая к особым ресурсам, только через знакомых, у меня получилось написать десять монологов, из которых шесть вошли в псковский спектакль.

- То есть это не была, как говорят «датская пьеса», написанная к определенной дате, в данном случае, к Дню Победы?

- Нет, я делала это, прежде всего, для себя, по зову сердца. Мне самой все это было безумно интересно. Например, прежде чем прийти к дедушке-подводнику, я решила сама разобраться, как там все устроено на подводной лодке. Я читала мемуары подводников Великой Отечественной войны. Мне интересны были все подробности. Как они ели, как спали, чем дышали на этой подводной лодке. Во всем этом мне нужно было разобраться, чтобы написать текст.

- Вы как-то сами представляли свою пьесу на сцене? Вы об этом вообще задумывались? Или писали пьесу для чтения?

- Современный театр - очень разнообразный. Я даже уверена, что эту пьесу можно поставить вообще без слов, как произведение хореографического искусства. Если режиссер  этого захочет, и сделает такой радикальный проект. Текст – это просто такая основа, отталкиваясь от которой, режиссер, талантливый человек, делает свое собственное произведение. Я благодарный и открытый зритель. Для меня главное, чтобы спектакль был художественно убедительным.

- А как возник сам замысел, идея пьесы?

- Для меня самой все это очень личная история. Все началось с рассказа моей бабушки. Она была прекрасной рассказчицей и любила делиться воспоминаниями. Она была женой летчика. Дедушки моего, Бориса Сергеевича. Я помню ее рассказ о том, как они встретили 9 мая 1945 года. Она тогда жила в военном городке, в Тамбове. И вот с этого, собственно, все началось. И я по памяти записала ее рассказ. И подумала: «А интересно, а как другие люди встретили 9 мая?» И вот, когда начала встречаться с людьми, то быстро поняла, что одного рассказа про 9 мая недостаточно. Нужно еще рассказать и о том, как они к этому 9 мая 1945 года шли. Почему 9 мая было так для них важно? Чем этот день был для них? И чтобы это понять, нужно было рассказать о четырех годах войны. И вот так это все и пошло…

- Факт публикации в журнале «Современная драматургия» имел большое значение для судьбы пьесы?   

- Благодаря публикации, я пьесу, в принципе, закончила, дописала. Потому что я так увлеклась в процессе работы. Ведь пьеса в 44 страницы – это очень много. Но у меня было ощущение, что надо еще, еще что-то дописать, добавить. Чего-то не хватает. Все расползалось уже в какую-то «Войну и мир». Мне хотелось вместить в пьесу как можно больше материала: война, фронт, жизнь в оккупации, жизнь в тылу, тема блокадного Ленинграда. Там уже были истории артиллериста, подводника, пехотинца, связиста. А вот еще хотелось рассказать о битве на Курской дуге. И так далее. И вот так все разрасталось, пока мне редактор не поставил крайний срок. Хотя я все равно продолжала искать. Для меня, например, большое огорчение в том, что в пьесе нет темы Холокоста, она только упоминается несколькими персонажами. А я бы хотела, чтобы она была. Но я не смогла найти очевидцев. Бабушек, дедушек, которые прошли через это и выжили. Вот я понимала, что у меня есть моряк-подводник, а просто моряка нет. И хорошо, что редактор журнала меня наконец остановил. Сказал мне: «Все, Ксения, хватит». И как бы по необходимости я текст закончила. И сейчас я себя немного утешаю тем, что «Дни Победы» – это открытая конструкция, и если появится такая потребность или желание, можно какие-то монологи дописать и вставить.

- Публикация открыла пьесу театру?

- К зрителю пьеса шла долго. В 2010-м году «Дни Победы» были опубликованы в журнале «Современная драматургия». Спустя шесть лет, в 2016-м году, Магнитогорский театр драмы осуществил постановку пьесы. Тогда я впервые увидела ее на сцене. С момента публикации, получается, прошло вот уже 11 лет. И спектакль Веры Поповой в Пскове – это всего лишь вторая постановка пьесы. С одной стороны, я понимаю, что она очень нестандартная. В пьесе нет каких-то событий, за которыми интересно следить. Это всего лишь монологи, пусть и на очень важную тему. И я понимаю, что театрам, режиссерам очень непросто взяться за этот материал. Когда я писала пьесу, то понимала, что мои собеседники уходят. Что нужно спешить. Иногда мне казалось, что я бегу за последним вагоном уходящего поезда, цепляясь за последнюю ступеньку. Но мне обязательно нужно успеть. Я тогда ничем не занималась, а сосредоточилась исключительно на пьесе. И что-то сделать я все-таки успела. Поэтому, мне очень радостно сегодня видеть «Дни Победы» на сцене Псковского театра.

Беседовал Александр Донецкий       

ПЛН в телеграм
опрос
Как должны отреагировать власти на нарушения ограничительных мер на концерте Niletto и Клавы Коки в Пскове?
В опросе приняло участие 494 человека
Лента новостей
30
Ваш браузер использует блокировщик рекламы.
Он мешает корректной работе сайта.
Для того, чтобы этого избежать добавьте наш сайт в белый список. Как это сделать.