Новости партнеров
Общество

Александр Котов о грядущих изменениях в общественно-политической жизни Псковской области

07.07.2020 15:05|ПсковКомментариев: 0

Предлагаем вашему вниманию текстовую версию программы «Дом Советов», которая вышла в прямом эфире радио «Эхо Москвы» в Пскове (102.6 FM) 3 июля. Гость студии - председатель Псковского областного Собрания депутатов, заместитель секретаря Псковского регионального отделения партии «Единая Россия» Александр Котов. Ведущий Максим Костиков обсудил с ним принятые поправки в Конституцию РФ, прошедшую сессию регионального парламента и важные вопросы общественно-политической повестки. Кроме того, гость студии ответил на многочисленные вопросы радиослушателей.


Максим Костиков: Добрый день, уважаемые радиослушатели. В эфире программа «Дом Советов», а значит, в нашей студии - ведущие политики, государственные деятели нашего региона. Сегодня у нас в гостях председатель Псковского областного собрания депутатов Александр Алексеевич Котов. Добрый день.

Александр Котов: Добрый день.

Максим Костиков: Меня зовут Максим Костиков. Сегодня этот эфир с Александром Котовым проведу я. Поговорим мы, конечно же, о последних политических событиях недели. Фактически только что состоялось голосование и подведены итоги по принятию поправок в Конституцию Российской Федерации, инициированных президентом Путиным. Поговорим мы и о том, как это событие повлияет на работу всей законодательной системы власти и регионального парламента, а также коснемся последних актуальных тем, которые обсуждали представители депутатского корпуса на сессиях в начале этого года. Начнем, наверное, с главного предмета нашей встречи. Как вы оцениваете общественно-политическое значение принятого в среду российским народом решения, поддержку президента Путина и инициированных им поправок в Конституцию? Насколько это было все своевременно, актуально и к каким это приведет последствиям?

Александр Котов: Ну, по поводу своевременности и актуальности мы уже говорили не раз, в том числе и здесь, в студии. Я могу только подтвердить то, что говорил ранее. Конституция была неизменной с момента ее принятия. Кстати, если вернуться к результатам голосования за Конституцию 1993 года, то мы увидим, что поддержка была значительно меньше, чем сейчас. Даже в некоторых регионах результат был против Конституции. Тем не менее она была принята, и она работала, и наше государство с этой Конституцией жило, развивалось. По прошествии такого количества лет, естественно, ситуация поменялась и возникла необходимость внести поправки. Говорить, что они носят радикальный характер, я бы, наверное, не стал. Тем не менее внесены изменения, которые позволяют отреагировать на изменившуюся ситуацию. В том числе изменены полномочия органов власти, изменены полномочия президента Российской Федерации и Федерального Собрания, немножечко коснулись полномочий законодательных органов субъектов Российской Федерации, Государственного совета и так далее. Сейчас просто не хочется говорить об этом очень подробно…

Максим Костиков: Да, тем более, что мы эти темы уже частично обсуждали.

Александр Котов: Большинство граждан нашей страны проголосовали за внесение этих поправок. Есть решение нашей региональной Избирательной комиссии и, соответственно, Центральная избирательная комиссия утвердила результаты голосования по поправкам в Конституцию. Все, этот процесс закончился, и мы начинаем жить с новой, измененной Конституцией.

Предстоит большая работа по изменению законодательства, прежде всего, федерального. Естественно, мы тоже будем в регионе корректировать наши региональные законы для того, чтобы их привести в соответствие с основным законом. Я хочу сказать, что в результате мы увидели поддержку не только поправок, но, в том числе, и поддержку президента нашей страны. Количество граждан, которые проголосовали против, все-таки велико, и мы, конечно же, не можем не обращать на это внимание, и вчера президент в своем выступлении как раз сказал об этом - нужно уважительно относиться к позиции как тех, кто проголосовал за поправки, так и тех, кто проголосовал против. Вот именно на этом я хочу акцентировать внимание.

Максим Костиков: Спасибо. Александр Алексеевич, уже очень многие наблюдатели говорят о том, что это было не просто голосование за сами поправки, как вы сказали, а это был вопрос отчасти плебисцита, референдума о доверии к курсу президента Путина, потому что поправки четко ассоциировали с ним. Понятно, что гипотетическая возможность президента вновь принять участие в выборах на следующий срок воспринимается частью политического сообщества как истинная и единственная причина внесения этих изменений. Это все вызывает общественно-политическую дискуссию. Как вы считаете, можно ли говорить о том, что общество раскололось сегодня по этому голосованию - 75 на 25, условно говоря, или 70 на 30, 80 на 20, неважно - на тех, кто поддерживают курс президента, тех, которым нравится то, что происходит в нашей стране и как она развивается, и тех, кто категорически против и, соответственно, негативно все воспринимает?

Александр Котов: Я бы не стал употреблять такой термин «общество раскололось». Да, безусловно, есть различные точки зрения, есть различные позиции, но это характерно как раз для зрелого гражданского общества. У каждого есть возможность высказать свою позицию как на стадии обсуждения - мы же ведь длительное время обсуждали все эти поправки (работала на федеральном уровне рабочая группа, была возможность направить туда свои предложения), так и на стадии уже непосредственно голосования. Кто-то высказался «за», кто-то высказался «против». Соответственно, любое коллективное мнение выражается именно такой позицией: есть большинство, которое приняло такое решение, и есть несогласные, которые находятся в меньшинстве. Но это не значит, что большинство должно сейчас всемерно оказывать давление и действовать с позиции силы. Это как раз говорит о том, что на сегодняшний день поправки приняты, Конституция будет такой, какой мы ее сейчас приняли, но нельзя не обращать внимание на тех, кто по каким-то причинам не согласен с этим. Исходя из этого, нужно в дальнейшем строить эту работу. Еще раз подчеркиваю: уважительно относиться к каждому мнению.

Максим Костиков: Спасибо. У нас есть первый звонок. Мы в этой студии уважительно относимся к любому мнению. Слушаем вас.

Радиослушатель: Здравствуйте. Я звоню из Гдова. Поршнев Дмитрий Викторович. Юрист, общественник. У меня вопрос следующего плана. Я тоже ходил голосовать, я ни от кого не скрываю - я проголосовал против. И таких, как я, большинство. Связано это, прежде всего, с тем, что я был, в принципе, за поправки, но не в той форме, в которой они были преподнесены, то есть нельзя было голосовать одним за или нет…

Максим Костиков: Голосование пакетом.

Радиослушатель: Да, пакетом. И, самое главное, почему адвокатское, юридическое сообщество проголосовало - тоже очень много против. Именно из-за того, что президент Путин анонсировал, что будет запрещено чиновникам, судьям, прокурорам, госслужащим иметь собственность, имущество за рубежом. Однако потом эта поправка была «смыта», про нее забыли, в том числе и СМИ перестали об этом говорить. Тем не менее получился такой обман, потому что все мы знаем, что любой чиновник, который приобрел имущество, например, в Европе, через пять лет имеет право получить вид на жительство и гражданство. Соответственно, любой депутат, например, Госдумы, который сел в кресло, его выбрал народ, он благополучно зарабатывает здесь деньги и через пять лет покидает свой пост, едет в Европу и получает там еще автоматом гражданство. Именно поэтому я бы хотел услышать ваше мнение как председателя областного Собрания по этому вопросу.

Максим Костиков: Понятен вопрос. Спасибо. Вы как считаете: надо было оставить эту поправку, и почему, на ваш взгляд, она исчезла?

Александр Котов: Да, первоначально это было. И по финансовым средствам, которые размещаются на счетах за рубежом, и по имуществу, а потом посчитали, что разрешить иметь недвижимое имущество за рубежом все-таки стоит. Я к этому отношусь положительно, потому что денежные и финансовые средства в иностранных банках - это одна ситуация, а недвижимое имущество, приобретенное на средства этих людей, - это совсем другая ситуация. Хочу вот еще что прокомментировать. Вот, радиослушатель сказал: «Таких, как я, большинство, которые проголосовали против». Но на самом деле…

Максим Костиков: Это сейчас часто можно увидеть в социальных сетях. Многие коллеги пишут об этом.

Александр Котов: Да. Но это на самом деле оценочное суждение. Я могу сказать, что таких, как я, которые проголосовали за, тоже большинство. Причем это доказывается цифрами, которые уже есть и в нашей Избирательной комиссии, и в Центральной избирательной комиссии. Остальные же оценочные суждения не доказываются ничем, кроме личных ощущений. Неправильно транслировать такую позицию, не имея на руках никаких фактов.

Максим Костиков: Давайте еще немножко поговорим о политическом значении этого голосования. Не секрет, что в нашем обществе живая политическая дискуссия, в том числе и в парламентской практике, становится не то чтобы редкостью, но сокращается. Все меньше у нас, как мне кажется, плюрализма мнений в общественно-политическом пространстве. Есть опасение у части общества (наверное, у той, к которой сейчас относятся и наши радиослушатели), что принятие и поддержка населением курса президента приведет к еще большему сворачиваю каких-то демократических процедур, сворачиванию широкого общественного обсуждения тех или иных проблем, негативной реакции на критику власти в целом, потому что теперь любая критика будет восприниматься: «Ну как? Нас же население поддержало, оно проголосовало. Если вы критикуете, значит, так сказать, мы вас сейчас "под плинтус" загоним». Такие опасения появляются. Их можно увидеть и в журналистских материалах, и в социальных сетях. Как вы к этому относитесь? Существует ли реально такая угроза?

Александр Котов: Да, такая реальная угроза существует, но вы обратите внимание, я как раз уже по этому поводу высказался. Я стою на позиции, что нужно уважать мнения всех, и нам следует относиться уважительно к тем, кто проголосовал против внесения поправок в Конституцию. Но только такое же уважительное отношение хотелось бы увидеть и со стороны противников поправок. Мы должны вести нормально диалог, уважая позицию друг друга. К сожалению, мы видим, каким образом сегодня комментируется это событие в стане оппозиции, в стане несогласных.

Максим Костиков: Навешивают ярлыки: ватники, путиноиды…

Александр Котов: Навешивают ярлыки, есть прямые оскорбления. Причем я вижу прямые оскорбления и в адрес действующего президента Путина. Но не надо забывать, что президент избран - его поддержало большинство наших граждан. Он сегодня занимает свой пост на основании результатов выборов, которые прошли совершенно недавно. Нельзя позволять себе оскорблять президента нашей страны и нельзя себе позволять оскорблять тех, кто проголосовал за него. Если мы научимся вести диалог, уважая позицию друг друга, то, я думаю, что это будет серьезным шагом вперед.

Максим Костиков: А как вы считаете, почему эта поляризация происходит, а у части оппозиции, да и сторонников президента, иногда агрессивная риторика? Одни говорят про врагов народа, агентов Запада, другие - про ватников и путиноидов и так далее. Я не буду сейчас приводить фамилии депутатов областного Собрания, ваших коллег, но некоторые из них в социальных сетях используют данные уничижительные определения относительно своих оппонентов. Это стало, к сожалению, в последнее время мейнстримом общественно-политический дискуссии, причем, в основном заочной. Каждый на своей страничке в Telegram или еще где-нибудь начинает своих оппонентов так обозначать. Почему?

Александр Котов: Иногда дискуссии приобретают эмоциональный характер, но уважающему себя политику надо все-таки думать, прежде чем выражать свою мысль и свою позицию. Когда в диалоге присутствуют такие оскорбительные выражения, на мой взгляд, это недопустимо. Я не знаю. Это можно объяснить желанием очень рьяно защищать свою позицию, можно объяснить тем, что зашкаливают эмоции, но еще раз повторю: нужно все-таки себя сдерживать, понимая, что политика - это серьезный инструмент, который, в конечном итоге, может привести и к расколу, о котором вы сегодня упомянули, который может привести к непредсказуемым действиям как с одной, так и с другой стороны. Надо этого избегать.

Максим Костиков: Продолжим тему поправок. Важный пункт поправок связан с тем, что перераспределяются функции между президентом, правительством и Государственной Думой, усиливается роль федерального парламента. Многие говорят, что сейчас уже резко вырос в цене депутатский мандат на ближайшие выборы в Госдуму. Как это отразится на всей вертикали законодательных органов власти, в том числе и нашего областного Собрания? Усилится ли его статус, поднимется ли его влияние? Будете ли вы, например, инициировать какие-нибудь поправки в устав, чтобы вы назначали вице-губернаторов, председателей комитетов, которых у нас сейчас только губернатор назначает, не считая первого вице-губернатора? Будете ли пытаться увеличить свою роль в этом процессе?

Александр Котов: Нет, сразу могу сказать, что я не сторонник увеличения роли законодательного органа на региональном уровне. В этой студии такой вопрос уже звучал. Я просто хочу коротко повторить свою позицию. Полномочий у регионального парламента достаточно. Наша основная задача - это принимать законы, принимать решения, которые отражают проблемы граждан нашего региона. Применительно к нашей практической ситуации… Вы говорите о том, что, например, парламенту можно было бы передать полномочия о назначении заместителей губернатора. Теоретически можно, конечно, но это, на мой взгляд, неправильно, потому что заместитель губернатора - это все-таки зона ответственности главы региона.

Максим Костиков: Его команда?

Александр Котов: Да, это его команда. А у нас есть полномочия: заслушать отчет губернатора о работе администрации, что мы и делаем ежегодно; задать вопросы соответствующие, если нас что-то не устраивает; в рамках парламентского контроля проследить за работой исполнительных органов власти. Внести законодательную инициативу нам никто не запрещает, в конечном итоге большинством голосов принять какой-то закон, который откорректирует деятельность в том или ином направлении.

Теперь по поводу федерального парламента. Да, наверное, это целесообразно было сделать и передать часть президентских полномочий Федеральному Собранию. Это касается и назначения премьер-министра, и назначения федеральных министров, и там есть вопрос, касающийся формирования судов. Вопрос в том, как воспользоваться этими полномочиями. Вы сейчас сказали о том, что цена депутатского мандата выросла - вот уже такие разговоры идут. Мне очень сильно это не нравится. Цена депутатского мандата должна оцениваться законотворческой деятельностью депутата и ни в коем случае не возможностью влиять на принятие каких-то решений и не лоббистскими интересами. К сожалению, зачастую еще есть такое неверное понимание роли законодательных органов как на региональном уровне, так и на федеральном.

Максим Костиков: Александр Алексеевич, очень много вопросов связано с самой процедурой голосования. Например, ваш коллега, господин Лев Шлосберг (лидер фракции «Яблоко» в региональном парламенте – ред.), назвал это все «беспределом и изнасилованием». Некоторые говорят о том, что все это «профанация», потому что голосование шло семь дней, была масса послаблений, можно было в автобусах голосовать, в еще каких-то переносных пунктах для голосования, в связи с чем якобы есть вопрос легитимности этого процесса. Такие мнения высказываются.

В вашем любимом Стругокрасненском районе (Александр Котов родом из Струг Красных, в период с 1995 по 2003 годы занимал пост главы Стругокрасненского района, в 2011 и 2016 годах избран в областное Собрание по одномандатному округу №19, куда входит Стругокрасненский район – ред.), там вообще сверхрекорды показаны по явке жителей этого района. Даже нам вчера в студию звонили во время нашего прямого эфира в программе «Сообразим на троих», пытались объяснить, что это за феномен Стругокрасненского района. Все-таки пришли к выводу, что это благодаря вашему влиянию там такой высокий процент. Как вы оцениваете в целом легитимность процесса? Почему появляются на карте Псковской области такие районы, где очень высокий процент? С чем это связано?

Александр Котов: Скорее всего, это связано с тем, что там эффективно поработала Избирательная комиссия и предоставила возможность проголосовать на протяжении всех этих дней, которые были отведены всем, кто пожелает. Ведь многое же еще зависит от организации самого процесса. И я думаю, что, в том числе, зависит и от активности людей, которые посчитали необходимым прийти и высказать свою позицию.

По поводу недоверия к легитимности. Сейчас раздаются возгласы оппозиции (и вы сейчас привели некоторые примеры, когда голосование называют профанацией, говорят о том, что не было возможности наблюдать за избирательным процессом и так далее). Я хочу напомнить, что у нас в избирательных комиссиях есть члены комиссии с правом решающего голоса, представители политических партий. Если на этом процессе голосования есть какое-то недоверие к тем наблюдателям, которые были выдвинуты Общественной палатой, то можно было проследить за процессом через членов комиссии с правом решающего голоса. У нас в каждой комиссии были представители партии «Яблоко» с правом решающего голоса, представители партии КПРФ, которые, как известно, выступили против принятия поправок.

Пожалуйста, используйте эту возможность. Если не готовы на всех избирательных участках тотально проконтролировать, возьмите хотя бы несколько для примера - десять участков в разных районах наших области - и четко проследите за этим процессом, как он проводился. Укажите на ошибки, укажите на нарушение закона. Тогда я понимаю, это нормальная, серьезная работа. Когда этого сделано не было, по крайней мере, мне не известно об этом, сегодня никто не говорит о том, какие нарушения были на избирательных участках, зачем же так голословно обвинять и говорить о том, что это профанация?

Я далек от того, что у нас тут все прошло настолько безупречно, что комар носа не подточит. Наверное, были какие-то ошибки. Возможно, были нарушения, и это я тоже допускаю. Но они никак не повлияли на конечный результат, и то, что сегодня мы зафиксировали - голоса за и против, соответствует реальному положению дел в обществе, вот люди так считают. И я не могу понять, почему не используется этот инструмент.

Максим Костиков: Мы тоже этим удивлены. Мы вчера обсуждали, что, с одной стороны, у нас многие писали в группе, что все это голосование незаконно, есть нарушения, «все срежиссировано»… Не буду тут все это подробно зачитывать. Но при этом выяснилось, что в областную Избирательную комиссию не было подано ни одной жалобы.

Александр Котов: Да.

Максим Костиков: Это некий парадокс, который у меня вызывает недоумение. Если есть шквал недовольных, много возмущающихся по поводу процедуры и по поводу каких-то конкретных нарушений, почему нет официальных жалоб? Наверное, люди не очень доверяют институту избирательных комиссий. Не знаю, почему они не подают, но могли бы, наверное, в прокуратуре как-то обжаловать это…

Александр Котов: Для меня тоже это непонятно. Член областной избирательной комиссии от «Яблока»…

Максим Костиков: Елена Маятникова?

Александр Котов: Да, уважаемая госпожа Маятникова. Она выразила особое мнение именно в тот момент, когда нужно было подписывать итоговый протокол. Где была Маятникова тогда, когда проходил сам процесс? Несколько дней он проходил. Можно было, наверное, выехать на участки, поговорить с членами комиссии от «Яблока», которые есть в каждой участковой комиссии, спросить, каким образом проходит голосование, зафиксировать какие-то факты нарушений и на протяжении всего этого периода сообщать в областную Избирательную комиссию, в ЦИК для того, чтобы можно было на это отреагировать. Это один момент.

Второй момент. Уважаемые, нельзя же забывать о том, что, вообще-то, нарушения при проведении голосования - это уголовно наказуемое преступление. Мне хочется спросить у представителей оппозиции: как вы считаете, у нас все члены комиссии готовы идти на уголовное преступление? Они не чувствуют за собой ответственности? Вот давайте себе представим процесс фальсификации результатов голосования. Там же есть конкретные люди, которые понимают, что они делают. Они, наверное, предупреждены о том, что могут нести уголовную ответственность. Скажите: легко им решиться на то, чтобы заниматься этой подтасовкой?

Еще раз, я не хочу идеализировать ситуацию, допускаю, что и нарушения какие-то могли быть, не знаю, вольные - невольные, какие угодно, но это не «профанация», это не «тотальная подтасовка», а это отражение положения дел в обществе. Надо из этого исходить все-таки. Вот процесс голосования закончился, есть результаты. Давайте, отталкиваясь от этих результатов, строить нашу дальнейшую работу, строить диалог между согласными, теми, кто проголосовал «за», и теми, кто проголосовал «против». Подчеркиваю, исходя из уважительного отношения к мнению каждого.

Максим Костиков: Спасибо. Александр Алексеевич, мы достаточно подробно разобрали ситуацию. Давайте ответим на звонок нашего радиослушателя. Здравствуйте.

Радиослушатель: Добрый день. Меня зовут Николай. Два слова про преимущество национального права над международным. Можно понять, конечно, когда в России отжали какое-то имущество государственное, можно понять, когда в России по суду какие-то деньги отсудили наши бывшие по СССР друзья. Все это можно понять, но это международное право, между государствами, а граждане разве получат какое-то преимущество? Если гражданин столкнулся с нашей судебной системой, а нашу судебную систему только ленивый не критикует, и у него - стенка, дальше ничего нет... Он лишен теперь права подавать в суд на государство... То есть, получается, граждан лишили этого права. Как вы считаете?  

Александр Котов: Николай, вы немного неточно толкуете приоритет нашего российского права над международным. Речь идет как раз о международных договорах, которые мы заключаем. Речь идет о государственном праве, об отношениях между государствами. Никто не лишал права наших граждан обращаться, например, в Европейский суд по правам человека. Ваш вопрос свидетельствует о том, что не всегда граждане понимают суть тех поправок, которые вносятся, и часто интерпретируют их произвольно. Может быть, поэтому как раз и сформировалась у некоторых устойчивая позиция, что нужно проголосовать против. Есть множество примеров, как вы сами, Николай, выразились, когда было желание «и имущество отжать, и денежные средства отжать». Я думаю, что вы тоже согласитесь с тем, что зачастую решения международных судов политизированы, особенно в последнее время эта ситуация обостряется. Поэтому, мне кажется, что очень своевременно мы такую поправку в Конституцию приняли.

Максим Костиков: Александр Алексеевич, заканчивая тему с Конституцией, хотел спросить у вас о тех изменениях, которые, на ваш взгляд, произойдут в ближайшее время в национальной политической жизни. Говорят, что возможно переизбрание парламента, назначение внеочередных выборов в Госдуму и даже возможны досрочные выборы президента. На будущий год у вас по календарю запланированы выборы в областное Собрание депутатов. Они, напомню, по закону совмещены с выборами в Государственную Думу и планировались в сентябре будущего года. Предполагаете ли вы какие-то кардинальные изменения в этом традиционном электоральном марафоне? Смогут ли выборы в Госдуму быть назначены раньше? Как вы к этому относитесь и что будете делать в этом случае? Менять ли сроки полномочий областного Собрания депутатов или пусть все идет своим чередом?

Александр Котов: Честно говоря, трудно строить уверенно политические прогнозы.

Максим Костиков: В нашей стране все возможно.

Александр Котов: Да, в нашей стране все возможно. Я бы все-таки исходил из целесообразности. Я, честно говоря, не вижу никаких предпосылок для того, чтобы сейчас досрочно распускать Государственную Думу и законодательные органы в субъектах Российской Федерации. Ничего же не поменялось с этой точки зрения. Да, нужно вносить поправки в федеральные законы. Федеральных законов, которые потребуют изменений в связи с принятием поправок в Конституцию, достаточно много. Нужно корректировать и региональное законодательство, об этом я уже говорил, и с этим вполне может справиться действующий состав как регионального законодательного Собрания, так и Федерального Собрания: Государственной Думы и Совета Федерации.

Максим Костиков: То есть не нужны какие-то потрясения?

Александр Котов: Да, я просто не вижу необходимости в этом, но это, опять же, моя позиция. Есть предположение о том, что новая Конституция, новые полномочия будут у Федерального Собрания, и, соответственно, под новые полномочия нужен новый состав. Но как это вообще между собой связано, я не очень пойму.

Максим Костиков: Я здесь тоже логики не вижу.

Александр Котов: Никак не могу найти логики. Исходя из этого, думаю, что никаких потрясений ожидать не следует. Нам, наоборот, нужно в этой ситуации работать спокойно, вести диалог с разными общественно-политическими группами, которые имеют разные точки зрения. У нас же ведь не все категорически против всех поправок. Есть и те, кто не согласен с какими-то отдельными поправками. Сегодня уже был такой звонок: почему пакетом предложили? Предложили пакетом, потому что, во-первых, сложно организовать, а на мой взгляд, и невозможно организовать…

Максим Костиков: 260 или сколько там поправок?

Александр Котов: …да, организовать голосование по такому количеству поправок. Это с одной стороны. С другой стороны, пакетное голосование, принятие каких-то нормативных актов пакетом - это распространенная практика и не только в нашей стране. Поэтому потрясений я никаких не ожидаю, и, более того, считаю, что они не нужны сейчас и даже будут в какой-то степени вредны. Лучше спокойно работать над тем, чтобы все привести в соответствие.

Радиослушатель: Здравствуйте, господа. Иван беспокоит вас. Александр Алексеевич, я с вопросом про сенаторов. Среди наших сенаторов бывают академики с шестью классами образования. Александр Алексеевич, кто выбирает наших сенаторов и назначает? Например, кто голосовал за сенатора Турчака, кроме Журовой и Матвиенко, когда они гостили во Пскове? Спасибо.

Максим Костиков: Кстати, много вопросов, почему в проект поправок в Конституцию все-таки не внесены были какие-то изменения, связанные с формированием Совета Федерации? Потому что мы знаем, у нас Совет Федерации формировался по-разному. Ваш предшественник Юрий Анисимович Шматов долгое время был членом Совета Федерации по должности председателя областного Собрания депутатов. Многие говорят о том, что сегодняшняя модель: один - от губернатора, другой - от заксобрания - не очень демократичная, не очень выполняет представительские функции. Люди не знают в массе своей, кто у нас сенаторы. Это в продолжение вопроса уважаемого радиослушателя.

Александр Котов: Я не знаю, можно, наверное, дискутировать по поводу формирования Совета Федерации…

Максим Костиков: Жириновский вообще предлагает его упразднить.

Александр Котов: Да, есть разные точки зрения. Мне кажется, что процесс формирования мало влияет на качество работы, а во многом все зависит от тех людей, которые избраны в Совет Федерации. Если они проявляют себя активно, если они работают в регионах, соответственно, видна и заметна их работа. Если не хватает времени для того, чтобы работать в регионе, это уже совсем другая ситуация.

Что касается наших сенаторов, у нас Елена Васильевна Бибикова представляет губернатора в Совете Федерации, а Андрей Анатольевич Турчак представляет законодательный орган, и, естественно, мы голосовали, для того чтобы делегировать его в Совет Федерации. Оба сенатора, надо отдать им должное, очень активно работают, не теряют связь с регионом, всегда оказывают необходимую помощь и поддержку. Мне кажется, что в этом смысле нам повезло, то есть наши представители достойно работают на федеральном уровне.

Максим Костиков: У нас еще один звонок. Здравствуйте.

Радиослушатель: Здравствуйте. Александр Алексеевич, извините, я, может, не по теме, но другого способа у меня узнать нет. Как-то, может, месяца три назад, вы говорили, что вы закон какой-то приняли или ходатайствуете перед Госдумой, чтобы не снимали проценты, когда люди платят какие-то коммунальные платежи. Что-то нет ничего. Как взимали, так и взимают. Было же такое?

Максим Костиков: Банковский процент вы имеете в виду?

Радиослушатель: Да, когда мы платим. Вы говорили, что подали в Думу, чтобы банки не взимали эти проценты.

Александр Котов: Да, я понял. Спасибо. Это были не мы.

Максим Костиков: Инициаторами?

Александр Котов: Да, инициаторами. Действительно, рассматривался вопрос о том, чтобы исключить банковскую комиссию при внесении платежей. Но я, честно говоря, сейчас не могу припомнить, чем закончилась в конечном итоге дискуссия по этому поводу.

Максим Костиков: Судя по звонку, ничем не закончилась.

Александр Котов: Да, была достаточно жесткая позиция нашего…

Максим Костиков: Банковского лобби?

Александр Котов: Да, нашего банковского лобби. Я просто могу поделиться с вами своей позицией по этому поводу. В конечном итоге все придет к тому, что постепенно это все равно перекочует на плечи плательщика, то есть никуда мы от этого не денемся. Здесь сложно говорить о том, что это однозначное и правильное решение. Тем не менее будем надеяться, что во всем разберутся и окончательное решение будет принято.

Максим Костиков: Спасибо. Вернемся к вашим полномочиям, к работе областного Собрания депутатов. На последней сессии была бурная дискуссия, связанная с темой так называемых охранных зон в городе Пскове в связи со строительством парка «Россия - моя история» близ Мироносицкого кладбища. Не будем вдаваться сейчас в эту дискуссию детально. Хотелось бы просто более широко вопрос поставить: не пора ли в целом вернуться к анализу и к системному, комплексному рассмотрению всех этих норм, связанных с объектами охраны памятников, с охранными зонами в целом, как-то привести это в соответствие к сегодняшнему дню? Потому что каждый раз, когда какой-то инвестор или государство хотят построить какой-то проект, у нас начинается длительный общественно-политический хайп, бурная дискуссия с разного рода экспертами, а у нас в городе Пскове каждый второй считает себя экспертом по этому вопросу и каждый второй считает себя патриотом родного города. И это нормально. Но кто-то это активно использует в политических целях, кто-то – в бизнес-интересах, и каждый раз возникает вопрос трактовок: здесь можно, здесь нельзя. Областное Собрание депутатов очень часто потом выставляют крайним, вам потом приходится принимать какие-то решения, порой задним числом, и вы несете репутационные потери.

У меня вопрос многозначный, если можно так сказать. Это связано и с установкой батутов, и каких-то развлекательных комплексов в парках города рядом с крепостными стенами и памятниками древнерусского зодчества. Почему нельзя взять все это, проанализировать, создать комиссию, позвать всех общественников, градозащитников и как-то уже определиться, прийти к какому-то разумному компромиссу?

Александр Котов: Максим, вы очень актуальный, на мой взгляд, задаете вопрос. Я не знаю, почему нельзя взять и проанализировать. Не знаю и не могу ответить на этот вопрос. Я уже два года предлагаю вернуться к тем зонам охраны, которые уже утверждены постановлением Псковского областного Собрания депутатов, и посмотреть на то, как реально эти зоны охраны работают. Я могу вам сейчас несколько примеров привести. Возьмем зону охраны сердца нашего города - Псковский кремль, Финский парк. Зона охраняемого природного ландшафта, там просто вообще ничего нельзя. Но там сейчас стоит какой-то железнодорожный контейнер…

Максим Костиков: Уже несколько месяцев.

Александр Котов: Нет, он стоит там уже два года. Там нельзя заниматься предпринимательской деятельностью, предоставлять услуги по велопрокату, потому что это запрещает режим зоны охраны, но контейнер этот там стоит.

Максим Костиков: И никто вообще ничего сделать не может?

Александр Котов: Да, не знаю, почему, и все молчат. Вот эти эксперты, о которых вы сейчас говорили, они молчат, им это не надо, их это не интересует. Им интересен хайп. Когда Псковское областное Собрание обсуждает зоны охраны, им интересно хайпануть, подискутировать по поводу каких-то гипотетических 36 метров высоты, а потом уйти в тень и забыть. Ну вот идите, эксперты, разберитесь, почему есть прямое нарушение зон охраны. Еще один пример - забор наверху, рядом с общежитием нашего университета.

Максим Костиков: Представляю себе.

Александр Котов: Это тоже зона охраняемого природного ландшафта. Огорожена значительная территория, просто пустой участок за забором. Это тоже незаконно. Безуспешно, на мой взгляд, ведут борьбу представители Росимущества в Псковской области. Этот забор до сих пор стоит, никто ничего сделать не может. Вот так работают принятые уже давно Псковским областным Собранием охранные зоны.

Я уже несколько раз говорил предыдущему руководителю комитета по охране объектов культурного наследия и нынешнему руководителю на предыдущей сессии сказал, попросил посмотреть и разобраться. Нам нужно корректировать зоны охраны и режимы использования земель в зонах охраны, исходя из реальной действительности. Нельзя идти по пути тотального запрета, понимая, что люди должны отдыхать, что люди должны все-таки пользоваться какими-то услугами, но заботиться, прежде всего, надо о сохранении памятников, которыми, слава Богу, псковская земля богата. К сожалению, пока ничего не делается и ничего не предпринимается в этом направлении.

Максим Костиков: Мы видим две абсолютные крайности. С одной стороны, есть такая тенденция - наши общественники любую инициативу, любой проект, даже, в общем-то, не вдаваясь в детали, если он инициирован действующей властью, властью вместе с бизнесом, то сразу же признают его архивредным, опасным. Пусть стоят там руины, развалины, железнодорожные вагоны и заборы, лишь бы это даже вообще не рассматривалось, потому что закроет какую-то таинственную волшебную панораму. Я не могу, если честно, понять в половине случаев, чем они недовольны, но они недовольны. Мы же уважаем эту точку зрения, это принимается. С другой стороны, мы видим массу просто шокирующих фактов, когда рядом с памятником начинают строить деревянные срубы, ставить какие-то коробки, устанавливают контейнеры. Мы, опять же, наблюдаем полный паралич как этих общественников, так и официальных органов охраны памятников. Должен же быть в правовом государстве какой-то механизм, какой-то алгоритм действий?

Александр Котов: Конечно, должен быть. В принципе, алгоритм есть, просто он не работает. Я не могу объяснить, почему на протяжении двух лет не могут разобраться с забором, который установлен в зоне охраняемого природного ландшафта. Я не могу это объяснить… Вы помните, с чего все началось? В Финском парке построили какой-то красный сарай.

Максим Костиков: Да, помню.

Александр Котов: Из досок и с красной крышей. Потом там были установлены боксоматы, потом там ездили бесконтрольно. Там, вообще-то, ездить нельзя, но там ездили машины - торговали кофе. Все это там было. Слава Богу, после вмешательства Псковского областного Собрания депутатов хоть это удалось убрать. Безобразный батут, который стоял чуть ли не выше колокольни Псковского кремля. Это же все было, и это непосредственная работа органа охраны объектов культурного наследия. Вывески, которые вешают на наши различные заведения…

Максим Костиков: Рядом с памятниками?

Александр Котов: Да, какие попало рядом с памятниками, что, естественно, просто отпугивает нормальных людей, они не могут это совместить в своем воображении. На это же тоже надо реагировать, правильно? Сейчас администрация города Пскова разрабатывает дизайн-код.

Максим Костиков: Да, мы очень ждем.

Александр Котов: Да, чтобы не только там, где исторические памятники, но вообще в городе были нормальные вывески, которые не оскорбляют человеческое достоинство. Очень надеюсь, что это будет в конечном итоге решено.

Максим Костиков: Нам обещал замглавы администрации города Пскова Павел Викторович Волков рассказать о том, что администрация города делает в этом направлении. Вернемся к охранным зонам. На сессии вы задавали вопрос по поводу сохранности спортивного функционала на территории бывшего стадиона «Электрон». У меня, честно говоря, его просто стадионом сейчас язык не поворачивается назвать, потому что это не стадион, а это какое-то, на мой взгляд, просто адское место. Удовлетворил ли вас ответ, который дала заместитель губернатора Вера Емельянова? Собственно говоря, уже и губернатор фактически подтвердил это в своем совместном выступлении с владыкой Тихоном. Вас удовлетворяет то, что там будет?

Александр Котов: Да, удовлетворяет.

Максим Костиков: То есть вы не видите ничего страшного, чтобы на месте этого бывшего стадиона появился этот парк, тем более, насколько я понимаю, там есть и спортивный функционал?

Александр Котов: Нет. Речь не идет о том, что парк появится именно на месте стадиона «Электрон». Речь идет о том, чтобы благоустроить в комплексе всю эту территорию, которая включает и стадион «Электрон», и территорию Степановского лужка. Проект был представлен. Это, скорее всего, предпроектная разработка, потому что окончательно еще ничего не решено. Мы же видим, что наши жители города, которые привыкли заниматься спортом на открытом воздухе, они как раз выступают за то, чтобы там сохранить такую возможность. Но есть и другие, более радикальные, точки зрения, говорят: «Нет, нам нужно сохранить стадион «Электрон» именно в том виде, в каком он был задуман, первоначально построен, и в том виде, в каком он есть сейчас». Уважаемые, давайте посмотрим на это с точки зрения прагматичной. У нас сейчас идет масштабная реконструкция стадиона «Машиностроитель». У нас сейчас идут ремонтные работы на стадионе «Локомотив». Давайте приведем в порядок, сделаем из них настоящие спортивные сооружения, настоящие стадионы, где можно проводить матчи, где могут присутствовать зрители, где можно заниматься легкой атлетикой и так далее. Зачем нам такой же полноценный третий стадион? Это моя позиция.

Я не знаю, может быть, я, конечно, в чем-то ошибаюсь, не претендую на истину в последней инстанции, но просто хочу именно с этой позиции порассуждать. А вот понять тех, кто там занимается спортом на открытом воздухе - вот это я могу. Нужно дать возможность людям побегать, позаниматься, провести какие-то тренировки, поиграть в футбол, там должно быть футбольное поле. Вот, собственно, в этом направлении нужно двигаться. Поэтому и губернатор уже подтвердил, и на сессии на мой вопрос именно так отвечали, что там будут спортивные сооружения, там будет возможность заниматься на открытом воздухе спортом тем, кто любит это делать.

Максим Костиков: Еще один резонансный вопрос связан с так называемыми «наливайками». Вступили в силу новые ограничительные меры, утвердили их буквально недавно. Теперь торговля спиртным, включая пиво, в помещениях меньше сорока квадратных метров под запретом. Поможет ли, на ваш взгляд, это мера? Считаете ли вы разработанные предложения действительно эффективными? Может быть, стоило принять какие-то более радикальные действия для того, чтобы поставить барьер этому явлению?

Александр Котов: Я очень надеюсь, что поможет. Поскольку наш закон уже вступил в силу, нужно посмотреть за тем, как будут исполняться его нормы. Мы уже договорились с депутатами областного Собрания, что в рамках контрольных полномочий мы обязательно через некоторое время к этому вопросу вернемся и послушаем. Я не сторонник радикальных мер, полных запретов, потому что, я еще раз подчеркиваю, у нас есть такие заведения, которые предоставляют цивилизованные услуги общественного питания, в том числе и со спиртными напитками. Мне кажется, это нормально. Поэтому мы и пошли по пути этих сорока метров. Но все-таки надо посмотреть, как начнет работать наш закон. Я думаю, что мы это сделаем в ближайшее время, через пару-тройку месяцев обязательно посмотрим и послушаем органы исполнительной власти, которые за это отвечают.

Максим Костиков: Будете это обсуждать в рамках так называемого парламентского часа? Как вы считаете, эта форма работы с исполнительной властью должна сохраниться? Вообще еще есть коэффициент полезного действия: прислушиваются к депутатам, приходят и докладывают, исправляют свои ошибки? Как вы считаете?

Александр Котов: Я считаю, что это эффективный способ работы. Обязательно мы будем продолжать работать в рамках парламентского часа и заслушивать доклады по самым актуальным проблемам, которые волнуют наших граждан. По поводу «наливаек» мы обязательно поговорим публично в рамках парламентского часа. Дадим возможность высказаться, еще раз повторю, органам исполнительной власти, которые отвечают за это, выскажем свою позицию, естественно, предварительно пообщавшись с гражданами. Я думаю, что нам будет поступать от наших избирателей какая-то обратная связь, обязательно на нее отреагируем. В общем, нужно посмотреть. Очень надеюсь на то, что мы на правильном пути.

Максим Костиков: А когда наш региональный парламент вернется в обычный режим работы уже без дистанционной формы? Будете ли ближайшие сессии проводить так, как обычно, или все-таки в связи с эпидемической ситуацией сохраните формат видеоконференций?

Александр Котов: Этот формат исключительно из-за того, что мы оказались в такой сложной ситуации, связанной с распространением вируса. Мне хочется как можно быстрее этот формат закончить и перейти к нормальной работе.

Максим Костиков: К живым дискуссия в зале?

Александр Котов: Да, к живым дискуссиям в зале. Мы можем так, конечно, несколько заседаний провести, потому что мы оказались в таких условиях, в условиях форс-мажора, но я хочу как можно быстрее вернуться к тому, чтобы мы собирались в зале, чтобы у нас была живая дискуссия, чтобы мы, глядя друг другу в глаза, обсуждали те законопроекты, над которыми мы работаем. Мы сейчас проведем заключительную сессию. У нас будут короткие парламентские каникулы. Я думаю, что в сентябре мы уже будем близки к тому, чтобы вернуться к проведению заседаний в обычном режиме.

Максим Костиков: Дай Бог это состоится. Спасибо, Александр Алексеевич, что пришли сегодня к нам, ответили на вопросы, пообсуждали со мной и с радиослушателями наиболее важные события текущего времени. Приходите к нам после окончания парламентских каникул. Ждем вас в нашей студии. Спасибо.

Александр Котов: Спасибо большое. Всего доброго. До свидания.

ПЛН в телеграм
 

 
опрос
Беспокоит ли вас ситуация в Белоруссии после президентских выборов?
В опросе приняло участие 514 человек

Коронавирус

Лента новостей
30
Ваш браузер использует блокировщик рекламы.
Он мешает корректной работе сайта.
Для того, чтобы этого избежать добавьте наш сайт в белый список. Как это сделать.