Таможня берет бабло-2: Синие паспорта и розовые очки
Помните нашу историю о таможеннике, который, по версии следствия, превратил государственную границу в коммерческий аттракцион с весьма демократичными расценками?
Так вот, этот увлекательный сюжет получил интересное развитие. Казалось бы, в каждом «погонном» ведомстве есть служба собственной безопасности, обязанная бдить за чистоту рядов. Однако, складывается впечатление, что в Псковской таможне собственная безопасность существует по принципу пожарной сигнализации на деревенской дискотеке: висит красиво, иногда мигает лампочкой, но срабатывает исключительно тогда, когда здание уже сгорело дотла.
Изображение сгенерировано ИИ
В Невельском районном суде продолжается рассмотрение дела бывшего ведущего инспектора Псковской таможни. По версии обвинения, государев человек, вместо того, чтобы держать границу на замке, устроил там криминальный проходной двор. Оказывал услуги трансграничной преступной группе, занимавшейся контрабандой стратегически важных товаров и санкционной продукции. Причем услуги, надо признать, комплексные: не останавливать нужные автомобили, сообщать собственное местоположение, предупреждать о работе оперативников и СОБРа. Такой персональный консьерж на олинклюзиве для господ-контрабандистов. Только вместо пятизвездочного отеля — государственная граница, а вместо улыбки и чаевых — регулярное денежное вознаграждение.
Вы скажете: эка невидаль — кого в России удивишь нечистым на руку таможенником? Не все же, как Павел Верещагин, которые «мзду не берут, им за державу обидно». Наибанальнейший сюжет.
Но тут обнаруживается любопытная деталь. По имеющимся сведениям, члены семьи нашего фигуранта имеют гражданство Эстонии. То есть буквально вся ближайшая родня человека, допущенного к информации о работе таможенных подразделений, радостно владеет «синими паспортами» государства — члена НАТО. Старательно пользуются благами обладателей нескольких паспортов — путешествуют в страны Европы. А, например, очень близкий родственник подсудимого, не стесняясь, передвигается по Пскову на авто с эстонскими номерами.
Разумеется, иностранное гражданство родственников само по себе не преступление. Наверное, можно собрать хоть коллекцию паспортов, если закон позволяет. Но тут возникает естественный вопрос: а разве можно таможеннику в России иметь гурьбу заграничных родственников? Знала ли об этом служба собственной безопасности таможни? Проверяла ли возможные риски? И если знала, то какие выводы сделала? Это норм, когда у таможенника половина родни — иностранцы? Или раз соседняя Эстония, то ничего страшного? А если бы его родственники были гражданами США? Или Украины?
Особенно пикантно ситуация выглядит на фоне данных следствия о денежных переводах на банковскую карту родственника обвиняемого, имеющего эстонское гражданство. Если эти трансграничные переводы подтвердятся в суде, получится замечательная картина маслом: государственный служащий, подозреваемый контрабандистам, получает деньги через родственника — гражданина насквозь враждебного России государства. А система внутреннего контроля, призванная замечать подобные риски, почему-то не предотвратила предполагаемую многолетнюю деятельность.
Казалось бы, после такого руководству следовало бы задать несколько неприятных вопросов самому себе. Но у нас ведь как? Пока сотрудник получает благодарности, он висит на Доске почета, его приводят в пример молодежи. Когда через неделю оказывается на скамье подсудимых — внезапно выясняется, что никто ничего не замечал. Все разводят руками, не понимают, как же так случилось? Удивительная профессиональная близорукость, особенно для ведомства, чья работа так-то заключается в том, чтобы замечать подозрительное.
Главное здесь, конечно, не цвет паспортов. Главное — качество работы тех, кому государство доверило защищать собственные ряды от коррупции и возможных угроз безопасности.
Потому что если обвинение подтвердится, придется признать: контрабандисты детально ориентировались в ситуации на таможенных постах, имели надежный канал провоза в Россию, в принципе, чего угодно. А ответственные за порядок на таможне понятия не имели, какие дела творятся у них под носом.
Так что это уже не банальный коррупционный скандал. Это вопрос к устройству всей системы контроля на государственной границе. В иные времена, возможно, не стоило бы придавать этому особого значения. Но сами понимаете — на дворе 2026 год, а не 2016 -й. Кто может поручиться, что за малую мзду завтра очередной контрабандист не привезет в Россию вместо санкционного, но безобидного пармезана все необходимое для терроризма?
Андрей Степанов