Культура

Лукавые комплексы

20.04.2011 14:10|ПсковКомментариев: 14

Участники острой дискуссии по проблемам судьбы культурного наследия древнего Пскова сомневаются в искренности друг друга

Десятое заседание Общественного совета по культурному наследию при губернаторе должно было во второй раз состояться в трапезной Мирожского монастыря. Но Богу было угодно, чтобы вторые выходные апреля были ознаменованы сильнейшим за более чем 40 лет в Пскове паводком, пришедшим в Мирожский монастырь самым что ни на есть простым путем, как и много раз за века его истории - через Северные ворота, и дошедшим до самых стен Спасо-Преображенского собора. В течение трех дней сотрудники музея и откликнувшиеся на призыв о помощи добровольцы круглосуточно и безостановочно вычерпывали воду из древнейшего в Псковской области храма XII века, чтобы спасти его уникальные фрески. Угрозы фрескам удалось избежать, а создавшаяся благодаря несчастью давно забытая, если не сказать внезапная, атмосфера согласованности общественных и государственных усилий сохранилась. Совет по культурному наследию состоялся на инерции пережитого испытания, но и сам по себе был чрезвычайным – его повестка дня была сформирована не плановыми решениями, а неожиданно для многих появившейся темой изменения системы зон охраны памятников истории и культуры Пскова и проектом новой застройки территории у Покровской башни.

Заседание прошло в лекционном зале областной библиотеки, причем среди присутствующих впервые были и рядовые горожане, не оставшиеся, тем не менее, как показали события, рядовыми зрителями.

Андрей Турчак открыл заседание Совета благодарностью волонтерам и спасателям, о поощрении которых предложил подумать руководству музея-заповедника, и комментарием о том, что «происшествие, которое произошло - это ещё одно напоминание нам, насколько уязвимы наши памятники и наша задача в том, чтобы их сохранности не мешали не только стихийные явления природы, но и не влиял человеческий фактор».

Собственно, именно пресловутый «человеческий фактор» сформировал всю основную повестку дня заседания Общественного совета по культурному наследию.

Председатель Совета напомнил, что в аварийном режиме проходит и еще одна дискуссия: о разрушении известняковой скалы, на которой стоит Снетогорский монастырь, в связи с чем 4 апреля в Москве прошло совещание с участием представителей Министерства культуры, Росимущества и государственного комитета Псковской области по культуре.

Работы у Снетогорского монастыря были остановлены в связи с началом реализации одиозного проекта почти полукилометровой бетонной набережной, практически полностью покрывающей и уничтожающей навсегда знаменитые девонские известняковые плиты Снятной горы. Теперь, сообщил губернатор, состоится выездное заседание непосредственно по месту расположения памятника, в ходе которого предстоит заново обсудить проект укрепления берега, «чтобы сохранить ландшафтный, природный памятник, и в тоже время сохранить стены обители, которые тоже являются памятником».

В течение нескольких часов (был установлен рекорд продолжительности заседания Совета - три с половиной часа) Общественный совет включился в обсуждение двух самых конфликтных сейчас тем в сфере охраны памятников Пскова: об изменении системы зон охраны памятников истории и культуры Пскова (вместо единой зоны охраны предполагается разработать отдельные зоны охраны на 11 памятников из примерно 400) и проектом новой застройки территории бывшего психоневрологического диспансера у Покровской башни, на месте которого планировалось возведение «общественно-административного комплекса с элементами жилой застройки».

До начала дискуссии Андрей Турчак напомнил, что ситуация по застройке у Покровской башни уже изменилась: 4 апреля он встречался с руководством Псковского областного отделения ВООПИиК, и «результатом этой встречи стало то, что сегодня не состоятся публичные слушания, вопрос по моей рекомендации был отозван с публичных слушаний».

Губернатор предложил участникам заседания «вернуться к обсуждению этого проекта с одним условием, что позиция о невозможности жилищного строительства на данном конкретном участке неизменна».

Собственно, всё обсуждение проблем на Общественном совете плотно сконцентрировалось вокруг возможности либо невозможности компромиссов между требованиями охраны памятников и намерениями инвесторов, часть из которых поддерживается как региональными, так и городскими (по существу всё равно региональными) властями. Учитывая, что компромисс с законом невозможен (потому как это преступление), обсуждается, существует ли вообще и возможен ли в частности компромисс в рамках закона.

Как выясняется, рамки закона тоже могут быть поняты по-разному.

На заседании бросилась в глаза т. н. «рассадка участников»: если раньше члены Совета сами выбирали себе места «по разумению» и в результате чиновники и общественники как-то «перемешивались», то теперь рука администратора таким образом заранее расставила таблички, что чиновники и застройщики оказались по одну сторону «каре», а их оппоненты из числа специалистов и общественников – по другую, что визуально подчеркнуло противостояние. Председательствующий на совете губернатор все три с половиной часа переводил взгляды слева направо и справа налево, пытаясь найти между сторонами пусть и не золотую, но середину.

Пока что не удалось.

И не потому, что губернатор был недипломатичен, а потому, что середины во многих вопросах такого рода, как правило, не существует.

«Проблема сохранения границ исторического центра Пскова является охранительной в первую очередь для градостроительной среды города»

Председатель областного комитета по инвестициям, туризму и пространственному развитию Наталья Трунова и начальник отдела правовой экспертизы государственного комитета Псковской области по культуре Надежда Волова выступили адвокатами самой идеи проектов по разработке новых зон охраны.

Наталья Трунова заявила: речь идет о том, чтобы «привести наши документы в соответствии с федеральным законодательством», так как если прежнее законодательство допускало существование объединенных зон охраны, что и спасло от неадекватной застройки сотни памятников истории и культуры в Пскове, то теперь необходимо разрабатывать отдельную зону охраны для каждого памятника.

Но беспокойство специалистов и граждан вызвал не сам факт начала разработки новых зон охраны, а то, что для этого были отобраны всего 10 памятников федерального значения и 1 памятник регионального значения, расположенные в разных частях города, а также то, что с утверждением проектов новых зон охраны планируется отменить знаменитое решение Псковского областного Собрания депутатов от 29 июня 1995 года, создавшее в Пскове своего рода правовую крепостную стену - объединенную зону охраны исторического центра Пскова. И если эта отмена состоится, то ныне существующая правовая стена падёт со всеми вытекающими из этого драматическим последствиями: большинство памятников города останутся беззащитными перед новым строительством.

Г-жа Трунова первой на заседании Совета сделала чрезвычайно удивительное заявление о том, что «зоны охраны одиннадцати объектов покрывают всю территорию исторического центра города, в этом смысле у нас защищён весь исторический центр».

Наталья Трунова известила, что возглавляемый ею госкомитет и госкомитет по культуре ведут с победителем конкурса - ярославским фондом «Институт проектирования устойчивого развития городов» (Фонд ИПУРГ) «активную работу», чтобы «в заявленные сроки, т. е., к концу мая сделать разработку и утвердить новый нормативно-правовой акт», чем подтвердила намерение региональной администрации поставить вопрос об отмене решения областного Собрания депутатов от 1995 года.

Надежда Волова напомнила присутствующим, что «15 лет назад, когда принимался действующий сегодня проект зон охраны, споров и дискуссий было тогда не меньше, но споры велись в Министерстве культуры РСФСР и в Центральном Совете Всероссийского общества по охране памятников».

Как известно, «проект тогда не получил всех положительных рекомендаций» и был утвержден «только благодаря Юрию Анисимовичу Шматову и Борису Геннадьевичу Полозову», то есть по проекту зон охраны «было принято политическое решение».

Даже оппоненты действующего проекта признают, что политическое решение оправдало себя: именно оно спасло Псков от многих (хотя не от всех) градостроительных ошибок.

По заверению Надежды Воловой, «тот факт, что в Пскове требуется менять сложившуюся ситуацию с зонами охраны, ни у кого не вызывает сомнения», а «споры ведутся из-за метода охраны культурного наследия города Пскова».

 Надежда Волова детально развила тезис Натальи Труновой о том, что выбранные (по мнению оппонентов нового проекта, совершенно случайно и - кроме Кремля - хаотично) памятники своими новыми зонами охраны полностью покроют территорию исторического центра Пскова и «даже далее того».

Ведущий юрист госкомитета по культуре сообщила, что «границами или зонами охраны являются линии, обозначающие территорию, за пределами которой осуществление градостроительной, хозяйственной или иной деятельности не оказывает негативного воздействия на сохранность данного объекта культурного наследия в его исторической среде».

Соответственно, «для Пскова необходимо установить зоны охраны к ансамблю Псковского Кремля, потому что исторической средой является вся та застройка, которая на сегодня существует в границах исторического центра и даже далее: все объекты, которые были построены с XI до XX века на территории Окольного города, являются исторической средой к ансамблю Псковского Кремля, включая 40 объектов археологии…».

Надежда Волова сообщила, что областные чиновники «договорились с разработчиками, что они свои промежуточные проектные предложения будут нам направлять; мы будем собираться, будем их обсуждать и если они нас не устроят, мы будем вносить коррективы» и «в любом случае без положительного заключения научно-методического совета, который действует при комитете и положительного заключения общественного Совета при губернаторе данный проект не будет направлен в Министерство культуры на согласование, а без согласования Министерства культуры мы не внесём его в областное Собрание на утверждение».

Получалось, что волноваться вообще не о чем, но волнующиеся остались.

Председатель Псковского областного отделения ВООПИиК Ирина Голубева отметила, что весь массив предоставленной на Общественный совет информации «всё равно не внес ясность, почему комитет по инвестициям, туризму и пространственному развитию выполняет работы в категории строительства и архитектуры, а не в категории охраны памятников, что не входит в его полномочия».

Она согласилась, что действующий проект зон охраны «устарел и не соответствует многим нормам, его надо перерабатывать, но этот проект решал крупные градостроительные вопросы, которые новым техническим заданием не учитываются».

Соответственно, «создавать проекты зон охраны к отдельным памятникам можно очень долго, можно к 11, можно к 20 в следующем году и так далее. Но вопрос не в этом, вопрос в том, что проблема сохранения границ исторического центра Пскова как исторического поселения является охранительной в первую очередь для градостроительной среды города», документация для охраны которого разрабатывалась 30 лет, а теперь она просто не учитывается, как будто ранее вообще ничего не было сделано.

При этом существующая система зон охраны памятников истории и культуры Пскова полностью учтена в свежем генплане города, утвержденном в 2010 году, и в городских правилах землепользования и застройки.

У Ирины Голубевой вызывает опасения тот факт, что само техническое задание нового проекта зон охраны не было согласовано ни в федеральных, ни в региональных уполномоченных на охрану памятников государственных органах. Адекватность этого технического задания существующей в Пскове ситуации г-жа Голубева подвергла сомнению, так как предложенное «проектирование на уровне технического задания очень опасно, потому что это - желание заказчика, а градостроительная документация разрабатывается по своим законам».

Ирина Борисовна напомнила, что «проект 1995 года предусматривает зоны регулирования застройки на весь город Псков в трёх категориях охраны, а проект зон охраны 11 объектов такой задачи вообще не решает, но предыдущий будет отменён, и мы получим на ближайшем Завеличье, например, участки с возможным нерегулируемым строительством» и первая из участников заседания признала: «достаточно сложный вопрос для общественного обсуждения».

Обращаем внимание читателей, что упрощенная для СМИ передача содержания состоявшейся дискуссии не вполне отражает все её юридические и культурные аспекты. Из всех прошедших заседаний Общественного совета это было самым профессионально сложным по существу разговора.

Бросался в глаза очевидный дефицит общения специалистов, занимающих государственные должности, со специалистами, на государственной службе не состоящими. Судя по всему, апрельское заседание Совета оказалось первой такого рода площадкой для обмена мнениями, и у непосвященных в детали слушателей объем вопросов по ситуации мог по результатам Совета не сократиться, а только вырасти: у специалиста нет необходимости переводить свой язык с профессионального на бытовой при разговоре с профессионалом.

«Понимаете, вот здесь тропиночка, зацепка для будущего разрушения исторического места!»

Связать бытовое с профессиональным неизбежно должен пытаться председатель совета, он же губернатор. И вопросы появились у Андрея Турчака сразу, причем очевидные, а в его диалоге с Надеждой Воловой прозвучали ключевые слова всей дискуссии – «лукавство» и «регулируемая застройка».

Турчак: Почему стена Окольного города тогда не попала в задание в качестве 12-й зоны, чтобы замкнуть полностью исторический центр Пскова, почему мы ограничились этим набором? А что будет происходить с крепостными стенами?

Волова: Крепостные стены являются исторической средой Псковского Кремля. Они даже завязаны в единое кольцо, поэтому в любом случае линия границы зон охраны будет расположена за пределами стен Окольного города.

Турчак: Вы лукавите или нет? Мне кажется, зона охраны на крепостную стену распространяться не будет. Каким образом? Если они будут, то тогда это единая зона всего Окольного города.

Волова: Да, так и получается. Это будет зона регулируемой застройки. Мы будем ограничивать застройку в историческом центре города Пскова. Это будет зона регулируемой застройки.

Словосочетание «зона регулируемой застройки» вывело дискуссию на ее фактический предмет: что будет - или не будет - возможно строить в историческом центре Пскова?

Доктор исторических наук, профессор, археолог Анатолий Кирпичников пришел к выводу, что чиновники «предлагают мозаичную систему, дробную систему подхода к охранной зоне. С этим согласится сложно, может быть, даже неприемлемо» и обратился к докладчикам непосредственно: «Почему вы не упомянули, что есть важное звено, которое сплачивает вот эти все 11 зон? Есть вещи, которые вообще не упомянуты. Я не знаю, входит ли в зону охраны церковь Василия на Горке, покрывается ли она каким-то там покрывалом? Никола со Усохи покрывается ли? Стены и башни вообще у вас не вошли ни в какой список...»

Один из ведущих археологов России убежден, что «есть единая платформа, которая объединяет всё это достопримечательное место и повторяет зону охраны: это культурный слой. Это одеяло, которое покрывает весь Псков…

Поэтому уже одно это обязывает нас дать не 11 отдельных дробных объектов. Это общая охранная зона, общее достопримечательное место, этот подход к Пскову полностью соответствует Генеральному плану Пскова, зря, что ли, он был принят?»

Известный своими красочными образами, Анатолий Николаевич и в этот раз нашел запоминающиеся слова: «Потому что возникнет подспудный вопрос: а где кончается одна зона, где начинается другая... А там, между ними, - пустопорожнее место, и там можно воткнуть небоскрёб в 9 этажей, а лучше в - 25. Понимаете, вот здесь тропиночка, зацепка для будущего разрушения исторического места!».

Андрей Турчак предложил высказаться председателю государственного комитета по культуре Александру Голышеву, и тот подтвердил подход возглавляемого им комитета: «Достаточно всего лишь одного памятника, и таким памятником является Псковский Кремль. Всё, что связано с ним - это его историческая среда, это не что иное, как зона регулируемой застройки».

Становилось очевидным, что зоной регулируемой застройки в случае принятия новых стандартов охраны памятников будет практически весь исторический центр Пскова, в котором действующие до сих пор нормы охраны памятников новое строительство не допускают.

И когда Александр Иванович сказал о том, что «мы говорим об одном и том же, только с разных методологических подходов», он был совершенно прав. Но многие специалисты убеждены, что разница в методологических подходах приведет на деле к совершенно разным результатам в положении дел с охраной памятников.

Об этом прямо сказала профессор Инга Лабутина, которой именно после начавшейся на Совете дискуссии «наконец стало ясно, куда ведёт техническое задание».

Инга Константиновна назвала свои вопросы «примитивными», но это была самоирония, конечно. «Примитивные вопросы» профессора Лабутиной были точны, как всегда.

Историк и археолог Лабутина, почти как на экзамене, спросила у своей выпускницы Надежды Воловой, «сохраняется ли такое понятие, как памятники архитектуры, памятники истории, памятники археологии?», а также «известен ли какой-нибудь древнерусский город, где была опробована эта методика и каковы результаты этой практической деятельности?».

Вопросы были не в бровь, а в глаз. Надежда Волова начала отвечать на них, но Андрей Турчак внезапно прервал ее ответы и сказал: «Вот как раз у нас Андрей Владиславович, он является разработчиком нескольких таких проектов, которые были представлены, в том числе и на конкурсной комиссии. Он может прокомментировать. Андрей Владиславович, давайте, расскажите нам на примере городов, Ярославля, Ростова…».

«Вместе пойдём и ляжем, если только будет подобное уродство ещё возводиться!»

 Это был своего рода «ход Ярославлем»: на заседание Общественного совета пригласили президента Фонда «ИПУРГ» Андрея Лукашева. Похоже, что цель была двоякой: и показать обществу нежданного (ранее ярославцы в Пскове не работали) победителя конкурса на разработку 11 зон охраны, и показать г-ну Лукашеву, с кем он будет иметь дело в лице общественности.

В этом смысле цель была достигнута: стороны увидели друг друга.

Г-н Лукашев сообщил, что, несмотря на молодость (его компании 5 лет), возглавляемый им фонд уже имеет некую памятникоохранительную биографию: «Первый проекты относились к Борисоглебску и Ростову. По ним проводилась методическая разработка последующих объектов. Нами были разработаны проекты зон охраны по Нижнему Новгороду».

Директор ИПУРГа сообщил, что «именно такой методический подход, который нам преподносят сегодня наши коллеги из государственных органов, является последние два года всеобъемлющим».

Это была ключевая фраза в его выступлении, и это означало, что именно переход от зон охраны памятников с полными ограничениями строительства к зонам регулирования застройки намечен как генеральное направление проектирования новых зон охраны памятников в Пскове.

Андрей Лукашев полностью разделяет подход, что из отдельных зон охраны складывается единая зона всего исторического центра, причем и здесь ключевым оказалось словосочетание «регулируемая застройка»: «В Нижнем Новгороде были разработаны зоны охраны по 28 памятникам и в результате мы получили объединённую охранную зону исторического центра Нижнего Новгорода. То же самое проходило в Ярославле, когда, работая по отдельным памятникам, мы получаем некую территорию, которая закрывается у нас регламентом зоны регулируемой застройки».

Сам по себе процесс допускаемой в исторический центр Пскова регулируемой застройки у проектировщика опасений не вызывает.

Андрей Турчак провел с Андреем Лукашевым своего рода блиц, излагая вопросы оппонентов нового методического подхода к охране памятников в Пскове от своего имени. Очевидно, именно таким образом губернатор хотел узнать правду:

Турчак: По Вашей профессиональной оценке, этих 11 зон хватит для полного покрытия исторического центра? Или мы что-то упустили?

Лукашев: Мы действительно попробуем обосновать покрытие по всей территории в границах предыдущей разработки. Хотя никто не мешает впоследствии, в рамках единой зоны регулирования застройки, выделить охранные зоны отдельно к памятникам. Наверное, можно будет менять и прописывать регламенты зоны регулирования застройки вокруг этих памятников. Но в современных условиях инвестор ищет лазейки и [культурно-историческая] среда страдает всегда, и поэтому те исторические города, в которых есть проект зон охраны, сегодня страдают.

Турчак: Щелей не получится в этих зонах, чтобы там появилась многоэтажка?

Лукашев: Мы только в начале нашей работы. Я боюсь сегодня забегать вперёд. Я думаю, что если это будет выявляться, то мы об этом честно скажем.

Турчак: Мы перед Вами ставим именно такую задачу.

Заместитель председателя областного отделения ВООПИиК Лев Шлосберг обратил внимание, что позиции сторон на самом деле отличаются принципиально, и Совет выявил именно эти отличия: «Когда существующая сейчас объединенная зона охраны памятников, где строительство запрещено, будет заменена на зоны регулирования застройки, а это очевидно из всех обсуждаемых документов, то это будет зона возможной застройки. Это очень опасный термин. Сейчас зоны регулирования застройки покрывают всю территорию Пскова за пределами объединенной зоны охраны, то есть они начинаются за пределами стен Окольного города и за пределами ближнего Завеличья от улицы Максима Горького. После принятия новых проектов зон охраны эти зоны регулирования застройки будут начинаться фактически от стен Псковского Кремля. Это – совершенно очевидная угроза новой застройки всего исторического центра Пскова. С таким подходом мы не согласны, именно этот подход вызывает у нас тревогу за судьбу памятников истории и культуры Пскова».

Вслед за Ириной Голубевой и Анатолием Кирпичниковым Лев Шлосберг напомнил, что действующий генплан Пскова, утвержденный в 2010 году, включает в себя и учитывает при строительном регулировании именно действующую объединенную зону охраны памятников Пскова. «Кто защищает сейчас действующий генплан Пскова?», - задал почти риторический вопрос г-н Шлосберг.

Андрей Турчак принял вопрос на свой счет и ответил: «Мы здесь с Вами, все присутствующие, стоим на защите Псковского генерального плана. Лев Маркович, если Вы выступаете с какой-то позицией, то нужно это делать аргументировано и не обвинять людей в том, что не подтверждено».

Таким образом, информацию о возможной ревизии генерального плана Пскова присутствующие могут считать официально неподтвержденной губернатором.

Наталья Трунова предприняла еще одну попытку защитить новые принципы подхода к разработке зон охраны памятников в Пскове: «Зоны регулирования застройки как форма охраны памятников предполагают очень жёсткие правила ведения градостроительной деятельности, так как ограничение строительной деятельности необходимо для сохранности объектов культурного наследия, в том числе касающихся размеров, пропорций, параметров объектов капитального строительства. Мы можем установить с вами такие требования, которые могут изначально исключать хозяйственную деятельность».

Отметим, что такое действительно возможно.

Но тогда называется это не «зона регулирования застройки», а просто «охранная зона памятника».

Ситуация в Пскове развивается таким образом, что с течением времени всё больше и больше людей начнут в этих тонкостях разбираться.

А несколько лет назад, во время приснопамятного не только Пскову скандала со строительством высотного здания на площади Героев-десантников у Покровской башни, именно этот фатальный зазор между терминами, юридическими понятиями: «охранная зона» и «зона регулирования застройки» вылился не только в сам факт возможности капитального строительства в 180 м от башни нового здания, но в грубое административное и пропитанное большими деньгами давление на нормы закона, завершившееся возведением 35-метрового (10-этажного) здания на территории, где существовало строгое ограничение застройки 17 метрами (5 этажами), но само по себе «регулируемое строительство» было разрешено. Вот оно и «отрегулировалось».

Именно это громкое и визуально видимое всем поражение защитников памятников истории и культуры в Пскове решил напомнить присутствующим Андрей Турчак, проведший третий блиц в течение одного Совета, на этот раз со Львом Шлосбергом.

Турчак: Коллеги, я хочу все-таки напомнить про это уродство, которое стоит на площади Десантников. Вспомните, а где вы были тогда, в 2008 году, когда это всё происходило?

(Реставратор Наталья Ткачева, не включая микрофон, сказала: «На баррикадах!..», но губернатор не услышал).

Шлосберг (продолжая Ткачеву): …Мы только что не ложились под бульдозер!

Турчак: А надо было собраться всем и лечь!

Шлосберг: В этот раз ляжем!

Турчак: Вместе пойдём и ляжем вместе с Вами, Лев Маркович, если только будет подобное уродство ещё возводиться!

Но перспектива участия губернатора в публичных акциях протеста против незаконных строек в Пскове может стать не просто региональной, но федеральной новацией в деле охраны памятников. До Андрея Турчака такое заявление не делал ни один российский глава региона.

«Я всегда верила, по наивности, что и то, что делает ведомство, и то, что предусматривает закон - это одно и то же. Оказывается, нет!»

Ответственный секретарь Общественного совета, руководитель Археологического центра Псковской области Елена Яковлева внесла свою лепту в дискуссию, сказав, что у нее лично «нет сомнений в том, что и Надежда Ивановна, и Наталья Александровна абсолютно откровенны и искренни в том, что они искали возможность выйти из ситуации, которую создал современный ФЗ № 73. Но придумывая законный выход из ситуации, как нам старый документ привести в соответствие с новым законом, мы могли найти разные варианты».

«Всё так, да всё не так!» - на удивление кратко для склонных к деталям и подробностям членов Совета и просто афористично изрекла г-жа Яковлева и сформулировала свою позицию: «Мы утрачиваем целостность, которую раньше видели в том, что у нас существовала охранная зона исторического центра. Исторически она окружена стенами Окольного города. Нам придумывать даже ничего не нужно. Завеличье – отдельный вопрос, там сложнее. Я думаю, что надо искать методическое решение. Конкурс прошёл, но проектирование только началось. Не зря сами проектировщики говорят: а мы не знаем, что получится в результате. Мы придём, уверяю вас, к единой охранной зоне. Даже когда они все сольются между собой, это будут охранные зоны не 11 объектов культурного наследия, это должна стать охранная зона исторического ансамбля города Пскова. Мы должны выверить, определить и придать статус достопримечательного места историческому центру Пскова».

Г-жа Яковлева с похвальной точностью отреагировала на юридическую реплику своей однокурсницы по историческому факультету Псковского пединститута г-жи Воловой, что «если это будет проект зон охраны отдельных объектов, то его режимы будет регулировать закон, а если это будет достопримечательное место, то это будет ведомство». Очевидно, решившая войти в историю псковской культуры целым букетом классических формулировок Елена Александровна сказала: «Но я всегда верила, по наивности, что и то, что делает ведомство, и то, что предусматривает закон – это одно и то же. Оказывается, нет!».

Андрей Турчак посмотрел на Елену Яковлеву с нескрываемым уважением.

Как сказала, а!

Члены Совета, включая председателя, на глазах становились знатоками системы разработки зон охраны памятников и, не скрывая, делились этим знанием друг с другом.

«Юридически это будет всё равно набор отдельно взятых зон охраны. Мы готовы к тому, что это может быть не 11 объектов», - сказал Андрей Турчак и перешел к планированию: «Я хотел бы увидеть, хотя бы схематично, каким образом эти зоны перекрывают существующие ныне памятники, по которым на данном этапе не планируется разрабатывать зоны охраны. Не схематично, а фактически посмотреть. Когда это можно будет увидеть?»

Наталья Трунова сообщила, что «по графику это первая декада мая».

Не отходя от дискуссии, г-н Турчак тут же решил, что «после майских праздников мы проводим заседание Совета и смотрим, что получается. Мало будет 11 памятников, значит, будем добавлять. Никаких непокрытых лакун быть не должно».

Андрей Лукашев оказался очень чутким слушателем и немедленно отреагировал на фактически уточненную постановку задачи: «Когда я говорил, что мы работали по определённой методике, то это не значит, что мы не использовали другие методики. 11 мая мы можем подготовить предложения по разного рода методикам. Если мы придём к каким-то иным выводам, которые нам не позволят использовать выбранную методику, мы об этом сообщим».

Надежда Волова еще раз призвала всех услышать ее аргументацию: «Закон говорит, что границы - это линии, за пределами которых на памятник уже не оказывается [внешнего] влияния, а эти границы устанавливаются для объекта культурного наследия в его исторической среде. К Псковскому Кремлю исторической средой являются все объекты, расположенные на территории Пскова, в том числе исторического центра. Всё, что окажется в центре, будет с точки зрения памятника закреплено границами территорий объектов культурного наследия, в которых запрещено строительство. Если докажут, что сохранился исторический ландшафт, то будет установлена линия охранной зоны. Если это не будет доказано, что есть исторический ландшафт, оставшийся неизменным с XI века, тогда это будет линия регулирования застройки».

При словосочетании «регулирование застройки» добрая треть членов совета если не вздрагивала, то сильно напрягалась.

Инга Лабутина попыталась подвести некую промежуточную черту под обсуждением, обращаясь одновременно к губернатору и к Надежде Воловой: «Нам надо будет ещё послушать эту тему. Может быть, она вами и прочувствована, но пока донести ее до аудитории получается не совсем. Здесь должны быть профессионалы: градостроители.

Сам формат нашей встречи не предполагает какой-то особенной детализации, но вы бы хоть на одной зоне показали, как распространяется это влияние памятника. Мне как историку сейчас это представляется очень механистичным, совершенно вырванным из динамики города.

Мы знаем, что в 1970-80-х годах нас выручал от гибели города существующий проект охранных зон и то понимание памятников, которое в нём есть. В градостроительном совете работали преимущественно архитекторы, был городской архитектор. При техническом задании на проектирование требовалась не только виза комитета по культуре как защитника культурного наследия, но требовалось обязательное согласование в отделе городского архитектора. И техническое задание там делали в союзе с комитетом по культуре, поэтому не было каких-то случайных, неожиданных решений. И не возникало таких конфликтов.

Этот путь мы испытали на себе как продуктивный, и поэтому всё новое должно быть очень детально нам разъяснено. То, что Кремль - градостроительная доминанта Пскова, ни один архитектор не будет возражать, но сказать, чтобы он целиком определял охранную зону, - это слишком».

Андрей Турчак с видимым облегчением заключил невиданную ране для Совета двухчасовую дискуссию: «Мы договорились, что если этих 11 памятников будет не хватать и появятся пустоты, то будем добавлять. Мне кажется, что обсуждение этого вопроса было достаточно продуктивно. Я предлагаю на следующее заседание Общественного совета пригласить Градостроительный совет. Многие [участники], конечно, будут пересекаться. И на следующем Совете мы поставим этот вопрос на голосование».

Заметим: если голосование состоится, то это будет первый случай, когда на Общественном совете по культурному наследию вопрос решится не консенсусом, а большинством.

Но ожидаемый переход к следующему вопросу повестки дня состоялся не сразу. С мест для горожан поднялась худощавая средних лет дама с заметной сединой в волосах и спросила: «Можно мне сказать два слова, высказать своё мнение?»

На заседании Совета появился и внезапно решил высказаться непредусмотренный гражданин.

«Дело в том, что вот то, что предлагается, все эти зоны регулирования, это - убийство города Пскова»

Некоторые из присутствующих даму узнали - она была одной из добровольных помощниц в Спасо-Преображенском соборе Мирожского монастыря буквально днями назад, во время паводка и подтопления храма. О даме известно, что зовут ее Инга Алексеевна. Больше ничего.

Инга Алексеевна за несколько минут затмила собой все два часа дискуссии на Общественном совете.

Потому что члены Совета знают, что такое правила поведения на Совете. И как-то стараются удержаться в этих рамках.

А Инга Алексеевна, если и догадывалась про эти правила, то удержаться в рамках этих правил не хотела. Она просто о них не думала.

И нечаянно стала первым лицом всего заседания.

«Псковская губерния» приводит этот фрагмент заседания Совета практически полностью, с небольшими сокращениями и минимальной стилистической правкой.

Инга Алексеевна: Я хотела сказать, что у меня ощущение дежавю. В 2008 году, на слушаниях по проблеме дома на площади Десантников, который здесь уже упоминался, говорилось то же самое: что законодательство надо только подкорректировать и привести в соответствие, что одни нормы противоречат другим. В результате мы получили этот самый дом...

Несмотря на все успокаивающие заверения о том, что и сейчас ничего страшного не происходит, что надо только согласовать одни законодательные нормы с другими… Дело в том, что и сейчас нормативы такие жесткие, что не позволяют строить ничего нового, дополнительного, что всё должно соответствовать по цвету, по этажности, по форме, что ничто не нарушит красоту и прелесть нашего славного древнего города...

Я прошлась по набережной Великой сегодня и пришла в ужас... Дом на площади Десантников, который, кстати, тоже построен вопреки закону, и прокуратура это подтвердила, стоит. Покровская башня на его фоне, особенно в связи с отсутствием зелени, которая летом хоть как-то это скрывает... это просто ужасно.

Но с левой стороны эту башню окружают новодельные - у меня нет слов, как это назвать - стены а ля рюс XIX век. И эти дома уничтожают Покровскую башню напрочь!

Идём дальше. Старинный дом, XIX век - начало образования в городе Пскове, здание первой школы. Что мы видим? К ней пристроено какое-то омерзительное здание, вопреки логике, вопреки смыслу. Как это возникло, на основании чего это возникло? Сам дом рушится, превращается в руины. А кафе - хорошо. Всё, мы лишаемся памятника.

Идём дальше. «Золотая набережная». Как она возникла? У нас же такие жесткие нормативы, они же ничего не разрешают. Ни цвета, ни формы.

Идём дальше по улице Некрасова. Дом, который по нормативу, даже по проекту полагалось построить трёхэтажным, у нас – на шесть этажей. Какие мелочи, этаж туда, этаж сюда.

А что с городом? Где они, эти ваши зоны охраны?

Мы же участвуем в проектах ЮНЕСКО? Есть такая замечательная передача - «Мировые сокровища культуры под эгидой ЮНЕСКО»...

Европа: Дубровник, Сплит, Каркассон, Бирка Старая, Любек. Посетите эти города и посмотрите, как там существуют эти вот кусочные зоны. Нет их там! Там центр города, а зачастую - полгорода - охранная зона. Там никакого строительства нет. Там булыжная мостовая, выложенная в XVI веке. И если там происходит ремонт, они аккуратненько вынимают эти камешки, нумеруют, потом всё выравнивают и обратно эти булыжнички вставляют - так, как это происходило триста лет назад…

Турчак: Извините, пожалуйста. Я могу Вас перебить?

Инга Алексеевна: Пожалуйста.

Турчак: Я извиняюсь, что я Вас перебиваю, но мне кажется, что тема Покровского комплекса не заслуживает...

Инга Алексеевна: Я не про Покровский комплекс!!!

Турчак: Вы меня не слушаете... Она не заслуживает того, чтобы мы этот вопрос слушали по остаточному принципу.

Инга Алексеевна: Я не говорю про Покровский комплекс! Я говорю про город Псков!

Турчак: Поэтому предлагаю перейти к следующему вопросу по Покровскому комплексу, а Ваше сообщение принять к сведению. Мы обязательно включим Ваше выступление в протокол Совета и приглашаем Вас на следующее заседание, чтобы Вы посмотрели визуализацию того, что делают разработчики. Вы не будете против?

Инга Алексеевна: Нет. Дело в том, что вот то, что предлагается, все эти зоны регулирования, это - убийство города Пскова. И у меня вопрос, который был задан много-много лет назад: «Суббота для человека или человек для субботы?». Турист для Пскова или Псков для туриста? Вот эта позиция, это - Псков для туриста. То есть мы соглашаемся с ролью туземцев, дикарей, которым повезло - у них богатое прошлое. Как в Египте, как в Латинской Америке, как в Мексике, где среди массы бедного, нищего, убогого населения...

Турчак: Простите, простите меня, пожалуйста. Мы обязательно занесём Ваше выступление в протокол. И на следующее заседание мы Вас приглашаем. Мы вынуждены перейти к следующему вопросу повестки дня, извините нас, пожалуйста. Перенесите микрофон. Спасибо за обсуждение, за то, что мы смогли услышать позицию жителей города Пскова, мы эту позицию разделяем, считаем, что и дом на площади Десантников это...

Инга Алексеевна: Я не говорила про дом на площади Десантников! Я говорила про Псков!

Турчак: Простите, пожалуйста, Вы с него просто начали. И про него Вы сказали, и про а ля рус.

Инга Алексеевна: Я говорила про закон и говорила про позицию ЮНЕСКО! Если Вы считаете, что когда город изуродован и Бог весть на какой позиции, и туристы приедут, то Вы жестоко ошибаетесь в этом! Никакой турист не поедет! Мне интересно было бы почитать расчёты, сколько туристов, как ожидается, приедет в Псков. Я слышала, что на этой набережной ожидается миллион туристов. Откуда миллион туристов?

Турчак: Присаживайтесь.

Инга Алексеевна: Какой турист поедет смотреть на вот это безобразие?

Турчак: Это точно. Для этого…

Инга Алексеевна: Турист ценит подлинность и историчность. Смотреть на гостиницы, выложенные плиткой, на современные мостовые он не поедет. Он никогда не поедет в Псков! И я никогда не слышала, что...

Турчак: Там есть съёмочная группа НТВ. Они за дверями стоят. Вы можете дать им комментарии, чтобы это попало сегодня в федеральные новости. Проводите, пожалуйста.

Инга Алексеевна: К сожалению, федеральные новости не помогают. (Уходит).

Турчак: Интересно, под каким ником гражданка в интернете... Узнаёте, Лев Маркович?

Это был, конечно, момент моментов.

Губернатор публично поинтересовался, под каким псевдонимом частное лицо присутствует в интернете (очевидно, речь шла о псковских форумах).

Шлосберг: Андрей Анатольевич, извините, если бы Вы не спросили, я бы не сказал. Я думаю, что гражданки, скорее всего, нет в интернете. Её невозможно перепутать с другим человеком. Она три дня просидела в Спасо-Преображенском соборе, вычерпывая воду. Думаю, что она не сидит в интернете, но в Спасо-Преображенском соборе просидела три дня.

Иногда глас народа бывает очень неудобным, очень принципиальным, непричёсанным и не адаптированным к государственным функциям. Но то, что она говорит, это и обсуждается народом.

Турчак: Вы знаете, как я отношусь к голосу народа и всегда за объективное обсуждение, без надрыва, без...

Шлосберг: Знаете, когда так болит, то люди так говорят. Иногда это бывает трудно слушать.

Турчак: Мне кажется, что у Вас болит не меньше.

Шлосберг: Не меньше. Но она высказывает свою боль таким образом.

Как минимум один рядовой гражданин, действительно заслуживающий губернаторской благодарности за добровольческие усилия по спасению фресок Спасо-Преображенского собора Мирожского монастыря, теперь губернатору известен лично.

И если эта благодарность не превратится в наказание невиновных и награждение непричастных, то Инга Алексеевна ее непременно получит. Например, на следующем заседании Общественного совета по культурному наследию.

Константин Минаев, «Псковская губерния», № 15 (537) 20-26 апреля 2011 г.

 

 
опрос
Как может быть решена проблема с мусором в Псковской области?
В опросе приняло участие 472 человека
Лента новостей
Последние новости