Тарифные вилы
Несколько зимних коммунальных аварий в Псковской области вернули в актуальную повестку вопрос о величине тарифов на услуги ЖКХ. Население платит, надрывая жилы, со скрипом принимая ежегодную индексацию. Но цифры в платежках далеки от экономически обоснованных. Разницу покрывает бюджет, но верхнюю планку устанавливает само государство, и она ниже нужд коммунальщиков на развитие отрасли. Получается, что небогатое население платит на пределе возможностей, но аварии из-за недостаточного финансирования — неизбежная данность. А тут еще и энергетики собрались отменить понижающие коэффициенты для села и домов без газа. В нюансах тарифной политики разбиралась обозреватель Псковской Ленты Новостей Юлия Магера.
Добро пожаловать в траншею
Ежегодно по всей стране повышаются тарифы на услуги ЖКХ. В этом году — даже дважды. Сначала в январе, на 1,7% для всей страны, эту корректировку связывают с подъемом НДС. Псковская Лента Новостей подробно разбирала новые цифры в инфографике. Следующее повышение грядет в октябре, тут уже коэффициент будет индивидуальным для каждого субъекта, в Псковской области он установлен на уровне 9,4%.
Рост цифр в платежках — не сюрприз, а ожидаемое событие. И все-таки каждый раз процесс оказывается чувствительным для большой части населения (неспроста в этом году с июля индексацию перенесли на время сразу после парламентских выборов). Несмотря на это, власти не раз говорили, что установленные для населения тарифы не являются экономически обоснованными, то есть такими, которые позволили бы коммунальным предприятиям не просто держаться на плаву без бюджетных вливаний, но и развиваться. Сейчас тарифы балансируют на грани между подъемностью для населения и жизнеспособностью поставщиков ресурсов. На прошлой неделе об этом говорил губернатор Михаил Ведерников на совещании с «разбором полетов» в поселках Заплюсье и Смуравьево-2, где в январские морозы котельные перестали работать в штатном режиме. Среди причин он назвал хронические долги муниципалитетов перед поставщиками топлива, что приводит к снижению его качества (надо думать, что поставщик не очень дорожит отношениями с заказчиком, который не спешит платить по счетам). Деньги же на нужды котельных идут, в том числе, с платежей населения.
Какая разница между экономически обоснованным тарифом и платой населения, Псковской Ленте Новостей объяснили на «Горводоканале» областной столицы. Сегодня в Пскове один куб воды стоит 98,69 рубля (за поставку — 57 рублей, за канализование – 41,69 рубля). Но населению этот куб обходится в 72,06 рубля (вода – 40,20 рубля, стоки – 31,86 рубля). Разница составляет 27%.
«Тарифы для населения удерживаются ниже экономически обоснованных в соответствии с социальной политикой государства, направленной на предотвращение резкого роста расходов граждан и обеспечение доступности коммунальных услуг, - отмечают на предприятии. - Разница между льготным и экономически обоснованным тарифом возмещается ресурсоснабжающим организациям из областного бюджета».
Однако экономически обоснованный тариф, разницу до которого покрывает бюджет, учитывает не все потребности предприятий. Вопрос об этой тарифной вилке между необходимым и достаточным, которая превращается в вилы, дырявящие и душащие предприятия ЖКХ, не раз поднимали причастные к процессам. Уровень тарифов влияет, в том числе, на зарплаты работников. От качества кадров и, в принципе, от их наличия, зависит бесперебойная работа ресурсников. Получается замкнутый круг: зарплаты поднять не с чего — тарифы невелики, но и тарифы поднять выше определенной линии невозможно — уровень зарплат таков, что оплачивать квитанции станет не с чего. Но и бюджет не спешит перекрывать потребности. В какой «тяни-толкай» это превращается на практике, говорил директор «Псковских тепловых сетей» Игорь Максимов в программе «Кузница» на «ПЛН FM» (102.6 FM).
«Мы на протяжении нескольких лет ведем тяжелые дискуссии с министерством тарифов и энергетики, которое устанавливает цену на нашу продукцию, - рассказал коммунальщик в радиоэфире. - Наша продукция — тепло. Стоимость ее — счетная, то есть четко понятно, чего стоят составляющие, такие как вода или электричество. Но надо в тариф закладывать еще хотя бы минимум, необходимый для ремонтной программы любого предприятия. И зарплату — на том уровне, о каком нам говорят «партия и правительство». А в министерстве отвечают, что это много, будет большой тариф. Вот вам чуть-чуть туда и чуть-чуть сюда. В итоге, не хватает на ремонт и на то, чтобы нормально содержать оперативный персонал. Получаем, что с ключом и лопатой некому полезть в траншею».
Полный расчет
Такая же ситуация не только в сфере ЖКХ, но и, например, в транспортной отрасли. С наступлением нового года проезд в автобусах по Пскову подорожал на два рубля — до 46 рублей за одну поездку. Цена билета подросла и в других муниципалитетах, а с 1 февраля изменение тарифа коснулось междугородних перевозок внутри региона. Для пассажиров — чувствительно. Для работающих по всей области госпредприятий (формально акционированных, но остающихся в собственности областных властей) — все еще недостаточно.
«Для безубыточной работы, чтобы не требовалось привлечение дополнительных субсидий, это 58 рублей, исходя из методики расчёта», - назвал рыночную цену за билет Станислав Стармолотов, региональный министр транспорта, приходивший на эфир радиостанции «ПЛН FM».
То есть областной бюджет в силу своих достаточно скромных возможностей сдерживает тарифы для населения от вылета в стратосферу. Именно таким, запредельным, покажется населению уровень цен дойди они просто до значения экономически обоснованных. Платить будет просто нечем, Псковская область и так на 78-м месте в стране по уровню зарплат. Но и возможности бюджета, покрывающего разницу, не безграничны.
Игра в диапазоны
Правда, из-за того, что экономика в регионе находится на недостаточно высоком уровне развития, случаются казусы другого рода — населению приходится платить больше именно из-за своих пустых карманов. Так, на январской сессии Псковского областного Собрания депутатов стало известно, что вскоре в регионе будут отменены понижающие коэффициенты на оплату электроэнергии для жителей сельской местности и для негазифицированных домов. Больнее всего мера ударит по жителям глубинки и молодым семьям с ипотекой на новостройки, до которых газ не дотянули. Информацию обнародовала региональный министр по тарифам и энергетике Елена Пилипенко.
«Новая методика расчета разрабатывается Федеральной антимонопольной службой. Будет постепенно происходить отмена понижающих коэффициентов для сельской местности и для домов с электроплитами. Есть политика, что за электричество нужно платить столько, сколько оно стоит. Для жителей это приведет к заметному росту платежей», - констатировала министр.
То есть областные чиновники увеличивают цифры не по своему почину, а по требованию федерального центра. Сейчас в Псковской области разница в базовом тарифе между городом и деревней составляет почти треть, 6,88 рубля против 4,82 рубля за киловатт. Это первый диапазон потребления и одноставочный тариф. Вообще тарифы на электроэнергию — штука сложная. Попытка потребителя понять, как платит конкретно его домохозяйство, напоминает не то детскую электронную игру в волка, пытающегося поймать в корзину яйца, не то взрослую «игру» в наперстки: диапазоны, разбивка день-ночь или на пиковые и полупиковые зоны, есть ли в доме газ — на конечные цифры в квитанции влияет большое число переменных. Все это будет приведено к единому знаменателю, но не в пользу потребителя.
На вопросы депутатов, как так получается, что уже сейчас жители Псковской области платят по тарифу выше, чем в соседних Новгородской, Ленинградской и Смоленской областях, Елена Пилипенко ответила:
«Не нужно сравнивать с соседями. У нас разная начинка регулирования. Тот же Новгород: есть крупные потребители, у нас такие отсутствуют. Подход, конечно, отличается. Цифры не могут быть одинаковыми».
Действительно, у всех вокруг тариф ниже, чем уже упомянутые в 6,88/4,82 рубля за кВт/ч (город/село) в Псковской области. Новгородцы платят 6,76/4,74 рубля за кВт/ч, смоляне — 6,05/4,24 рубля за кВт/ч, жители Ленобласти — 6,70/4,98 рубля за кВт/ч (только сельские жители Ленобласти платят капельку больше псковской глубинки). Разница между регионами неогромная, но она есть, и в пересчете на год набегают совсем нелишние тысячи рублей.
Понимать это следует так: в более экономически развитом регионе энергетики покрывают свои расходы за счет больших предприятий. А если таковых нет, то общее бремя размазывается тонким слоем по населению.
Что имеем в итоге. У населения отсутствует возможность честно оплачивать экономически обоснованные тарифы. На это просто нет денег, так что если задрать планку до предела, наступит кризис неплатежей. Поэтому бюджет доплачивает предприятиям ЖКХ, но экономически обоснованный тариф устанавливает само государство, как раз имея в виду свои субсидии, так что не разгуляешься. Самые изворотливые сохраняют устойчивость под грамотным управлением, а у «малышей» запас прочности на исходе. Это ярко продемонстрировала нынешняя зима, когда самые обыкновенные морозы стали непосильным испытанием для котельных в нескольких небольших населенных пунктах. В каждом случае сложился уникальный набор негативных обстоятельств, но, по большому счету, знаменатель один — хроническое недофинансирование. Первыми сантименты отринули энергетики, и мы в режиме реального времени сможем наблюдать, приведет ли повышение тарифов к качественному изменению ситуации на вечно порванных сетях. В этом есть обоснованные сомнения. Решение, как видится небогатым жителям региона со скромными финансовыми возможностями, лежит в другой плоскости. Всю систему надо пересобирать до последнего винтика. У нас как раз в экономике ситуация, при которой все чаще звучит слово «стагнация». Сто лет назад в Америке излечить коллективную депрессию помогло массовое дорожное строительство, профинансированное государством, бонусом стране осталась великолепная шоссейная сеть. Что-то вроде этого не помешало бы сегодня российской отрасли ЖКХ. Конечно, подобные решения принимаются не на региональном уровне. И нам остается только ждать, пока их необходимость не станет очевидной на верхних ярусах общей коммунальной квартиры.
Юлия Магера