Непосильная тяжесть кошелька
«Ни в коем случае!» Только такой и может быть реакция здравомыслящего человека на прозвучавшее в начале года предложение принудительно индексировать зарплату всем трудящимся страны. В этом уверена обозреватель Псковской Ленты Новостей Юлия Магера. Она считает, что под видом пополнения карманов в них залезут с далеко идущими негативными последствиями, затрагивающими чувствительные сферы вплоть до демографии. В своей авторской колонке она на пальцах объясняет, к чему приведет желание авторов инициативы быть добренькими за чужой счет.
Не думала, что когда-нибудь такое напишу, но уверенно заявляю: я против индексации зарплат.
Давайте на пальцах.
Во-первых, что конкретно предложено. Начало истории было положено еще в ноябре. Тогда из стен Госдумы вышло предложение закрепить в законодательстве обязанность работодателей – всех вообще по стране, вне зависимости от формы собственности предприятия – раз в год индексировать зарплаты на величину не ниже прошлогодней инфляции. Вообще-то в Трудовом кодексе и без того есть положение о регулярном повышении жалования. Теперь депутаты туда заглянули и увидели загогулину: не прописана периодичность. Ее-то и решили спрямить. Обозначить, что «регулярно» означает «ежегодно». Информация об этом завирусилась, как только россияне вышли с новогодних каникул. Произошло мнимое подслащивание пилюли, горькой от возвращения на любимую батрачку. Дескать, крепитесь, люди, скоро денежка капнет.
Элементарная логика подсказывает, что индексация произойдет летом. Уже в сентябре нас ждут выборы в Госдуму, а значит, в июле-августе избиратель должен ощутить дополнительную тяжесть в кошельке. На первых порах государство не потратит на всю затею ни копейки. Бюджетникам-то и так индексируют каждый год (не забывая и тут извернуться ужом, повышая только оклад, а не всю зарплату). За массовую предвыборную радость заплатят частники.
Теперь что у нас в-остальных. Радоваться нечему. Состояние дел в экономике таково, что в актуальной новостной повестке появились слова «рецессия», «шестидневная рабочая неделя», «цены на хлеб». А «инфляцией» в России давно никого не удивишь, это фон по умолчанию. Про рецессию, то есть спад промышленного производства, который обычно тянет за собой цепную реакцию во всей экономике, заговорили в начале года в той же самой Госдуме. Мол, это последствия сложного 2025 года, крепитесь, люди, готовьтесь к тяжелым временам. Может, даже и шестидневку придется поработать, чтобы взять числом.
Да еще и 1 января случилось «совершенствование налогового законодательства». Из патентной системы исключили несколько массовых видов деятельности (включая розничную торговлю), для оставшихся сделали отсечку в 10 млн рублей дохода в год. Остальным – добро пожаловать в кассу для оплаты НДС, а его подняли.
На прошлогоднюю «Прямую линию» к президенту прорвалась пекарня «Машенька» из Подмосковья. Ее владелец рассказал главе государства, что, наверно, закроется из-за повышение налогов. Несмотря на внимание первого лица и даже его просьбу отправить в Кремль корзинку с выпечкой, с началом действия новой системы в положении «Машеньки» мало чего изменилось. И вот на днях аж пресс-секретарь президента Дмитрий Песков комментировал судьбу пекарни в том духе, что ее руководство находится в контакте с властями Подмосковья, а те готовы оказывать всяческое содействие. Хорошо, конкретной «Машеньке» помогут, сомневаться не приходится. Остальным-то как быть?
В Пскове, например, прямо с 1 января закрылась старейшая пиццерия города «Моя Италия», оставив только доставку из кухни в глубоко законспирированном подполье. Новые налоги стали соломинкой, переломившей хребет верблюда.
От тех, кто пока работает, все чаще можно услышать подзабытые вопросы: нет ли возможности расплатиться наличкой? А если скидку дадим? Задают их во вполне респектабельных организациях. Потому что цель у каждого сейчас – выжить. Значит, по максимуму сэкономить, где можно. Например, на эквайринге – комиссии банку за пикание карточкой по терминалу. И на налогах, не заводя полученные суммы в систему.
Теперь котел со всей этой кашей собираются прихлопнуть новой нагрузкой – обязательной индексацией зарплат.
Вообще-то на «мелких лавочниках» держится очень многое, от бытового комфорта до наполнения бюджета (не зря же именно их решили пощипать увеличенными налогами). Интересно, новые финансовые обязательства добавят предпринимателям желания продолжать работу? И что после волны закрытия скажут работники, сегодня радостно встречающие новости об индексации?
Крохи от индексации в кармане каждого могут стать непосильной ношей для всех.
И нет, уволенные не требуются на каждом столбе. Это только в новостях на федеральных каналах у нас в стране жуткий дефицит кадров и непомерно высокие зарплаты, которые работодатели бесконечно повышают в борьбе за сотрудников. А теперь вернемся-ка на святую псковскую землю. Здесь у нас, как только предпринимателям станет совсем нечем дышать, начнутся массовые пусть не увольнения, но «увольнения» точно. Вырастет теневая занятость.
Никакой Америки я тут не открываю. Мои читатели и сами либо вынуждены работать в серую, либо точно, гарантированно, стопроцентно знают тех, кто так работает. Подобный способ трудоустройства массового характера не носит, но и единичными случаи не назовешь. Они есть, точно так же как трудоустройство, замаскированное под сотрудничество с самозанятым или по договору ГПХ. Потому что в Трудовом кодексе много красивого написано, а есть еще реальная жизнь. Намедни об этом узнали даже в Госдуме.
Совсем без оформления сейчас не принято. Берут на минималку. Остальное – в конверте. Можно и в белую, выбирай сам. Работодатель дает простой выбор: 40 белыми или 80 серыми. Со столичной точки зрения – смешная сумма, но в Псковской области, если нашел работу, где платят больше полтинника – держись зубами, за забором реально очередь стоит.
Даже нынешний масштаб явления – большая проблема. Для государства, недополучающего свои налоги. Для медицины, которая существует на отчисления с официальных зарплат, а лечиться приходят все. Для работников, которые чихнуть лишний раз не могут, потому что на больничном будешь сидеть по минималке. И, в целом, не склонны качать права – их нет потому что.
Я молчу про влияние серой зарплаты на будущую пенсию, чем некоторое время назад пугали в социальной рекламе. После всех трансформаций пенсионной системы мое поколение на пенсию, конечно, надеется, но мало в нее верит. Работать нам, очевидно, до гробовой доски, многие с ней встретятся еще до наступления повышенного пенсионного возраста, так что нет особого смысла задумываться о несбыточном. Сейчас бы ноги не протянуть, купить еды да коммуналку оплатить.
Старухой можешь ты не быть – дитя обязана родить. Про влияние серой зарплаты на будущую как бы пенсию говорить смешно, а вот на демографию прямо сейчас – очень грустно. Потому что в декрете будущая мать на серой зарплате будет сидеть тоже с минималки. Одного родить для выполнения биологической программы стремится почти каждая женщина. Но государство-то просит рожать второго, третьего и далее, «пока рожалка работает», по неуместному, но честному высказыванию депутата Госдумы Александра Ильтякова. Однако женщины, провлачив нищенское существование с первым, вопрос второго закрывают для себя навсегда.
Так что вводя новую обязанность для работодателей и получая тактический выигрыш в виде предвыборной радости электората, авторы инициативы получат стратегический провал во множестве сфер с мультипликативным эффектом. Посыплется многое, порой в неожиданных местах.
Впрочем, у нас все меньше принято заглядывать вперед дальше завтрашнего дня. Стратегическое планирование, мышление на перспективу, просчет последствий от своих шагов – не, мы про такое не слышали.
В здоровой экономике зарплаты и так растут, без всякой указки сверху. Десятилетиями периодичность индексации не была прописана в ТК, однако зарплат размером в 1 тысячу рублей, какие были реальностью в 2000 году, сегодня не встретишь. Предприниматели и предприятия делятся с работниками частью прибыли, чтобы не разбежались по менее жадным, держатся за лучшие кадры. Есть развитие – есть и деньги. А когда карманы у всех пустые, сколько не пытайся их трясти, в ответ услышишь не звон, а тишину. Вот и не нужно рукотворно превращать ее в гробовую.
Юлия Магера