«Дневной дозор»: Почему по коррупционным преступлениям такие разные наказания?
Предлагаем вашему вниманию текстовую версию нового выпуска программы «Дневной дозор» на тему: «Почему по коррупционным преступлениям такие разные наказания?». Передача вышла на волнах радио «ПЛН FM» (102,6 FM).
Количество зарегистрированных коррупционных преступлений в России стабильно растет. Если в 2023 году было выявлено 36 тысяч 400 таких преступлений, то в 2024 году их число выросло на почти 6% и достигло 38 с половиной тысяч. По итогам 2025 года в России было зарегистрировано более 43 тысяч коррупционных преступлений, что стало максимумом за последние 13 лет. Такая вот неутешительная для нашего общества динамика. Рассуждать о причинах тенденции можно долго, кто-то говорит, что рост выявленных коррупционных преступлений – связан не с увеличением числа мздоимцев, а с активизацией работы правоохранительных органов в этом направлении. Эксперты также отмечают, что борьба с коррупцией в последние годы сместила фокус на высокопоставленных чиновников, региональные элиты и оборонно-промышленный комплекс. Впрочем, и мелкие клерки-взяточники и коррупционеры по-прежнему попадают в поле зрения силовиков.
Не обошло это явление стороной и Псковскую область. В 2025 году регион попал в федеральную повестку с неприятный поводом. Экс-заместителю главы администрации Пскова Александру Грацкому назначили окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 11 лет со штрафом в размере 6 миллионов рублей за ряд взяток, полученных от псковских бизнесменов за своевременную и беспрепятственную приемку работ по муниципальным контрактам. Позднее еще более громким поводом для обсуждения стало «Дело экс-ректора Псковского государственного университета Натальи Ильиной». Ректора задержали по подозрению в мошенничестве в особо крупном размере. По версии следствия, Наталья Ильина назначала своим сотрудникам премии, а после их выплаты обязывала их вернуть средства в наличном эквиваленте. Полученными деньгами она распоряжалась по собственному усмотрению. Сейчас «Дело Ильиной» выходит на завершающий этап, в ближайшее время экс-ректору будет вынесен приговор. На данный момент известно, что прокуратура запросила для нее 8 лет лишения свободы и штраф в 1 миллион рублей. А ее адвокаты в суде в принципе выступали за полное освобождение подсудимой, указывая на ее заслуги и вклад в развитие главного псковского вуза.
Эти два дела не являются исчерпывающим списком коррупционных эпизодов в Псковской области. К примеру, давшей взятку автомобилем Александру Грацкому Елене Трошковой назначили наказание и вовсе в виде штрафа. А суд над вторым взяткодателем Грацкого еще продолжается.
Еще одним громким инфоповодом стало возбуждение уголовного дела в отношении экс-главврача Псковской инфекционной больницы Анастасии Повторейко. Следствие по делу продолжается, говорить о вероятном наказании для нее пока рано, но стоит отметить, что на данном этапе в отношении нее действует мера пресечения в виде запрета определенных действий. Суд пошел навстречу стороне защиты и сначала отпустил Повторейко из СИЗО, а после и из-под домашнего ареста. В то время как Наталья Ильина с декабря прошлого года продолжает находиться под домашним арестом, а до этого около полугода содержалась в СИЗО.
Разница в наказаниях и мерах пресечения естественно вызывает в обществе целый перечень вопросов. Граждане не понимают, почему в отношении лиц, совершающих похожие преступления, действуют совершенно разные подходы в выборе карательных мер.
Безусловно, суд и иные стороны судебного процесса в своих доводах опираются на уголовно-процессуальный кодекс и нормы уголовного права. Разница инкриминируемых статей, сотрудничество со следствием являются одними из ключевых факторов при судебных разбирательствах. Однако людям это не всегда удается осознать. Для них юридические термины мало что значат, они видят то, что лежит на поверхности, и предполагают, что за послаблениями в отношении подсудимого стоят не законодательные нормы, а связи, которыми он обладает.
Стоит отметить, что разница в приговорах характерна для всей России. Например, бывший губернатор Курской области Алексей Смирнов был приговорен к 14 годам колонии по делу о получении взяток при строительстве фортификационных сооружений, а заместитель главы Ненецкого автономного округа Андрей Блощинский был осужден на 9 лет колонии строгого режима за коррупционные преступления.
Так почему же за коррупционные преступления следуют такие разные наказания? На чем делаются акценты при выборе карательных мер? Как побороть общественное порицание отдельных вынесенных приговоров? Будем разбираться в программе «Дневной дозор».
Председатель Общественного совета при УМВД России по Псковской области Джемал Малышев высказал свою точку зрения относительно разницы в приговорах и запрашиваемых наказаниях. Он перечислил те аспекты, которые учитываются при вынесении судебных решений. Джемал Малышев уверен, что общество примет любое решение суда.
Фото: УМВД России по Псковской области
Заместитель председателя Законодательного Собрания Псковской области, председатель комитета по региональной политике и МСУ Алексей Севастьянов, напротив, считает, что при вынесении существенно разных приговоров по схожим делам - вопросы у общественности будут.
Экс-губернатор Псковской области Евгений Михайлов высказался о двояком подходе к вынесению приговоров. По его мнению, есть и законодательно подкрепленные решения, а есть и неочевидные ситуации с потенциально коррупционной составляющей.
Экс-депутат Законодательного Собрания Псковской области от партии «Яблоко» Артур Гайдук полагает, что при решении о вынесении приговора роль играют связи.
Экс-руководитель псковского управления Минюста России, главный редактор радиостанции ПЛН FM, блогер ПЛН Константин Калиниченко считает, что приговоры по коррупционным делам часто зависят не только от строгих норм закона, но и от субъективного «внутреннего убеждения» судьи. Из-за этого сроки наказания порой выглядят нелогично, вызывая подозрения у общественности.
Тема вызвала трудности у ряда собеседников. Мы связывались с рядом значимых юристов, судьями в отставке, общественными и политическими деятелями, но мало кто согласился публично высказываться по данной проблеме. Несмотря на то, что в кулуарах табуированной она не является, но в общественном публичном поле на нее почему-то говорить не хотят. Судя по тому, какие комментарии нам все же удалось получить, тема является неоднозначной и вызывает смешанные чувства у общества в целом.
Подводя итог, стоит отметить, что такая избирательность судебных решений порождает в обществе закономерные вопросы о наличии двойных стандартов и «телефонного права». Мнения спикеров разделились: одни уверены, что приговоры выверены и учитывают все нюансы. Другие признают, что за мягкостью приговоров для одних и жестокостью для других часто стоят не столько юридические тонкости, сколько связи, покровительство и субъективное «внутреннее убеждение» судьи, которое порой не поддается логическому объяснению.
Александра Мошина