«Культурная контрреволюция»: Супермен спасет храм
«Эхо Москвы» в Пскове (102.6 FM) представляет авторскую программу Юрия Стрекаловского «Культурная контрреволюция». Псковская Лента Новостей публикует текстовую версию выпуска программы.
Здравствуйте. «Культурная контрреволюция» в эфире, Стрекаловский моя фамилия.
Проведу здесь несколько минут, рассуждая о вопросах культуры, - здесь у нас на Псковской земле: явленных, заданных и повисших без ответа.
Вот тут у нас новость - не новость, скандал - не скандал; в общем - коллизия. Как стало известно некоторое время назад, а именно 12 мая 2020 года, депутат Псковского областного Собрания Лев Маркович Шлосберг (лицо, признанное Минюстом РФ иноагентом) (наверное, самый знаменитый депутат Псковского областного Собрания) направил запросы президенту Национального комитета Международного Совета по сохранению памятников и достопримечательных мест (ИКОМОС), а также председателю комитета по охране объектов культурного наследия Псковской области и постоянному представителю Российской Федерации при ЮНЕСКО - чрезвычайному и полномочному послу ЮНЕСКО в России. Невольно ищешь - нет ли или еще запроса в «Спортлото» или еще какую-то организацию с громким названием.
О чем в запросах депутата идёт речь? О незаконном изменении интерьера церкви Василия на Горке - храма Святителя Василия Великого в Пскове. Здесь и далее цитирую по пресс-релизу, распространенному местным отделением политической партии «Яблоко». Итак, депутат Собрания (и одновременно Лев Маркович является членом президиума регионального Совета Общества охраны памятников истории и культуры - ВООПИиК) просит, даже требует, чтобы организации, в которые он обращается, обязали Псковскую епархию Русской Православной Церкви восстановить интерьер церкви Василия на Горке в его историческом облике.
Для тех, кто не в курсе дела, поясняю: некоторое время назад (кстати, довольно продолжительное время, поскольку эти интерьеры мне доводилось обсуждать с петербургским искусствоведом - великой Эрой Борисовной Коробовой еще в феврале прошлого года) был расписан фресками храм Василия на Горке, один из любимых псковичами и туристами, один из наиболее «открыточных» и красивых храмов Пскова, его уж точно все знают, - он так и называется «на Горке», и эта горка в Детском парке, с горки этой любит кататься детвора зимой на саночках.
Так вот, храм этот, разумеется, средневековый; впервые упоминается в пятнадцатом веке, а в том виде, каков он сейчас, в целом сложился к шестнадцатому веку. В советское время, конечно же, он был закрыт, стоял пуст и обезображен; в девяностые годы был передан Церкви для богослужений, с тех пор расцвел, отреставрирован, наполнен жизнью. И вот чрезвычайно активный настоятель этого храма отец Андрей проявил инициативу и нашел возможность храм этот расписать изнутри фресками. Он пригласил современного иконописца (имя его не будем сейчас упоминать), и храм этот довольно быстро был расписан.
Постепенно эта ситуация дошла до «прогрессивной общественности». Так долго доходило (интерьерам уж много месяцев), видимо, потому что Прогрессивная общественность в церкви ходит редко, любит их исключительно дистанционно, в интернете.
Общественности росписи эти не понравились по какой-то причине, и общественность стала протестовать. Вот теперь дошло аж до депутата Шлосберга, который и сигнализирует в вышестоящие организации: «Спортлото», ЮНЕСКО, ИКОМОС и комитет по памятникам.
Ну то, что Лев Маркович взялся и эту проблему решать, - конечно, немного комично. Вообще это депутат уникальный, это то, что называется «талантливый человек талантлив во всем» и во всех вопросах разбирается примерно одинаково хорошо. Мы не успели еще опомниться после масштабного плана борьбы с коронавирусом, который как-то по весне Лев Маркович представил человечеству. До этого, помнится, были какие-то это экологические инициативы, экономические инициативы и так далее. Разумеется, мне радостно сознавать, что на Псковщине есть человек, у которого в шкафу даже не один, а несколько костюмов Супермена, и он всегда готов, может и знает, как спасти человечество.
Если кто-то сейчас уловил в моих словах так называемый сарказм - он не ошибся.
Вот теперь в своих заботах депутат дошел и до церковной жизни, до спасения религиозных памятников.
Нет. Памятник архитектуры, храм украсили фресками внутри - вот в чем проблема. И эти фрески, по мнению заявителей, нужно теперь что? Забелить, стесать - в общем, «вернуть первоначальный интерьер».
Казалось бы, ситуация абсурдная: храм, который десятилетиями стоял поруганный и разоренный, теперь, наконец, восстановлен, возвращен к жизни, а теперь еще и украшен фресками. Но вот теперь его нужно, оказывается, от этих фресок спасти; фрески эти нужно стесать и забелить.
Я не знаю, как назвать процесс стесывания, замазывания или иным способом уничтожения фресок.
Вот, кстати, совсем недавно в Петербурге были уничтожены фрески в одном из храмов, правда, там это произошло по распоряжению местной епархии, которая тоже решила, что фрески «неправильные», а не по просьбе депутата, но это совершенно неважно.
Мне кажется, это называется вандализм и варварство; я других слов не нахожу.
В своем обращении депутат Шлосберг упирает то, что церковь Василия на Горке в прошлом году была включена в «Список всемирного наследия ЮНЕСКО» в числе десяти псковских храмов, и теперь (цитирую пресс-релиз) «интерьер изменился кардинально, что вызвало много вопросов у историков и реставраторов в Псковской области и за ее пределами». Дальше в пресс-релизе идет ссылка на обсуждение в Фейсбуке, где нет примерно ни одного специалиста, но много озабоченных дилетантов-энтузиастов.
«По мнению специалистов, - продолжает депутат Шлосберг, - внутренний облик храма в его нынешнем виде не соответствует традициям псковской архитектурной школы, когда интерьер церквей в цветовом исполнении не отличался от их экстерьера».
Если это наукообразие перевести на русский язык, смысл будет такой: они снаружи белые - значит, и внутри должны быть белыми. По мнению Шлосберга и специалистов, на которых он ссылается. А, поскольку Лев Маркович «един во многих лицах», входит в президиум местного отделения ВООПИиК и в этом качестве может рассчитывать на его поддержку, свое письмо он сопровождает небольшим экспертным интервью с уважаемым и опытным экспертом, искусствоведом Ириной Борисовной Голубевой.
В интервью есть и иные упоминания о нарушениях, которые произошли во время реставрации этой церкви и последующего ее приспособления к организации богослужений и приходской жизни.
Нарушения и ошибки, кстати, действительно имели место быть, на мой взгляд. Упоминается пластиковое окно, которое вставлено в один из оконных проемов, кроме того, при отделке интерьера использовалась напольная керамическая плитка - и так далее. Ошибки досадные, но не фатальные и легко исправимые.
Есть упоминания и о других «нарушениях». Например, Ирина Борисовна сообщает о туалете, который устроен в подвале колокольни. Эксперт выражает удивление: ведь в псковских храмах никогда не было туалетов.
Святая правда. В псковских храмах, как впрочем, и в светских памятниках много, чего не было в средневековье: например, электрического освещения и отопления, водоотведения, централизованной канализации - тоже ведь не было. Даже интернета не было в средневековом Пскове.
Так что аргумент так себе, слегка притянутый. Не было - а теперь будет, потому что это необходимо и удобно, потому что там живые люди, потому что изменились условия, и технические возможности теперь позволяют сделать и освещение, и отопление, и туалеты.
А чем и как современные удобства, например, никому не видимый сортир в подвале, могут помешать эстетическому восприятию облика памятника снаружи или изнутри - мне не очень понятно.
В целом и депутат, и привлеченные заинтересованные эксперты ссылаются на распространенное мнение, состоящее в том, что в средневековье храмы во Пскове не были расписаны - от слова «совсем».
Действительно, такое мнение бытует, и действительно, известно очень немного, считанное число памятников псковской средневековой фресковой религиозной живописи. Мне сейчас известно шесть; с большой натяжкой - семь.
А полтора века назад практически не было известно ни одного: число это росло по мере обнаружения, открытия все новых - в Мирожском монастыре в середине XIX века, в Снетогорском - нескольки