Блоги / Константин Калиниченко

Невыносимая тяжесть бытия

13.07.2023 17:45|ПсковКомментариев: 0

Псковская Лента Новостей представляет вашему вниманию текстовую версию очередного выпуска передачи «Резонер». Еженедельная программа, посвященная резонансным событиям общественно-политической жизни, выходит по четвергам в эфире радио «ПЛН FM» (102.6 FM). Автор и ведущий – Константин Калиниченко.

 

«Страх держит человека лучше всяких стен»

Харуки Мураками «Страна Чудес без тормозов и Конец Света»

Вчера умер, без ложной скромности, классик современной литературы Милан Кундера. Текст совершенно не о нем, но мне хотелось бы добрым словом помянуть великого писателя, автора «Невыносимой легкости бытия». Который предельно ясно объяснил миру, что жизнь есть только здесь и сейчас, а живем мы только один раз — и все, что с нами могло произойти, но, по нашей прихоти, не случилось, не произойдет уже никогда. Кундера писал о том, что не нужно бояться — страх лишает нас, прежде всего, настоящего и будущего. Страх парализует и превращает нас в бездушных, безынициативных, безыдейных и, в общем-то, тупых существ. И, на мой взгляд, главное, о чем писал Кундера — вам будет потом мучительно больно и обидно, что из-за собственного малодушия вы поддались страху и лишили себя, вероятно, крайне непростой, но активной и счастливой жизни. Не поддавайтесь страху, живите сейчас — такая эпитафия была бы вполне уместна великому чешскому классику.

Мы же поговорим сегодня об одном из неожиданных проявлений страха, который является важнейшей, подчас определяющей нашу жизнь, эмоцией.

Источник: eksmo.ru

Компания Russian Field недавно провела увлекательное исследование на тему: что допустимо в юморе для россиян. Одна из задач исследования: понять, на какие темы в России можно шутить, а на какие лучше не шутить ни при каких обстоятельствах. В ходе исследования вскрылись довольно интересные факты. Оказалось, что 65% россиян предпочитают не шутить на политические темы. Почему? Потому что опасаются, что за это может, как говорится, «прилететь». Как в старые добрые советские времена, когда искрометный политический юмор был надежной гарантией попадания в лагеря. Вот таковы наши, на мой взгляд, довольно скорбные дела.

Невооруженным глазом тут виден парадокс. Не в доисторические времена, а на нашем веку страна добровольно сбежала из душной советской клетки, где политический юмор и сатира на остросоциальные темы считались, как минимум, неуместным, а как правило, небезопасным делом. В лихие 90-е все стало по-другому. Многие должны помнить, что «Псковская правда», в те годы — главное СМИ Псковской области — регулярно публиковала анекдоты про действующего президента страны Бориса Ельцина. Более того, с изрядной долей иронии о тогдашнем президенте России на страницах главного печатного органа региона отзывался губернатор Евгений Михайлов. В наше время Евгений Эдуардович, нужно признать, мало изменился, заделался блогером и по-прежнему весьма остёр и критичен на язык. А все остальное изменилось до неузнаваемости. Представить сегодня анекдот о действующей власти в придворных медиа совершенно нереально — им и в голову такое не придет. Потому что современный журналист государственного СМИ сродни китайской хохлатой собачке — весь такой комнатный и декоративный, четко понимающий свою тотальную зависимость от кормящей руки.

Но давайте разберемся, наличие в стране политического юмора и сатиры — это вообще хорошо или плохо? На самом деле, тут нет простого и однозначного ответа. Есть, как минимум, два ракурса.

Глядя с одной стороны, политический юмор жизненно необходим — это один из главных признаков здорового общества. Сатира с давних времен существовала как важнейший способ снятия социальной напряженности. Во-первых, сатира и политический юмор — это эзопов язык, позволяющий донести широкой аудитории то, о чем не напишут в передовице газеты «Правда», не расскажут в программе «Время» и о чем вообще в жестко цензурируемом обществе не принято говорить вслух. Во-вторых, это дает обществу ощущение свободы. Если политический юмор попадает под запрет и санкции, значит свободы в таком обществе не осталось. Мы это подробно проходили в XX веке, неплохо помним, чем в итоге закончилось и почему на эти грабли не хотелось бы наступать снова.

Глядя с другой стороны, политический юмор и сатира наоборот — общественно опасны. Нужно признать, мы живем не во Франции, где какой-нибудь Charlie Hebdo может беззастенчиво, жестко, а порой грубо и сильно «ниже пояса» глумиться над властью, но власти от этого ни холодно, ни жарко. У нас принципиально иная политическая традиция, исторический путь страны это наглядно подтверждает. Есть такая точка зрения: если в России начали рассказывать анекдоты про власть — это верный признак, что трон под этой властью шатается. В очередной раз повторю: власть в России, в первую очередь, сакральна, а все остальное — правовая легитимность, преемственность и прочее — глубоко во вторую. Анекдоты и сакральность в одном предложении плохо сочетаются, тут двух мнений быть не может.

При Сталине анекдоты про власть и политическая сатира отсутствовали, как класс. Все понимали, что тонкий политический юмор — самый прямой путь в ГУЛАГ, а система не станет разбираться, какой смысл вы вложили в безобидную шутку. А вот при позднем Брежневе анекдоты травила уже вся страна. При Горбачеве же политический юмор вышел за пределы советской кухни и поселился в общественном транспорте и в публичной плоскости в целом. Потому что ушел страх. При этом нужно признать, политический анекдот в те времена был формой выражения презрения власти и прогнившей насквозь системе.

В 1990-е тренд только усугубился и достиг промышленных объемов. Появились «Куклы» на старом НТВ, редкий юморист, от тошнотворного Петросяна до вполне презентабельного Задорнова, обходился без перфомансов на социальную и политическую тематику. При этом никто не видел берегов, никаких табу не существовало.

По этой логике выходит, что, если пошли политические анекдоты, значит страна снова погружается в период турбулентности, а главный атрибут российской власти — сакральность — в очередной раз подвергается сомнению в массах.

Куклы Бориса Ельцина и Виктора Черномырдина — персонажи телевизионной программы «Куклы» канала НТВ. Фото: Александр Макаров / РИА Новости

Таким образом, у меня нет однозначного ответа на вопрос, отсутствие политического юмора и сатиры — это хорошо или плохо? Но, глядя на реальное положение дел, нужно признать, что современное российское общество в значительной степени утратило чувство юмора. То самое, которое отличает качественный, тонкий юмор и иронию, от грубого и плоского «петросянинга». Сатира на действующую власть постепенно табуируется.

Причем важно понимать, что это табуирование — не результат карательной политики власти, а следствие внутренней самоцензуры глубинного народа. Который так понимает сакральность власти, что любая шутка юмора на ее счет воспринимается как неуместная насмешка или прямое оскорбление.

Добавим сюда генетический страх homo soveticus, сохранившийся у старшего поколения, согласно которому, и у стен есть уши, а любой собеседник является потенциальным доносчиком. Этот страх на время покинул нас, но теперь снова возвращается, чтобы в очередной раз парализовать сознание и волю людей, заставить их бояться собственной тени.

И такое личное наблюдение, что люди снова стали «вставать из-за стола», если за этим столом рассказывают политические анекдоты. Возможно, это говорит об укреплении власти и возвращении ее сакральности. Вот только надо признать, что политические анекдоты, казалось бы, похороненные как жанр в недалеком прошлом, снова вернулись в повседневную жизнь. А по той же логике это означает, что мы снова в зоне турбулентности.

Что же делать? Страх — это не то чувство, которое легко побороть. У меня, разумеется, нет в данном случае универсального рецепта. Разве что снова вспомнить великого Милана Кундеру, который завещал нам жить сегодняшним днем, получая удовольствие от этой жизни, какой бы она ни была, а не от выдуманной, которая, скорее всего, никогда не наступит.

Константин Калиниченко

ПЛН в телеграм
 

 
опрос
Чего вы ждете от послания президента Федеральному Собранию 29 февраля?
В опросе приняло участие 249 человек
Лента новостей