Новости партнеров
Общество

Павел Волков о судьбе муниципальных бань и дизайн-коде

24.07.2021 11:51|ПсковКомментариев: 1

Предлагаем вашему вниманию текстовую версию программы «Подстрочник», которая вышла в эфире радио «Эхо Москвы» в Пскове (102.6 FM) 23 июля. Гостем студии стал заместитель главы администрации Пскова Павел Волков. Ведущая Любовь Кузнецова обсудила с ним возможную передачу муниципальных бань в концессию, внедрение дизайн-кода и нестационарную торговлю в областном центре.

 

Любовь Кузнецова: В последнее время вы плотно занимаетесь в рамках своих полномочий привлечением инвесторов, в частности для муниципального предприятия «Банно-прачечный комбинат». Как и большинство МП не только в Пскове, но и в регионе, да и по всей стране, его назвать стабильно-прибыльным очень сложно. Едва ли удается сработать «в ноль». Однако, помимо экономической составляющей, есть и социальная – недорогая помывка тех слоев населения, чья жизненная ситуация не из простых. Балансировать на грани «убыточно, но надо» далее, видимо, не представляется возможным. Поскольку все ГП и МП по закону должны быть ликвидированы в ближайшие годы (тренд – ликвидация «Жилища»). А что будет с банями? Если концессия, то на каких условиях?

Павел Волков: В целом немного расскажу о муниципальных предприятиях и о том, как администрации даются определенные решения относительно того, что с ними делать. Есть утвержденное решение ФАС о том, что муниципальные предприятия, находящиеся в конкурентных средах, до 1 января 2025 года должны быть реорганизованы.

Тут важен такой фактор: есть муниципальные предприятия, которые работают достаточно успешно, приносят прибыль, которая перечисляется в бюджет. Есть муниципальные предприятия, которые занимаются аптечной сетью, обслуживанием лифтов. По таким предприятиям вопросы хозяйственной деятельности не поднимаются. Понимаем, что они работают стабильно.

Но есть предприятия, которые находятся в экономически более плохом положении. Откровенно говоря, проигрывают конкуренцию развивающемуся рынку. К таким предприятиям относится МП «Банно-прачечный комбинат». Оно достаточно давно управляет банно-прачечным комплексом города. На протяжении последних 10 лет экономические показатели там крайне неудовлетворительные. Регулярные убытки составляют примерно от 2 до 6 млн рублей в год. Каждый год муниципальное предприятие приносит убытки.

Основная задолженность накапливается за счет того, что Банно-прачечный комбинат не платит нашим же предприятиям (Горводоканалу, Псковским тепловым сетям) или Псковэнергосбыту. А эти деньги должны быть каким-то образом уплачены.

Собственником данного предприятия является город. Если руководство не справляется, то акционер должен предпринимать какие-то решения по спасению предприятия.

К 2014 году подошли с нехорошими цифрами, когда предприятие находилось практически в предбанкротном состоянии. Нужно было принимать решение: либо находить деньги в бюджете, чтобы дотировать предприятие, либо искать другие способы. Тогда нашли способ — продали Гельдтову баню. Все, что выручили от продажи этой бани, пришлось пустить на погашение долгов.

Любовь Кузнецова: Спасли от банкротства.

Павел Волков: Да, но стоит важный вопрос о том, что, спасая от банкротства и не имея оборотных денег, бани из года в год становятся более ветхими. А требуется достаточно регулярный ремонт. Конкурентная среда растет (имеем в городе аквапарк, спа-центры, частные бани). В этом сегменте конкуренция достаточно приличная. Частный бизнес активно в этот сегмент вкладывается и, видимо, имеет успехи. Потому что мы видим, что достаточно регулярно открываются бассейны, спа-центры, частные бани. Здесь мы инвестировать не можем.

Любовь Кузнецова: Необходимо что-то сделать, чтобы опять не вернуться к предбанкротному состоянию? 

Павел Волков: То, что мы после продажи Гельдтовой бани из года в год опять двигались к предбанкротному состоянию, нам было понятно. Не могу сказать, что руководитель делал что-то не так. Были достаточно неплохие действия, связанные с оптимизацией расходов, какие-то утечки удалось отремонтировать, чтобы вода и тепло не уходили. Но, к сожалению, оборотных средств им не хватает, чтобы покрыть свои расходы. По сути предбанкротное состояние можно было фиксировать в 2018 году. В 2019 оно стало еще хуже. И это было регулярной головной болью.

И, честно говоря, когда к нам обратился частный инвестор с предложением о концессии, нам показалось, что это довольно хорошая идея. Устойчивые модели управления предполагают не только работу администрации, а совместно с населением, с частным капиталом. Показалось, что привлечение частных денег в виде концессии — это неплохое решение. Мы достаточно детально его проработали.

Нам поступило обращение 1 октября 2020 года от концессионера. Он предложил свой вариант концессионного соглашения. Мы собрали рабочую группу, куда вошло значительное количество специалистов администрации города (это и комитет социально-экономического развития, и юридический отдел, и комитет по управлению муниципальным имуществом). Пригласили в рабочую группу и депутатский корпус (было четыре депутата).

Мы детально изучили предложенный проект и внесли в него достаточно значительные изменения. 16 октября создали рабочую группу, 29 октября состоялось первое заседание (всего их было четыре). Концессионное соглашение «разбирали по косточкам». Обсуждали варианты, чтобы его сделать более приемлемым для города.

Любовь Кузнецова: У людей, которые любят или вынуждены ходить в баню, есть масса опасений, что при концессии помывки подорожают в разы. Это так? Многие завсегдатаи пара опасаются, что в случае прихода частного инвестора бани непременно превратятся в элитные спа-центры, не доступные широкому кругу населения. Так ли это? И насколько надежен такой концессионер? Любой может прийти в администрацию и сказать, что готов взять баню и дальше ее развивать? Какие-то условия и администрация должна предложить инвестору со своей стороны, чтобы тоже иметь рычаги контроля?

Павел Волков: Любой инвестор может прийти и предложить какую-то идею концессионного соглашения, может даже аренды. Мы рады любым инвестиционным инициативам на благо города.

Основная мысль, когда рассматривали концессионное соглашение, заключалась в том, что нам было очень важно сохранить Банно-прачечный комплекс для города.

Есть достаточно глубокие традиции, есть люди, которые не променяют бани на аквапарки и спа-центры. Сам смысл концессионного соглашения заключается в том, чтобы там не «Пятерочка» появилась, а бани остались. Основные пункты концессионного соглашения заключаются в том, что само имущество остается в казне, оно муниципальное. С имуществом можно делать определенные преобразования, инвестиции, вложения, но в конечном счете это должны быть бани, не магазины, не торговые центры.

Любовь Кузнецова: Никакого перепрофилирования, смены сферы деятельности не предполагается?

Павел Волков: Смена деятельности не предполагается. Мы допустили в концессионном соглашении право допускать оказание в этих помещениях услуги маникюра, педикюра, массажа, парикмахерские, косметические услуги. Сопутствующие услуги. Допускаем прачечные, если это будет необходимо инвестору. И объекты общественного питания, розничной торговли, бассейны. Вещи, сопутствующие баням, в концессии прописали. Другие виды деятельности не допускаются.

Добавили социальную составляющую. Ее изначально не было. Но это было обязательным условием нашей рабочей группы. Концессионер эти условия принял.

Любовь Кузнецова: Что значит «социальная составляющая»?

Павел Волков: В Банно-прачечном комбинате остаются льготные помывки. Если человек приходит с льготным помывочным талоном, которые выдаются определенным группам граждан, он должен будет заплатить 10 рублей за помывку; 170 рублей — возмещение из бюджета. Это правило было в Банно-прачечном комбинате, это условие прописали в концессии. Это обязательное условие концессионного соглашения. Если концессионер не будет его исполнять, у администрации города есть право расторгнуть договор. Прав расторгнуть договор у нас достаточно много. Мы утвердили определенный график инвестиций — есть вложения с 2021 года по 2023 год, есть определенные вложения до 2031 года. Если что-то из этого не выполняется, мы имеем право в любой момент расторгнуть договор.

Кроме того, пенсионерам предполагается льготный тариф — 50% от стоимости, которая будет установлена. Это тоже прописано в договоре.

Тариф не ограничиваем — это право концессионера. Предполагаю, что если люди вложат определенные деньги, то, естественно, захотят получать больше. Это не благотворительность. Думаю, все осознают, что у нас все-таки город не самый богатый. Хочешь не хочешь, придется ориентироваться на рынок. Из того, что анализируем по рынку, тарифы на баню колеблются от 300 до 600 рублей. 

Любовь Кузнецова: Если что-то не так идет по условиям соглашения, вы всегда можете вернуться к отмене концессии. Я правильно понимаю?

Павел Волков: Мы можем расторгнуть концессионное соглашение, если не выполняются его основные пункты: не инвестируются деньги, не исполняются социальные обязательства, помещения используются не по назначению. Это не самая хорошая мера. Если отказываем концессионеру, оставляем Банно-прачечный комбинат, нам сразу же надо будет подумать, откуда взять 20 млн рублей, чтобы закрыть задолженности этого предприятия. Тут два варианта: найти деньги в бюджете или продать один из объектов банно-прачечного комбината.

Баня на улице Советской является стратегическим объектом, ее продать нельзя не при каких условиях. Она точно останется. Речь в концессии идет о трех объектах — это бани на улицах Советской, Конной и Боровой. Изыскивая средства, если останется Банно-прачечный комбинат, это может быть продажа бани на улице Конной. Без условия, что там останется баня.

Любовь Кузнецова: Впереди публичные слушания и определенные процедурные моменты?

Павел Волков: Публичные слушания — это финальная часть работы. После того, как мы согласовали на рабочей группе с концессионером соглашение, привели его к итоговому виду (это произошло в конце января), 19 февраля на сайте torgi.gov.ru мы разместили предложение инвестора о заключении концессионного соглашения в отношении зданий бань, находящихся в собственности муниципального образования «Город Псков». Это объявление было размещено на 45 дней. Смысл этого действия, которое регламентируется российским законодательством, заключался в том, что любой из участников рынка, любой желающий инвестор мог тоже заявиться. К сожалению, ни одной заявки не поступило. Было бы интереснее, если бы был конкурс. В результате конкуренции концессионное соглашение могло бы еще улучшиться.

По окончании срока подачи заявок 6 апреля направили документы в Псковскую городскую Думу. Она назначила публичные слушания, насколько я знаю, на 27 июля 2021 года. Будут высказаны какие-то предложения. А дальше депутаты будут голосовать: они дают согласие на заключение или не заключение с какими-то дополнениями.

Мы находимся в финальной стадии, депутаты должны сказать свое слово.

Радиослушатель: Вы курируете нестационарные объекты, павильоны в городе. Подскажите, почему в 2021 году во всех этих павильонах отсутствует доступная среда, входная группа? Ни в один павильон малобильный гражданин не может попасть.

Павел Волков: Этот вопрос нам регулярно задает депутат гордумы Федор Борисович Постнов на наших рабочих совещаниях. Сейчас разработан дизайн-код по нестационарным торговым объектам. Этот документ будет внедряться, думаю, довольно тяжело. Потому что есть много регламентирующих вещей: как нужно вести бизнес, ставить объекты относительно дорожной сети, других объектов, зданий, строений, сооружений. Доступная среда также прописана. Но это очень сильно отличается от того рынка, который есть у нас сейчас. Будем стараться очень плавно его вводить.

Документ готов на 95%, со всеми структурами согласован. Предположим, что в этом году его примем, то буду сам настаивать на том, чтобы внедрять его очень постепенно. Может быть вплоть до 2025 года, когда истекают контракты по большинству НТО.

Любовь Кузнецова: Дизайн-код — это по сути единый стандарт оформления городского пространства. Многие уверены, что этот стандарт касается только вывесок и только центра города. Но ведь это не совсем так?

Павел Волков: Дизайн-код касается только вывесок.

Любовь Кузнецова: Сейчас.

Павел Волков: Да. У нас есть пять альбомов, которые регулируют разные отрасли городского пространства. Есть принятый дизайн-код по вывескам, который является приложением к правилам благоустройства. Также есть проекты еще четырех дизайн-кодов. Один из них касается нестационарных торговых объектов.

Также есть дизайн-код по организации ярмарок. Находимся в стадии обсуждения с региональной властью, нужно решить, приложением какого документа делать дизайн-код. Возможно это будут наши муниципальные правила благоустройства, возможно, это будет региональный закон.

Поскольку в городе всего девять ярмарок, а в области их значительно больше, есть идея сделать дизайн-код сразу единым для всех. Пока это в процессе обсуждения.

Четвертый дизайн-код касается рекламы, рекламных конструкций, правил их установки, размещения. И один дизайн-код касается уличной мебели: скамейки, фонарные столбы. Дизайн-коды по НТО и ярмаркам, думаю, в ближайшее время примем.

Что касается действующего дизайн-кода. Хотел бы сказать большое спасибо тем предпринимателям, которые к этому относятся с пониманием. Порядка 80% предпринимателей сказали, что осознают, что это хорошая вещь, что это надо делать.

Мы дали год предпринимателям на то, чтобы они сориентировались, нашли удобное время, согласовали вывески. Большинство не согласовали. Те, кто заблаговременно в течение года делали вывески — это, как правило, федеральные компании.

Большой вал начался после того, как контрольное управление стало всех предупреждать о том, что, если не привести вывески в соответствие с дизайн-кодом, наступит ответственность. Сейчас мы пока никого не штрафуем за неправильные вывески. Но демонтаж уже начался.

Чтобы не нарушать, можно снять вывеску. Большинство предпринимателей снимают сами. Соответственно, нарушения и угрозы штрафа нет. Ни одного штрафа не выписали, потому что понимаем — экономическая ситуация не простая.

Удивляет, что аптеки сопротивляются дизайн-коду. Причем они ссылаются на непростой пандемийный год. Понимаю, кафе, турбизнес — у них сложнее, чем у аптек.

Активный поток заявлений пошел и в рекламные агентства, которые занимаются производством вывесок, и в наше управление градостроительной деятельности. У специалиста, который принимает пакет документов, в какой-то момент образовалась 150 заявлений одномоментно. Он один может обрабатывать 5-7 заявлений, потому что другая работа есть. А комиссионно рассматриваем от 20 до 30 заявлений.

Была процедура регулирующего воздействия. В рамках этой процедуры спрашивали у представителей предпринимательского сообщества, что они по этому поводу думают. Предприниматели высказались по поводу данного документа, отстояли позицию, что дизайн-код не должен внедряться одномоментно. И поэтому был год для исторической части города и два года для типовой застройки.

А гонка за то, чтобы «нас увидели», привела к тому, что на фасадах висели не вывески, а рекламные конструкции. Не хотите менять, пожалуйста, зарегистрируйте свои вывески как рекламные конструкции. Алгоритм такой есть. В исторической части, на мой взгляд, рекламные конструкции не согласуют.

Любовь Кузнецова: Насколько сейчас вывески становятся скромнее после прохождения процедуры на комиссии?

Павел Волков: Людей тянет сделать вывеску максимально большую, максимально заметную. Это стремление у людей пока остается. Мы регламентируем на определенных фасадах размеры, ограничиваем на исторических зданиях подложки, есть размеры букв, которые где-то допустимы, а где-то — нет. Делать большие буквы совсем не обязательно. Дизайн-код этого не требует. Мы пытаемся сделать видимой архитектуру в городе, сделать его более привлекательным, приостановить гонку за большими вывесками.

Любовь Кузнецова: Как живет в эпоху коронавируса нестационарная торговля? Много ли освободилось павильонов в период «коронакризиса»?

Павел Волков: От предпринимателей, которые занимаются таким бизнесом, поступают заявки достаточно активно. Много заявок в спальные районы. В схеме довольно много нестационарных торговых объектов сезонного характера, на которые сейчас не поступают заявки.

Чаще всего в последнее время стараются открывать НТО для того, чтобы организовать стрит-фуд. Появляются уличные кафе, шавермы, «кофе на ходу.» Сейчас это популярный формат.

Любовь Кузнецова: Еще одно направление, которое вы курируете: программа приграничного сотрудничества. При помощи нее была проведена реставрация усадьбы Беклешова на улице Георгиевской, 4. Там теперь открылся туристский информационный центр. С чего началась работа? За какими услугами можно обратиться?

Павел Волков: На Георгиевской, 4 у нас появился туристско-информационный центр. Хорошее восстановленное здание. Там сейчас находится наше муниципальное учреждение, которое занимается развитием туризма, а также комитет по туризму и приграничному сотрудничеству.

Наша идея заключается в том, чтобы сделать там точку начала туристических маршрутов. Хотели бы в ближайшее время запустить несколько так называемых авторских туров. Например, у нас открылась выставка Павла Ивановича Дроздова по морской истории Пскова. Он является интересным, вдохновенным организатором выставки и экскурсоводом. Мы с ним договорились о том, что он от нашего туристско-информационного центра будет проводить авторские туры.

Мы хотим найти еще несколько человек, которые бы начали проводить авторские туры о Пскове с туристско-информационного центра. Надеюсь, к следующему туристическому сезону будем иметь широких спектр таких экскурсий.

ПЛН в телеграм
 

 
опрос
Одобряете ли вы предложение изменить условия включения отопления - начинать сезон раньше?
В опросе приняло участие 349 человек

Коронавирус

Лента новостей
30
Ваш браузер использует блокировщик рекламы.
Он мешает корректной работе сайта.
Для того, чтобы этого избежать добавьте наш сайт в белый список. Как это сделать.